Чтение онлайн

Узнав о соглашательской позиции Засулич, Плеханов перестал ей писать. Через некоторое время он получил весточку от Аксельрода, в которой тот извещал, что Вера Ивановна больна, у нее сердцебиение, лихорадка и слабость. Он считал, что причина такого состояния Веры Ивановны — жестокий тон последнего послания Плеханова. И хотя Аксельрод дал слово Вере Ивановне не сообщать Плеханову о ее состоянии, но положение было угрожающим, и он нарушил свое обещание. Кончалось письмо так: «…теперь я прямо говорю тебе: выпиши ее в Женеву и постарайся успокоить, приласкать ее. Ее страшная искренность в связи с ее расшатанными нервами делают из нее мученицу, страдалицу в буквальном смысле. Я предупреждаю тебя, чтобы тебе не пришлось самому мучиться в случае какой-нибудь беды».

Получив письмо Аксельрода, Плеханов

написал Вере Ивановне, попросил приехать в Женеву.

Сведения о разногласиях между группой «Освобождение труда» и союзом доходили и до России. В. И. Ленин писал из ссылки Потресову 27 апреля 1899 года: «Страшно вредно, по-моему, что этот спор с ультраэкономистами не попал вполне и целиком в печать: это было бы единственное серьезное средство для выяснения дела и установления известных точных принципиальных положений. А то теперь хаос полный!» [34]

Через несколько месяцев Ленин приехал за границу (в 1900 году) и узнал о всех обстоятельствах этой борьбы. Он в письме к Надежде Константиновне Крупской называл борьбу «экономистов» нечестной, потому что они «…пользовались своими связями и своими практическими ресурсами для того, чтобы оттирать группу «Освобождение труда», для того, чтобы ее нежелание пропускать «позорные» идеи и позорное недомыслие объявлять нежеланием пропускать всякие «молодые силы» вообще. Эта борьба против группы «Освобождение труда», это оттирание ее велось втихомолку, под сурдинкой, «частным» образом, посредством «частных» писем и «частных» разговоров, — говоря просто и прямо: посредством интриг, потому что вопрос о роли группы «Освобождение труда» в русской социал-демократии никогда не был, никогда не будет и никогда не может быть частным делом» [35] .

В течение двух лет Плеханов и его соратники боролись против «экономистов». Они выступали на собраниях, вели обширную переписку, часто встречались с единомышленниками и теми революционерами, которые еще не определили свое отношение к «экономизму». Эти методы были вызваны тем обстоятельством, что типография группы еще ранее была передана администрации союза.

Еще в 1898 году один из лидеров «экономистов», С. Н. Прокопович, прислал Аксельроду свой отзыв на его книгу «К вопросу о современных задачах и тактике русских социал-демократов». Этот отзыв превратился в целую брошюру, в которой очень ярко выявились его оппортунистические взгляды. П. Аксельрод написал Плеханову, что он хотел бы сам подготовить ответ: «Как ни слаба брошюра нашего демагога, она младенческие и запутанные головы наших социал-демократических недорослей может легко еще более спутать. Стало быть, поход нужно повести немедленно — враг должен быть с первых же ударов смертельно ранен и уничтожен… Я полагал, что нанести окончательный смертельный удар — это, разумеется, будет твое дело, но первую рану причинить приходится мне. Но Вера Ивановна думает, что лучше всего было бы баталию предоставить тебе».

Плеханов очень обрадовался боевому настроению своих друзей. В ответном письме он указывал, что начать борьбу должен Аксельрод, а он, Плеханов, продолжит. Здесь же Плеханов пишет: «По правде сказать, здорово я сердился на вас обоих в течение этого времени, а теперь мне ужасно хотелось бы повидаться с вами. Жаль только, что нельзя: я воюю теперь с Бернштейном».

Но тогда этот план не удалось осуществить. После съезда «Союза русских социал-демократов за границей» Аксельрод и Засулич не захотели участвовать в его деятельности. Но Плеханов не был согласен с такой пассивной тактикой. Вопрос стоял так остро, что эти разногласия могли привести к распаду группы «Освобождение труда». Плеханов написал Аксельроду и Засулич: «Я останусь в союзе, пока меня не прогонят или пока я не прогоню своих врагов. Для меня это дело окончательно

решенное… Если вы хотите принять участие в предстоящей борьбе — хорошо: нет — я один пойду той дорогой, идти по которой велит мне мой долг революционера».

Конечно, после такого ответа отношения между Плехановым, с одной стороны, Аксельродом и Засулич — с другой, стали прохладными. Но до разрыва дело не дошло. Через несколько недель тон писем становится спокойнее, и снова возникает план издать работу, критикующую «экономистов».

Толчком к этому решению послужило известие о резолюции ссыльных из Минусинска, написанной В. И. Лениным против оппортунистической позиции «экономистов». Хотя и раньше приходили в адрес группы письма из России с поддержкой ее позиции, но «Протест 17» был подписан наиболее известными революционерами-марксистами и написан в столь ясном, недвусмысленном тоне, что это придало силу и уверенность Плеханову и его друзьям.

В середине 1900 года им наконец удалось) издать сборник, включающий письма и отзывы «экономистов» (для того, чтобы всем стали ясны их взгляды) и документы революционных марксистов, в том числе «Протест 17». Сборник назывался «Vademecum» (Путеводитель. — Авт.) для редакции «Рабочего дела».

В большом предисловии Плеханов показал, что взгляды «экономистов» вытекают из неверия в возможность политической пропаганды среди пролетариата, что они смыкаются со взглядами ревизионистов на Западе и являются попыткой сделать из рабочих послушное буржуазии политическое оружие. Резкую отповедь Плеханова вызвало намерение «экономистов» пересмотреть идеи «Коммунистического манифеста». Эклектизм, идейный разброд в рядах «экономистов», отсутствие знания марксизма и нежелание его изучать привели к тому, что люди, называющие себя социал-демократами, мешали развитию социал-демократического рабочего движения. В заключение Плеханов писал: «Нам надо выйти из этого хаотического и позорного положения во что бы то ни стало. Горе партии, терпеливо переносящей подобную путаницу» (1—XII, 42).

Высокую оценку сборнику дал Ленин, приехавший в Швейцарию из ссылки. На месте узнав об условиях, в которых пришлось действовать группе «Освобождение труда», он писал Надежде Константиновне Крупской в августе 1900 года: «Vademecum»— это — вопль, прямо-таки вопль против пошлого экономизма, против «стыда и позора» социал-демократии… И против всяких обвинений, направленных на Плеханова, надо прежде всего решительно установить, что вся суть его брошюры — именно объявление войны «позорным» принципам «кредизма» и «кусковщины», именно принципиальный раскол…» [36]

Впоследствии, в искровский период, Плеханов, продолжая борьбу против «экономизма», напечатал ряд статей, в которых вскрыл ревизионистский характер этого течения. Ленин неоднократно говорил о заслугах Плеханова в борьбе с «экономизмом». В 1907 году, рассказывая о появлении «экономистов» и разоблачая их взгляды, он подчеркивал: «Плеханов объявил этим взглядам войну не на живот, а на смерть (в чем ему помогли русские революционные с.-д.) и расколол на этой почве заграничную организацию РСДРП» [37] .

Для того чтобы вести борьбу с «экономистами», необходима была поддержка из России. «Экономисты» все время хвастались, что за ними «российские практики». А между тем письма, приходящие с родины, попадали в руки оппортунистической верхушки «Союза русских социал-демократов за границей», и судить о действительном положении дел было трудно. Нужно было вновь наладить непосредственную связь с местными партийными кругами. В 1899–1900 годах такие связи начинают восстанавливаться.

В октябре 1899 года бежал из ссылки Николай Эрнестович Бауман. Попав в Швейцарию, он близко сошелся с членами группы «Освобождение труда» и по ее рекомендации вошел в «Союз русских социал-демократов за границей».