Чтение онлайн

— Только с рукой осторожнее, с правой.

Она аккуратно просовывает свою руку и вдруг прижимается и нежно меня обнимает.

— Я скучала, — тихонько шепчет прямо в ухо.

— Я тоже, — шепчу я в ответ, а у самого по коже огонь проносится, электрический импульс, заставляющий дыбом встать каждую даже самую маленькую волосинку.

— Ладно, — говорит Ирина высвобождаясь из объятий и возвращаясь на стул. — Слушай. Планы меняются. ВССО не будет.

— Почему? — хмурю я брови. — Я уже работу планировать начал.

— Ну, можешь сходить в штаб и поделиться

своими идеями, ребята будут благодарны. Но самому тебе сейчас какие стройотряды?

— Блин… Я уже несколько объектов подыскал в Узбекистане. И это же ещё на следующий год, успею поправиться.

— Я смотрю, прямо любимая республика у тебя Узбекистан в последнее время.

— Нет, пока любимая республика — это Латвия, потому что, мы вместе туда…

— Прекращай эти дела, — строго говорит Ирина, бросая быстрый взгляд на соседнюю койку, туда, где генерал читает газету, пытаясь не слушать наши разговоры.

— Короче, ВССО отменяется.

— А ты-то? Всё по плану?

— Да, по плану. Я сейчас ездила… на новое место работы, там всё подтверждено. Так что в этой части мой план действует. Через месяц примерно или, может, чуть позже поеду. Но на моё место придёт твоя широкозадая подруга, поэтому соответственно в штабе ВССО вакансий не появится.

— Как так? — удивляюсь я. — Ты же сказала, что ей рано ещё.

— Да, сказала, потому что так думала. И сейчас думаю точно так же, но товарищ Ефим хочет, чтобы всё пошло по-другому. Ну, и не только он. В общем, если в ближайшее время ничего не изменится, будет вот так. Тебя на её место, разумеется, никто рассматривать не будет, но у тебя и так место хорошее, равнозначное, между прочим, месту первого секретаря райкома.

— Ну, нет. У нас организация маленькая, куценькая. Но мне, раз со стройотрядами глухо пока, другого и не нужно. И там хорошо.

— Ну ещё бы, одни девки вокруг.

— Ну, уж ты скажешь, а наладчики, а руководство?

— Хорошо-хорошо, убедил. В общем, перспективы такие, спокойно лечись, выздоравливай, и выходи на работу. Дел у тебя много. Алёшина, конечно, девка толковая, справляется в твоё отсутствие, но зам есть зам. У вас проверка закончилась, кстати.

— Ну и как там, кто кого — «Комсомольский прожектор» или директор?

— Нарушений не выявлено. Но этот майор сам подозрительный тип, так что ты когда вернёшься изучи доклады с результатами проверки.

— Хорошо, изучу.

— Может, покажешь кому-то.

— Лады, — киваю я.

— Ну, вот и всё, что хотела сказать тебе о делах.

— А я вот тоже хотел с тобой поговорить о деле.

— Да ну?

— Ага. Есть у нас с ребятами идея одна. Если получится, можно будет её масштабировать сначала на область, а потом и на союз замахнуться. Если успеешь до своего назначения, войдёшь в анналы, как первопроходец. Тема огонь, хорошая очень.

— Масштабировать, — пробует она словечко на вкус. — Ладно, выкладывай. Идея не секретная?

— Нет, не секретная, наоборот, мнение боевого генерала мне не повредит.

Ира при известии о боевом генерале чуть приподнимает брови.

— Короче, — начинаю

я. — Я занимаюсь в секции самбо. Тренер у нас офицер, много чего повидал и Родину-мать любить умеет. Он воевал в Анголе, а сейчас у нас в училище связи преподаёт.

— В какой ещё Анголе? — хмурится Новицкая.

— Да? — оживляется Скударнов. — Как фамилия?

— Майор Скачков Виталий Тимурович.

— Нет… — чуть подумав, произносит он. — Не припоминаю. А в каком году воевал, не знаешь?

— К сожалению не знаю. Могу у отца уточнить, он тоже Анголу прошёл, получил ранение, орденом кубинским награждён. Сейчас также в училище работает. Я через отца, собственно и познакомился со Скачковым.

— Брагин?

— Брагин.

Новицкая молчит, не перебивает.

— Нет, не знаю, не пересекались, наверное. Ладно, прости, что влез. Продолжай.

— Да. Без проблем. Так вот, мне с тренером повезло, он отличный наставник, не просто учит броски делать, но много рассказывает об армии, пацанам мозги вправляет, в общем, ведёт большую и нужную работу. Можно сказать, на общественных началах, исключительно по зову сердца. Вот и смотри. Идея такая. Я хочу под эгидой горкома ВЛКСМ создать военно-патриотический отряд. Суть в чём? Надо не просто спортом заниматься и пацанов приёмам обучать, надо им основы военного дела давать, учить с оружием обращаться и вкладывать правильные мысли в голову. Чтобы ещё и идейно-патриотическая составляющая была, ферштейн? Но привлекать надо не алкашей-военруков, а тех, кто прошёл через огонь современной войны.

— Это что значит? — уточняет Новицкая и опять хмурится.

— Ветеранов Афгана брать, Анголы той же, на примере показывать величие Руси-матушки. Ты понимаешь, какая это бомба? Тебе же цены в ЦК не будет. Сейчас столько пойдёт спецов из Афгана.

— Какого ещё Афгана?! — строго чеканит Ирина. — Ты голосов наслушался вражеских?

— Ну, Ир, ты что, как ребёнок? Скоро никто не будет стесняться того, что мы интернациональный долг выполняем, потому что скрывать невозможно станет. Сейчас-то уже в Ташкенте все госпитали забиты, а мы ещё, знаешь ли, только в начале войны. Там лет на десять не меньше. Да вон у Даниила Григорьевича спроси. Он там ранение получил.

— Распространяться об этом особо не стоит, — крякает генерал, — но, я вижу, дама вы серьёзная. Да, думаю, Егор дело говорит. Знаете, какие сейчас новобранцы приходят, хоть в Афганистан, хоть куда? Барахло одно. А вот такая подготовка для подростков была бы очень хорошим делом. Чтобы не по улицам шатались, а готовились Родину защищать. Это ведь, не только полезно, но и увлекательно.

— Главное, — продолжаю я, — не забюрократизировать это всё на корню, не превратить в унылую обязаловку. Пацанам должно быть интересно. Повторю, основа всего этого — боевые единоборства, военная и идейная подготовка. Мы тебе таких бойцов наклепаем, весь мир завидовать будет. Надо только с умом подойти. Форму мы крутую можем сделать — у нас же на фабрике сошьём. Программу придумаем, от желающих отбою не будет. А тебе благодарность от всего советского народа.