Чтение онлайн

– Это сахарная пудра, - сказал я достаточно громко, чтобы все слышали.
– Я делал кексы. Мешок сахарной пудры взорвался на меня, и я, наверно, не стер ее с лица. Посмотрите, у меня кексы здесь, с собой. Человек, приславший снимок в газеты, это просто, блять, сука, которая хотела скандала.

Лицо отца расслабилось с облегчением, и он повернулся к сплетникам- журналистам, когда я поднял контейнер вверх.

– Ну, ладно, это не фотошоп, но это чертова сахарная пудра! Кэм делал кексы, когда была сделана эта фотография, и они прямо здесь, - повторил он, в случае,

если кто-то из них не слышал меня.

Я открыл контейнер и вытащил кекс с усмешкой, а некоторые репортеры начали смеяться, когда их осенило, что это всего лишь нелепое недоразумение.

– Они для Ани?
– спросил один из них.

– Он не должен отвечать на любые ваши вопросы, - перебил папа ледяным голосом, прежде чем я смог ответить.
– Но да, я предполагаю, что это для его подруги, о которой я с гордостью могу сказать, она - прекрасная девушка. Это все, что я должен сказать по этому поводу. Теперь, пожалуйста, уважайте частную жизнь нашей семьи и оставьте нас в покое.

После чего он стал отдаляться от толпы, и я последовал за ним, но не раньше, чем повернул голову через плечо и подмигнул толпе, кусая зубами кекс.

– Просто дайте нам одну цитату, Кэм!
– кричал один из них мне вслед.

– Моя глазурь - это круть!
– крикнул я в ответ.
– Может быть, скоро вы увидите меня в эпизоде у знаменитого шеф-повара!

Это была единственная цитата, которую в ближайшее время получат от меня эти изверги сплетен.

Папа и я шли молча некоторое время, и как только мы повернули за угол, мы одновременно начали хихикать. Весь инцидент был так чертовски смешон, что это было на самом деле чертовски весело.

– Кексики! – сказал папа, фыркая слюной, пока пытался перестать смеяться.
– Не могу сказать, что я это предвидел.

– Ни хрена, - сказал я.
– Это безумие.

– Я знаю, что эти кексы предназначены для Ани, но дай одного из них, сын. После всех этих переживаний я могу съесть его со сладким удовольствием.

– Верняк.

Он откусил и сморщил нос:

– На вкус немного как уголь.

– Но все-таки хорош, правда?

– Достаточно хорошо, - сказал он, все еще посмеиваясь.

Наш смех наконец-то прекратился, и мы продолжили идти, пока жевали кексы.

– Спасибо за то, что был там, папа, - сказал я после того, как я прожевал и проглотил последний кусок.
– Не думаю, что смог бы побороть их всех голыми руками.

– Нет проблем, - ответил он, слизывая глазурь с верхней губы.
– Я мог убить всех этих папарацци. Они не умеют делать со своим временем ничего лучше, чем собирать и выдумывать сплетни и рвать людей в клочья в своих тупых изданиях. Как косяк пираний.

– Почему ты так уверен, что я этого не делал? – спросил я, выгнув бровь.
– Это выглядело довольно плохо. Если бы я увидел фотографию такого парня, я бы, наверное, предположил, что чувак только что нюхал кокс.

Он вдруг стал выглядеть смущенным:

– Кэм... Те вещи, которые я сказал в тот вечер... Как я уже сказал ранее, я не имел их в виду. Я был просто зол, и ты не плохой парень. Ты делал некоторые сумасшедшие

вещи в прошлом, но когда Аня мне сегодня показала эти фотографии, я знал, что ты невиновен, - ответил он.
– Я просто знал.

– Но как?

– Я вспомнил, как ты вел себя, когда вернулся домой после того, как искал твою мать два года назад. Ты был опустошен. Ты никогда не говорил мне этого вслух, но я знал, что ты никогда не прикасался к какому-либо из запрещенных веществ, как она, путая их с реальной помощью.

– Ну, спасибо за веру в меня. И спасибо за то, что сказал обо мне и Ане.

Он вздохнул:

– Честно говоря, это не самая простая вещь в мире, чтобы прийти к соглашению, но после того, как вы ушли прошлой ночью, я долго и упорно думал об этом. Единственное, что действительно беспокоит меня, это внимание СМИ, и я волнуюсь, как это повлияет на мой бизнес. Но это было эгоистично. Кроме того, как говорят, любая реклама хороша, - он снова откашлялся и продолжил.
– Это не твоя вина, что ты знаменит и каждая часть твоей жизни транслируется через СМИ, в том числе и твои отношения. Я - один из тех, кто подтолкнул тебя к гонкам, и я - один из тех, кто толкает тебя продолжать свою модельную карьеру более серьезно в последнее время, так что в основном только я и виноват в увеличении внимания к тебе.

– Неее. Я мог бы просто вернуться в колледж и изучать бизнес, как делал ты в моем возрасте, или мог остаться в тени. Я не должен говорить «да» на любую из вещей, которую ты предложишь. Ты просто помог мне встать на ноги после всего, что случилось за последние пару лет.

– Ну, независимо от чего-либо, я хочу, чтобы ты знал, я хорошо отношусь к тебе и Ане вместе. Даже если вы расстанетесь, я думаю, что ты достаточно зрел, чтобы сохранить ее от влияния остальных членов семьи.

– Спасибо, папа. И я предлагаю забыть о той ночи. Все были на эмоциях, а ситуация была слишком накалена. Это нормально.

Мы шли в тишине, и тогда я вспомнил, что папа говорил раньше. Он сказал, что Аня показала ему фотографию с предполагаемым кокаином на носу в блоге.

– Так, Аня увидела фотографию, да? – спросил я.

– Да, – он кивнул.

– Она была расстроена?

– Да.

Мой желудок упал.

– Так... Она думает, что я это сделал?

Он покачал головой:

– Нет, конечно, нет. Она была расстроена потому, что знала, что ты не делал этого, и не хотела увидеть, как твое имя снова смешивают с грязью.

Мое сердце сильно стучало.

Аня действительно доверяла мне, и я не знаю, почему я сомневался даже на миллисекунду.

Было нелегко завоевать ее доверие, в первую очередь, учитывая все странные вещи, что произошли в прошлом и заставили меня выглядеть лживым мудаком, но это сейчас закончилось.

Неважно, какие подводные камни Вселенная решит бросить на наш путь отныне, она всегда верит в меня и видит во мне хорошее, даже если я не мог видеть это сам.

Какое-то воздушное тепло заполнило мое тело при мысли об этом, и я был на девяносто девять процентов уверен, что никогда не смогу перестать улыбаться.