Чтение онлайн

Приятный запах и легкий хлопок газа, ударившего прямо в лицо, сразу охладили меня и как бы пробудили мое сознание. Ломбар развалился на широкой и мягкой скамье, продолжая улыбаться как самый радушный хозяин.

— Солтен… — начал он.

И тут меня охватил ужас: дело в том, что раньше он никогда не называл меня по имени и никогда, вообще никогда вышестоящий у нас не обращается столь фамильярно к подчиненному. Мне сразу же стало ясно, что в самом ближайшем будущем меня ожидает нечто ужасное.

— Солтен, — дружелюбно повторил Ломбар, — у меня для тебя приятная новость. Нечто вроде праздничного

подарка, которым уместно отметить нашу вчерашнюю победу.

Я совсем перестал дышать. Я знал: что-то неотвратимое надвигалось на меня.

— Начиная с сегодняшнего утра, — сказал Ломбар, — ты уже не занимаешь пост начальника 451-го отдела.

О боги, я так и знал. Следующими его словами наверняка будет приказ отправить меня в камеры подземелья — после пыток, конечно! Лицо мое, по-видимому, стало белее бумаги, потому что он стал еще ласковее.

— Нет, нет, нет, — со смехом проговорил он. — Не бойся, Солтен. У меня нашлось для тебя нечто более интересное. И если ты с этим справишься как следует, то кто знает — может, тебя ждет пост начальника всего Аппарата! А то и лорда-попечителя внешних связей…

Вот-вот, так оно и есть. Я был совершенно прав. Дела мои обстояли — хуже некуда! Отчаяние помогло мне вновь обрести голос.

— И это… и это все последствия допущенной мной накладки?

— Ну что ты, Солтен, — сказал Ломбар, — полно тебе сокрушаться, ты ведь ничего не мог сделать. Доклад Хеллера прошел по совсем иным каналам связи и поэтому никак не мог попасть тебе в руки, ты просто был лишен возможности вообще хоть как-нибудь соприкоснуться с ним. И он был совершенно прав. Копий доклада не делалось, поэтому я и не мог обратиться к отделу тайных операций с требованием изъять оригинал и положить на его место документ с внесенными мной изменениями. И тем не менее теперь меня это не спасало!

Хисст поднялся со скамьи, и я был уверен, что он возьмет сейчас в руки хлыст или, что еще хуже, — нажмет кнопку и вызовет тюремную стражу. Но он просто решил еще разок полюбоваться своим отражением в зеркале.

— Нам был просто необходим этот случай, — сказал он, — чтобы ускорить многие события. И теперь, получив приказ Великого Совета, мы наверняка выполним задуманное.

Ломбар вернулся к столу и похлопал меня по плечу. Чисто интуитивно я отшатнулся от этой ласки.

— Солтен, — продолжал он невозмутимо, — я назначаю тебя представителем Центра при секретном агенте, которого мы посылаем на Блито-ПЗ.

Теперь я понял все: Представитель Центра руководит действиями агента на той территории, куда того засылают, направляет его, руководит всеми его операциями. Если же что-нибудь пойдет не так, именно руководителя обычно предают смертной казни. Но и осужденный на смерть, а вернее — особенно осужденный на смерть, обязан бороться за свою жизнь.

Но ведь… но ведь на весь проект ассигновано всего три миллиона кредиток. Достаточно одному-единственному кораблю по терпеть аварию или разбиться, как все полетит в…

Ну-ну, не смотри так мрачно на простые вещи, — утешил меня Ломбар. — А кроме того, Эндоу прекрасно знает, как эти три миллиона превратить в сотни миллионов. Небольшой перерасход в одном случае, победная реляция — в другом, умение вовремя при грозить возможными

осложнениями — в третьем, и любые первоначальные ассигнования можно взвинтить до небес. Нет, с деньгами у тебя не будет никаких затруднений. Можешь не волноваться. Да и какие могут быть затруднения — ведь если бы им пришлось организовывать внеплановую и неподготовленную операцию вторжения, то на это ухнули бы триллионы. А кроме того, она еще и с треском провалилась бы. — Он снова подошел к зеркалу. — Нет, считаю, что я очень хитро задумал это дело. Я ведь заранее предвидел примерно такой расклад. Поэтому постарался на всякий случай иметь под рукой достаточно денег. А теперь у меня будут средства на то, чтобы удесятерить число отправляемых на Землю транспортных кораблей, и при этом мне не придется отвечать на их дурацкие запросы, не придется опасаться, что их смогут обнаружить приборы наблюдения. Это просто великолепно. Теперь я могу сказать всем и каждому, что мы поддерживаем связь и доставляем необходимые материалы нашему агенту, а заодно и тебе.

— Так, значит, вы хотите сказать, что меня отправят на Землю? — задал я совершенно идиотский вопрос.

Ответ на него был очевиден. Ведь направлять действия такого агента с Волтара просто невозможно. Я пребывал в полной растерянности. При этом я даже не заметил паузы, которую Ломбар сделал в ожидании моих аплодисментов. И тут я попытался весьма неуклюже исправить свою ошибку:

— Я никак не мог поверить, что нам посчастливится выпутаться из такой передряги… Этим мы всецело обязаны только вам.

Мои слова заставили его снова улыбнуться. Но на какое-то, мгновение он нахмурился. Поэтому я набрался смелости и решил предпринять еще одну попытку:

Мы… У нас… У нас просто нет агентов такого калибра.

Глупости, у нас имеется несколько агентов на Земле. И ты прекрасно это знаешь. Поэтому я как раз думал о том, чтобы придать тебе сразу двух — Рата и Терба, — они тебе пригодятся. Это пара самых квалифицированных убийц из всех, с кем мне приходилось сталкиваться. Ну, что ты на это скажешь? Устраивает?

Я с такой ясностью представил себе смертный приговор за провал этой миссии, как будто бы уже держал его в руках, и решил не отдавать свою жизнь без борьбы.

— Но ваша светлость, — польстил я Ломбару на всякий случай, — ни один из них не отличит геофизики от географии. А я… честно говоря, я и сам чуть было не завалил экзамены по этим предметам в Академии.

Ломбар расхохотался. Причем сделал это весьма добродушно. Его явно забавлял наш разговор. Это был совсем другой Ломбар, совсем не такой, каким я привык его видеть.

— Но ты ведь все-таки прошел необходимый курс наук. Ты, небось, вызубрил все высокопарные научные слова. Солтен, тебе просто нужно привыкнуть к мысли, что я — твой самый лучший ДРУГ.

Вот оно, вот оно. Теперь он наверняка подбросит еще какую-нибудь гадость. Я точно знал: у него еще что-то припасено.

— Возьми-ка еще один чанк-попс, — и он снова пододвинул ко мне золотую коробку..

Я едва сумел раскупорить обертку. Но мне повезло, что я все-таки справился с этим делом, потому что дальнейшие его слова наверняка заставили бы меня грохнуться без сознания, не освежись я вовремя чанк-попсом.