Playthings
Шрифт:
– Мечтать не вредно, - кивнул Блондин. Я привычно показала ему язык, невозмутимо глядя из-под бордовой челки.
– Ты должен мне два экзамена, Каллахен, - напомнила я назидательным тоном, отступая назад шаг за шагом - лимит времени рядом с Блондином истек уже давно, и теперь я чувствовала себя неуютно в его компании.
– Помню, - отозвался Мика лаконично. Отметив мое отступление, он сам уже развернулся и направился в сторону аллеи, засунув руки в карманы. Потом остановился, обернулся и громко продекламировал:
– А за все экзамены ты бы со мной переспала?
И
– Зараза ты... крашеная!
Глава 2
Hey ya, baby!
И все вернулось на круги своя.
Едкие усмешки, парочка привычных сплетен, одна из которых была и про то, что эта сессия у меня уже сдана как раз именно потому, что я переспала с Каллахеном; забавные наклейки на стеклах вроде "готовь вазелин - скоро экзамен!". На большее в сессию не хватало, и мы трогательно ждали начала осеннего семестра.
Блондин обещание сдержал, так что от гнета профессора Паркера я была избавлена до Рождества, но остались еще и несколько других спиногрызов в экзаменационном бланке, которые вводили меня в скорбное уныние.
Надолго вводили.
Пока, конечно, другие не менее важные проблемы не откинули все эти экзамены на второй план. Случилось все в один прекрасный июньский день, когда солнце светит так ярко, что хочется забыть обо всем на свете и бежать на пляж загорать. Увы, пляжа у нас как такового никогда и не было, как, впрочем, и водоема - личные бассейны в шикарных домах на седьмой улице я не считаю, потому что живу в общежитии. Максимум, что ты можешь там себе позволить - прохладный душ. И на этом спасибо.
Вернемся к тому прекрасному дню, когда я, преисполненная любви ко всему миру после сданного экзамена по правоведению, практически вприпрыжку спешила к машине, прижимая к груди ворох учебников для следующего экзамена. На улице - ни ветерка, асфальт раскалился так, что я чувствовала его тепло через подошву шлепанец. Даже рискнула надеть на себя короткие джинсовые шорты, потому что не хотелось чувствовать себя полярным медведем в штанах.
И такой день смог загадить одним своим присутствием только один человек во всей Вселенной - непревзойденный Маменькин сынок Мика Каллахен, греющий зад на капоте своего "Астон-Мартин" рядом с моим автомобилем. От солнечного удара его спасала белоснежная бейсболка и футболка с бриджами, и, сказать честно, вид у него был не менее непривычный, чем у меня в шортах и шлепках.
– Можно я сделаю вид, что мы не знакомы?
– спросила я сухо, сдержав желание швырнуть все эти учебники в руках прямо ему в лицо.
– У тебя что, очередной приступ самолюбования? Я тебе должна?
– фыркнув, я обогнула его машину и стала закидывать учебники в багажник. Чувствуя взгляд Мики на спине, захлопнула багажник "Жука" и обернулась. Каллахен соизволил даже снять солнцезащитные очки и приподнять брови.
– Говорила, что в этих очках ты похож на гея?
– осведомилась я, подперев задом багажник своей малютки-машины и сложив руки на груди.
–
– поинтересовался Блондин, нацепив очки на голову и глядя на меня как на любимого ребенка с задержкой развития. Коронный взгляд Каллахена, обращенный на меня: смесь иронии, издевки и явного превосходства. Я ненавидела этот взгляд так сильно, что даже сейчас громко фыркнула и отвернулась в сторону, разглядывая полированный бок его машины.
– Жаль на тебя тратить последние разумные мысли, не находишь?
– резонно спросила я, пожимая плечами.
– Меня ждут в 'Саванне', Каллахен. Перейдем к делу.
Ясное дело, что просто так Мика не стал бы перекрывать мне выезд с парковочной дорожки. Даже если бы он это делал чисто из вредности, я не настолько важная для него персона, чтобы тратить на подобные шалости свое личное время. Последние три недели мы вообще даже толком не виделись, а если и виделись, времени и сил хватало только на один-единственный красноречивый взгляд "убью и даже рот не смей открывать". Вот после летних каникул, когда мы отдохнем и наберемся сил, сможем крыситься друг на друга так, что прохожие будут оборачиваться, а друзья обреченно вздыхать.
Осталась всего неделя - и мы наконец-то отдохнем от этого университета и этой жизни.
И друг от друга.
– В 'Саванне'? Хочешь на халяву потрахаться?
Я поперхнулась смехом и не смогла не посмотреть на него. Только Мика местами может такое сказать, что не знаешь - это издевка или подкол. Каллахен настолько непредсказуем, что проще сразу взять мыло и веревку. В данный момент Блондин слегка улыбался, не сводя с меня своих зеленых кошачьих глаз, а я просто взяла и показала ему средний палец.
– Ты еще и озабоченный, Лысая Башка.
– На себя посмотри, - фыркнул тот в ответ.
– Так что тебе надо? Уж прости, на Бал Выпускников с тобой не пойду, не уговаривай...
– хмыкнула я язвительно. Думать и гадать, чего же такого нужно от меня Мике было делом бесполезным, поэтому я просто ждала от него нормального ответа.
– Ах, а я только выбирал между тобой и Памелой Андерсон... Придется звать Пэм, - Блондин сделал удивленные глаза с блюдца, и я глухо усмехнулась.
– Ближе к делу, Каллахен, - пришлось еще раз напоминать ему, что мы тут не просто так решили встать и поболтать как заправские друзья.
– Вчера пришли билеты от отца, - выдал Мика, скривившись так, словно съел целый лимон.
– О чем ты?
– переспросила я удивленно.
– Солнце, море и песок... Помнишь, я собирался поехать к нему в гости? Точнее сказать, он нас пригласил?
Я стала вспоминать тот день, когда за экзамен у профессора Паркера я на полчаса изобразила подружку Каллахена-младшего перед его отцом. Тогда, помнится, Аарон позвал сына в гости, и тому пришлось согласиться...
– Господи, какой же ты идиот...
– вырвалось у меня.
– Блондин, отстань от меня! Скажи своему папочке, что я тебя бросила, потому что ты ужасен в постели и успокойся. И не втравливай меня в это дело! Я что, похожа на куклу?!