Чтение онлайн

– ...вот уж не преувеличивай.

– Колючка.

– Где эту пергидрольную фифу потерял? Кто вообще выбирал нового капитана чирлидеров? Саманта мне нравилась намного больше, даже с ее силиконовой грудью и носом после пластики! А эта...

– Как я по этому ворчанию соскучился!
– внезапно Мика сгреб меня в охапку, стиснул в обьятиях до треска в ребрах, я едва не задохнулась.
– Это выбор студсовета, увы. Она правда хороший капитан...

– Мне все равно, какой она там капитан, это не дает ей права вываливать свое декольте

перед всей командой, - хрипло отозвалась я, пытаясь выбраться из смертельного захвата.
– Отпусти меня, ну! Не распускай руки! Ты уже залез к ней в трусики, да?

– Ты ревнуешь?
– гоготнул этот мужлан, а я со всей силы пихнула его локтем. Впрочем, активно двигаться в осеннем пальто не очень выходило, неудобно, да и Каллахен был в своем черном пальто с высоким воротом.

– Вот еще. Просто она перед тобой крутится как мартовская кошка, аж тошнит от омерзения. Так залез?
– буркнула я, выкрутившись из обьятий. Мика хмыкнул и невозмутимо отодвинулся.

– Нет.

– Что же так? Теряешь хватку?
– поддразнила я, обернувшись к нему.

– Она мне не нравится.

Еще даже не остывший толком после игры, пусть даже и после душа, Мика был возбужден настолько, что я это кожей чувствовала, чего уж говорить про запах миндаля? Возбуждение, понятное дело, было игровое, совсем другого типа, но даже от него у меня такой липкий ком в горле встал - я даже сглотнула. Такой теплый и такой улыбающийся плюшевый тигр, когда еще такого увидишь? Только вот в такие редкие минуты, и я наслаждалась этим зрелищем насколько могла.

– Она - и не нравится? Не заговаривай мне зубы. Половину мячей пропустил, пока пялился на ее трусики...

– То есть вместо того, чтобы смотреть на своего обожаемого Рыжего, ты куда смотрела, прости?
– невозмутимо уточнил Мика, и я поняла, что вот с этим фактом придется согласиться. Если я начну спорить и отпираться, он пристанет еще больше и раздует это невинное наблюдение до невероятных размеров.

– Твои плечи мне весь обзор закрывали.

– Не такой уж я и большой.

– Что правда - то правда, - не удержалась от шпильки я, ведь фраза прозвучала так двусмысленно. Мика улыбнулся так кокетливо, что язва прошла вхолостую. Я фыркнула, сморщившись, и отвернулась, увлеченно разглядывая стенд с наградами школы на стене далеко внизу.

– Только скажи - и все будет, - хмыкнул Каллахен.

– Только не начинай...

– Если бы тебе пришлось выбирать, кого бы ты выбрала?

Я удивленно зыркнула на него, но во взгляде Мики сквозило чистой воды любопытство. Ни издевки, ни насмешки - только прямой вопрос. Мне не хотелось юлить, отмахиваться, придумывать что-то, - просто потому, что это был Блондин.

– Я не знаю. Но мне же не нужно выбирать?

Мика отрицательно мотнул головой - и тут же улыбнулся. В какой тебя вселенной выкопали? На мою голову...

Подцепив меня за край рукава, Каллахен подхватил сумку и потянул меня в сторону коридора. Я так удивилась, что не только

не стала сопротивляться, но и вообще как либо комментировать это. Что он задумал? Я успела лишь растеряно обернуться в сторону выходных дверей и лестницы. Повернув ручку одного из учебных классов, Мика заглянул внутрь и ввалился в пустую аудиторию, втянув и меня. Судя по плакатам на стенах - класс французского языка, такая ностальгия!

– Это же чужая школа!
– возмущенно зашипела я, оглядываясь.
– Ты с ума сошел.

– Ты слишком драматизируешь, - усмехнулся Каллахен, закрывая за мной дверь - и тут же начал меня целовать. Не сказать, чтобы я слишком возмущалась подобному, особенно когда тебя еще и за ушком чешут такие теплые, мягкие и пряничные мишки. Поцелуй был неторопливый и томный, такой тягучий и сладкий, словно карамельная ириска. Только губы, мягко, нежно... и я непроизвольно запускаю руки под распахнутое черное пальто, оборачиваюсь теплыми обьятиями как одеялом. Хочу углубить поцелуй, нетерпеливо прикусываю Блондина за нижнюю губу, но тот лишь ухмыляется, и отворачивается, подставляя щеку. Я мстительно ущипнула его за бок, разочарованно вздохнув, а его губы уже на шее, рука тянет шарф вниз, потому что мешается, ох как мешается. Мика прикусывает кожу - я судорожно сжимаю футболку, он чувствует это и горячо выдыхает:

– Соскучилась?

– Вот еще.

– Я тоже.

Улыбаюсь. А что мне еще остается делать, когда сердце готово из груди выскочить? Потянув многострадальную футболку вверх, забираюсь под нее, прижимаю ладошки к горячей коже.

Не как с Ником. Совсем по другому. Только почему? Вроде бы два парня, что может быть отличного в одном обьятии? Но... совсем не так. И скучаю ли я по прикосновениям Лисенка, как сейчас физически соскучилась по каллахеновским?

Проводит языком по нижней губе - теперь моя очередь вредничать, сжимаю челюсти. Блондину не обламывается, дразнит, прикусывает, целует в нос. Его пальцы щекочат шею, а я борюсь с желанием запустить руки под ремень джинс и, как не прозаично, - чтобы не застонать. Мы слышим голоса в коридоре, на мгновение замираем, но никому нет дела ни до нас, ни до этого учебного класса. Пользуясь моментом, Мика прижимается до бесстыдного близко, раздвигает губы, целует совсем уж горячо, мокро и весьма многообещающе. Отчетливо понимаю, что все, вот, он начинает заводиться уже по-настоящему, и мне уже все равно, лишь бы только это не прекращалось.

Провожу руками по бокам - мышцы еще не остыли после игры, чувствую боковой пресс, разочарованно вздыхаю. Футболка и моя кофта очень мешают, до болезненного покалывания хотелось прижаться, животом чувствовать как мышцы пресса работают, а не так...

Мика отстранился, томно вздохнул в самые губы, прикоснулся к ним пальцами и хитро улыбнулся. Пришлось назвать его упырем, чтобы не расслаблялся.

– Заедешь ко мне вечером?
– поинтересовался он, целуя чувствительную кожу прямо под челюстью.