Чтение онлайн

Сюда Гордон и Патриция прибыли монорельсовым экспрессом и взяли напрокат автомобиль. Сейчас мощный «Загрос» ждал их у входа из аэропорта. Карфакс усадил Лиффлона и Бронски на заднее сидение, сам сел за руль, посадив Патрицию рядом с собой.

— Вы знаете, куда ехать? — спросил Лиффлон.

— Нет, сэр, — ответил Карфакс. — Но у меня, разумеется, есть адрес.

Наступила пауза. Карфакс, следя за Лиффлоном в зеркало заднего обзора, увидел, как тот подтолкнул Бронски локтем.

— О, я объясню, — сказала женщина.

Карфакс почти не слушал

ее. Он прекрасно знал маршрут и думал о том, что Лиффлон, вернее, тот, кто вселился в тело Лиффлона, скорее всего, этого не знает… Патриция, судя по ее напряженной позе, поняла все и была сильно напугана. Он не порицал ее за это, поскольку сам испытывал чувство нереальности происходящего.

Значит, все оказалось правдой.

Часа через полтора они подъехали к воротам особняка. Лиффлон обратился к слуге через переговорное устройство, ворота распахнулись, машина въехала внутрь и остановилась у большого здания. На крыльцо вышел негр в пижаме и халате, как-то странно посмотрел на Карфаксов и кивнул, когда их познакомили. Гордон надеялся, что слуга не запомнил его голос.

Негра звали Йохана. Он провел их в большое помещение, напоминающее гостиничный холл, затем сопроводил Карфаксов на второй этаж, в отведенную им комнату в самом конце длинного коридора. Когда дверь закрылась, Карфакс обернулся к Патриции.

— Что ж, пока все идет неплохо! Но, как только он утром позвонит Вестерну, нам нужно будет побыстрее убираться отсюда. Надеюсь, нас не станут останавливать.

— А если попытаются?

Карфакс открыл свой саквояж и вынул крупнокалиберный пистолет.

— Терпеть не могу пользоваться им, но придется. Не думаю, что Лиффлон, точнее, тот, кто выдает себя за него, станет колебаться, стрелять в нас или нет — слишком велика ставка.

— Может, не станем дожидаться утра? — спросила Патриция. — Какой смысл.

— Возможно, он не сразу позвонит Вестерну. А чем дольше мы будем здесь находиться, тем больше сможем узнать.

Патриция глубоко вздохнула.

— Ты очень напугана. У тебя даже ноги похолодели. Я же предупреждал — дело это очень опасное. Надо было мне самому им заняться.

— О, только кончики пальцев, не преувеличивай. И не беспокойся. Я бы все равно не отпустила тебя одного. Это выше моих сил — сидеть взаперти, умирая от скуки и неизвестности.

— Понимаю, — сказал он. — Когда начинаешь действовать, то чувствуешь себя так, словно только что вышел из тюрьмы. О’кэй, давай спустимся к ужину.

Лиффлон и миссис Бронски ожидали их в кабинете-библиотеке, огромной комнате, вдоль стен которой выстроились стеллажи с книгами. Кроме того, здесь был большой письменный стол из красного дерева, обтянутые кожей кресла, диван и огромный камин.

Лиффлон был одет в пижаму и халат, на миссис Бронски из-под легкого халатика выглядывала ночная сорочка. В руках они держали рюмки. Лиффлон бросил на вошедших удивленный взгляд — его явно поразило, что они не сменили повседневную одежду.

— Я считал, что прежде всего необходимо проверить помещение, — сказал

Карфакс.

— Неплохая мысль. Что вы желаете? — махнул он рукой в сторону бара, в котором, казалось, были представлены все спиртные напитки земного шара.

Карфакс отыскал неоткупоренную бутылку коньяка.

— Мы с Пат предпочитаем вот это.

У него не было желания пить из бутылки, в которую могло быть что-нибудь подмешано.

— Здесь есть немало напитков получше.

— Этот тоже превосходен, — сказал Карфакс. — Он получше того, что я пью обычно.

Лиффлон пожал плечами, открыл бутылку, передал гостям бокалы и поднял свою рюмку:

— За бессмертие.

Смех его гулко зазвучал в огромной комнате. Миссис Бронски нахмурилась.

— Это шутка? — спросил Карфакс.

— Я просто счастлив тем, что живу, — пояснил Лиффлон. — Что имею возможность дышать, есть, пить, ходить, заниматься любовью…

— Нетрудно представить, что любой человек будет испытывать такие чувства после разговора с покойником, — сказал Карфакс. — Но если задуматься о будущем, то радоваться станет нечему. Каждый из нас, рано или поздно, присоединится к этим несчастным созданиям, превратится навечно в сгусток энергии, вертящийся вокруг других сгустков, замкнутый в равнодушной вселенной, где ничего не происходит и где никто ничего не ждет…

Лиффлон отпил из бокала. Голос его стал тихим и медленным:

— Это только один из этапов, временный привал. Я — приверженец панкосмической церкви Христа-эмса, понимаете? И верю, что вэмо является чем-то вроде чистилища.

— Я не знал этого, — сказал Карфакс, притворившись, что ему ничего не известно о Лиффлоне. — Это весьма удобная религия, не сомневаюсь.

Он старался придумать какой-нибудь каверзный вопрос, который бы поставил лже-Лиффлона в тупик и одновременно не рассекретил его самого.

— У меня нет денег, чтобы оплатить сеанс «Медиума», но я как-то заходил к женщине, некоей миссис Уэбстер, которую моя жена считает великим медиумом. Она-то и уговорила меня пойти к ней. Уэбстер пыталась вызвать мою мать, и что-то на самом деле явилось, нечто столь тонкое, что сквозь него можно было видеть окружающее. И еще мы слышали что-то вроде шепота. Но это все. Больше я к ней не ходил. Сеансы Уэбстер недешевы, хотя, разумеется, берет она куда меньше, чем Вестерн.

Лиффлон бросил в сторону Карфакса жесткий взгляд, затем улыбнулся:

— О, я очень долго был ее клиентом. Приятная женщина, просто красавица для ее возраста. И она не мошенница. То есть, действительно обладает неоспоримыми способностями. Вестерн утверждает, что некоторые люди-медиумы действительно могут открыть на короткое время канал в вэмо. Но все это так неопределенно и не имеет под собой никакой точной научной базы, что результаты редко стоят потраченных на это усилий и денег. У меня нет намерения продолжать пользоваться ее услугами. Да и «Медиумом» я больше не интересуюсь. Одним словом, покойники перестали представлять для меня какой-либо интерес.