Плейбой
Шрифт:
Кендалл трудно было успокоиться. Почему она не смогла предусмотреть такой поворот? Тряхнув головой, она попыталась привести мысли в порядок.
— Наверное, у Ханны съехала крыша. Чем иначе объяснить то, что она взяла и бросила школу? Как можно так по-идиотски поступать — отправиться на автобусную станцию, не зная, куда она поедет? Кто еще может быть таким непредсказуемым?
Рик поморщился:
— Ты можешь. Извини, что приходится говорить тебе это.
Кендалл открыла было рот, чтобы поспорить, но потом передумала.
— Ладно, это у нас семейное.
Забрав у Кендалл листок, на котором она делала записи, Рик взял телефон и набрал номер.
— Алло!
— Что ты делаешь?
Он вытянул руку, останавливая ее.
— С вами говорит сержант отделения полиции Йоркшир-Фоллза, Нью-Йорк. У вас на автобусной станции находится несовершеннолетняя Ханна Саттон? — Рик дождался ответа, потом утвердительно кивнул Кендалл. — Отлично. Мне бы очень хотелось, чтобы вы лично убедились, что она сядет на нужный автобус и что никто из незнакомцев не пристанет к ней, пока она будет ждать рейса. Можете записать мой идентификационный номер, если нужно. — Он снова выслушал ответ. — Не нужно? Что ж, спасибо. Всего доброго. — Опустив телефон, он спросил: — Теперь тебе полегчало?
— Еще бы. — Она повернулась и, благодарно улыбнувшись, обняла Рика. — Слов нет. Это так важно для меня.
А он с трудом удержался от того, чтобы не сказать, насколько она стала важной для него.
— Я поеду с тобой встретить ее.
— А тебе не нужно на работу?
— Договорюсь, чтобы меня подменили.
Кендалл с признательностью посмотрела ему в глаза:
— Как здорово! Знаешь, я много говорю про то, как люблю сестру, но мы не виделись с ней с моего восемнадцатилетия. Не представляю, как держать себя с девочкой-подростком. И страшно злюсь из-за этого. — Кендалл даже вздрогнула от переполнявшего ее чувства ответственности. — Как до нее достучаться?
— Она же позвонила тебе, ведь так? Значит, вы наверняка сумеете приноровиться друг к другу.
Кендалл покачала головой:
— Я уверена, что Ханна не позвонила бы мне, если бы могла обратиться к кому-нибудь еще. По-моему, она не верит, что я беспокоюсь о ней. И я понимаю, что сама дала ей повод так думать. — Она в раскаянии опустила голову.
Рик приподнял ей подбородок.
— Кендалл, ты сестра Ханны, а не отец и не мать. У тебя своя жизнь со своими заботами. Но сейчас ты готова бросить все, чтобы ей помочь. Вот это и есть главное.
Успокаивая, он провел рукой по голой спине Кендалл, наслаждаясь ощущением шелковистой кожи. Близость, которая только что соединяла их, показалась сейчас неуместной. Реальность в образе четырнадцатилетней девчонки заявляла свои права. Рику было жалко и Кендалл, и Ханну. Ему страшно не хотелось терять шанс остаться с Кендалл наедине, на что он очень рассчитывал, но он будет рядом с ней и поможет справиться с возникшими сложностями.
Кендалл вздохнула:
— Спасибо. Я сейчас
— И никакой мобильной связи?
— Естественно. А это значит, что все решения, касающиеся Ханны, придется принимать под свою ответственность. — Она снова вздохнула. — Я пообещала Ханне, что не отправлю ее назад в вермонтскую школу, поэтому надо будет подыскать школу, которая ей понравится.
— Звучит обнадеживающе. Я хочу сказать, что ты ведь не захочешь, чтобы тебя что-то связывало по рукам и ногам.
Кендалл выпрямилась и внимательно посмотрела на него:
— Ты о чем?
— Так, ни о чем. — Рик замотал головой, проклиная свой длинный язык. — Просто если бы ты осталась в Йоркшир-Фоллзе, то проблему с Ханной было бы легко решить.
— О нет! — Кендалл покачала головой. — Нью-Йорк был моим последним постоянным прибежищем на длительное время. — Она отвернулась, не в силах выдержать взгляд Рика.
Может, это потому, что она борется со своим желанием остаться? Рику хотелось на это надеяться. Сегодня ночью в какой-то момент он вдруг отчетливо понял, что не сможет жить без Кендалл. Ох, дьявол! Да ведь это было очевидно уже тогда, когда он увидел ее на обочине в подвенечном платье.
С приездом сестры у Рика появлялся шанс убедить Кендалл, что Йоркшир-Фоллз — ее дом. И что маленький городок — это именно то место, где Ханну можно определить в школу и осесть самой. Хм, мечтать не вредно!
Пожалуй, следует снова начать возводить вокруг себя крепкие стены, чтобы сохранить собственное сердце в неприкосновенности.
Кендалл почему-то казалось, что тинейджеры трещат без умолку. Но в машине висела мертвая тишина. Как только Ханна вышла из автобуса и отстранилась от ее объятий, Кендалл почувствовала, что сестра попала в беду. А когда Кендалл увидела реакцию сестры на присутствие Рика в форме, она поняла, что допустила огромную ошибку, взяв его с собой.
— Что это за коп? — с откровенным презрением спросила Ханна.
— Это не коп, а мой… — Кендалл замолчала. Рик был копом, но приехал сюда совсем не потому, что Ханна что-то натворила. Однако Кендалл не могла сообразить, каким словом определить их отношения. Тем более для четырнадцатилетней девочки. Она остановилась, на ее взгляд, на самом нейтральном термине. — Он мой бойфренд.
— Фу, отстой!
— Кстати, про отстой. Что это ты сделала со своими волосами?
Ханна ухватила фиолетовую прядь в своей неряшливой прическе.
— Круто, правда?
Прикусить язык было не так-то просто, но Кендалл справилась с собой. Нельзя было отталкивать сестру еще больше. Поэтому в Йоркшир-Фоллз они въехали в молчании. Слышался только звук лопающейся жевательной резинки, которой развлекалась Ханна.
— И чем тут можно заниматься, в таком городишке?
Кендалл взглянула на сестру, а потом повернулась к Рику:
— Рик, ты знаешь об этом больше меня.