План "Б"
Шрифт:
Вечер накануне начала операции, Лара провела как обычно: в слезах и печали. А вот утро, благодаря усилиям некоторых юных чаровниц, принесло новые настроения: «Как же я устала быть одна… — подумала Лара, собираясь на работу.
Глава 8. День первый
Затем в суете сборов мысль улетучилась. Еще бы: на блузке оторвалась пуговица, Татка подсунула задачу по математике, маме приспичило поделиться мыслями по поводу семейного бюджета. Уже явно опаздывая, Лара выскочила из
На повороте рядом с ней притормозил белый «Ягуар»:
— Будьте любезны, можно вас на минутку, — спросил водитель через открытое окно. — Я крайне тороплюсь на официальное мероприятие, но, кажется, заблудился. Подскажете, пожалуйста, как проехать, а лучше покажите дорогу. Я заплачу.
Типу нужен был дом, расположенный рядом с институтом, в котором Лара работала. Но разве это повод садиться в машину к незнакомому мужчине? Паспорт гражданина Великобритании плюс кипа официальных документов не развеяли сомнений. В газетах писали, что при современном развитии копировальной техники аферисты способны и не на такое. Но тут сын туманного Альбиона протянул стофунтовую банкноту и Лара дрогнула. Наивность иностранца не знала границ. А раз так, то хотя бы из соображений гуманизма, человеку следовало помочь. Да и, что греха таить, корыстолюбие одолело.
И все же, устраиваясь на заднем сидении шикарного авто, Лара удивлялась собственному легкомыслию. Как выяснилось — не напрасно. Едва машина тронулась, мужик объявил без лишних экивоков:
— Вы очень красивы. Я от вас без ума…
В подтверждение последнего тезиса он понес совершеннейшую ахинею.
— Вы должны поверить, это любовь с первого взгляда. Я предлагаю руку и сердце. Ваши глаза меня околдовали. Вы согласны быть моей женой?! Имейте в виду, я не шучу!
«Не шучу» прозвучало с такой очевидной угрозой, что Лариса запаниковала.
— Остановите! Немедленно остановите!
— Не волнуйтесь! Я вас не обижу! — В голосе мужчины звучали чистые нотки почти детской обиды. — Услышьте же меня! Я не виноват ни в чем. Это любовь! Судьба настигла меня и я счастлив. Вы — красавица! Я искал такую женщину всю жизнь! Будьте моей женой!
— Позвольте мне выйти, пожалуйста!
— Только не плачьте!
— Я вас умоляю.
— Нет, это я вас умоляю! Пообещайте встретиться со мной.
— Но…
— Иначе будете сидеть в машине весь день.
— Мы обязательно встретимся. Вы произвели на меня неизгладимое впечатление. Когда вам удобно?
— Вы не шутите? — расцвел англичанин.
— Нет.
— Тогда в 18.00 на этом месте. И возьмите…
Лара послушно протянула руку.
— Это кольцо. Семейная реликвия!
На ладони лежала небольшая, обтянутая красным бархатом, коробочка.
— Может быть не надо?
— Надо!
С тяжким вздохом Лара приняла подарок и тут же оказалась на свободе.
Странное происшествие, едва перестав казаться страшным, стало смешным. Особенно после анализа, сделанного в лаборатории. Кольцо с огромным, с куриное яйцо, блестящим прозрачным камнем, оказалось, конечно, подделкой. Бижутерия,
Тем ни мене следовало поостеречься.
Пересидев для безопасности лишние полчаса, в 18.30 она с опаской выглянула из дверей проходной (белого автомобиля не было видно, слава Богу) и чуть не бегом направилась к маршрутке. Однако, стоило сделать пару шагов, как взвизгнув тормозами, рядом остановился темно-серый «Бентли». Стекло поползло вниз, и из салона раздался приятный мужской голос:
— Лариса?
— Да…
— Кольцо верните.
Лариса торопливо зашарила в сумке. Расческа, пакет, косметичка. Кольца не было.
— Оставила на работе, — худшие опасения показались безобидным домыслом. Дипломат, наверняка, был шпионом. В кольце, наверняка, спрятано зашифрованное донесение или, хуже того, оно само — военная тайна. — Я могу вернуться. Я отдам кольцо…
— Садитесь! Нам надо поговорить!
— Я не хочу.
— Пожалуйста!
Тон исключал возражения, и Лара послушно заняла место рядом с водителем. Под урчание заведенного мотора мужчина отдал новый приказ:
— Кольцо отдадите завтра.
— Хорошо, обязательно, непременно.
— Билл не имел права дарить семейную реликвию первой встречной, — улыбка тронула узкие губы, морщинки у глаз сложились сильнее. — Впрочем, парня можно понять! Вы — необыкновенная женщина.
«Билл — это утренний придурок, — догадалась Лариса и не вежливо спросила:
— А вы, собственно, кто?
— Простите великодушно! Забыл представиться. Раймонд Моррисон. Билл — мой младший брат, он — писатель, очень известный, кстати. Я — режиссер. Достаточно популярный.
Скромность — дорога в неизвестность. Мужчина явно двигался в противоположную сторону.
— Вы, наверняка, заинтригованы происходящим и ничего не понимаете. Я поясню. Наша матушка родом из вашего города. А вы похожи на нее, вот Билл и потерял голову, позабыв, что кольцо — семейная реликвия и передается по старшей линии родства. То есть, по-моей.
— Я верну кольцо. Завтра же. А куда мы, собственно, едем? — на всякий случай спросила Лара.
— Ужинать.
— Но мне надо домой!
Поздно. Машина остановилась около ресторана.
— …Билл всегда хотел жениться на такой женщине, как вы. — Режиссер трещал без умолка. — Он несколько эксцентричен, как все талантливые люди. Но совершенно искренен. Не стану уговаривать, однако знайте: ваше согласие составит его счастье. Впрочем, нет….Зачем я лицемерю и хлопочу за брата. Я буду вам лучшим мужем!
Лариса насторожилась. Братцы-британцы, вероятно, страдали общей манией: мгновенно влюблялись и тут же звали избранницу под венец.
— О, Боже! — собственное красноречие и Ларино недружелюбное, но, видимо, неотразимое очарование, возбудили собеседника. Раймонд Моррисон спрятал лицо в ладонях, больших, красивых, ухоженных и возвестил: — Я вас люблю. Люблю больше жизни! Скажите «да» и мы уедем в Англию. У меня много денег. Дом в Лондоне, машина, кони. Я буду носить вас на руках…
Лара вежливо улыбнулась: