Чтение онлайн

— Отличный бросок, — прокомментировал он, вытащив зубочистку изо рта.

— У этого парня хорошая рука, — кивнул я, — пробудет он с нами порядочно, срок у него немалый.

Герцог внимательно посмотрел на, меня.

— Я смотрю, ты здесь человек влиятельный?

— У нас все шансы удержать переходящий приз еще пару годков, — сказал я. — Если удастся сохранить состав.

— Во что Петерсону обошелся перевод из пенькового цеха в библиотеку?

— Петерсон эту работу заслужил честным трудом, — пожал плечами я. — Ну и, кроме того, начальник

тюрьмы считается с моим мнением.

Герцог снова занялся зубочисткой.

— А какая у тебя такса? Ну, услуги твои чем оплачиваются? Деньгами?

— О каком Петерсоне он говорит, Фред? — вмешался Морис, который с самого начала прислушивался к разговору. — О том, что шил бумажники, которые ты продавал посетителям и брал с него за это шестьдесят процентов?

Герцог улыбнулся.

— Денег у меня нет, да и кожа не по моей части. Но кое-что я могу предложить и на ваш вкус — я могу помочь вам выбраться отсюда.

— Мы с Фредом сидим в одной клетушке уже пятнадцать лет, — сообщил Морис, — и разработали восемнадцать совершенно надежных, гарантированных на сто процентов планов побега.

— Почему же вы до сих пор здесь? — хмыкнул Герцог.

— Ну, дело в том, что мы сначала должны получить соответствующие условия, — пояснил Морис. — Например, для осуществления шести наших планов обязательно должен идти дождь.

— И что, дождя ни разу не было? — съехидничал Герцог.

— Да нет, был, конечно, — ответил Морис. — Но это должна быть вторая половина дня. Праздничного дня.

Герцог выкинул свою зубочистку.

— И за пятнадцать лет во второй половине праздничного дня ни разу не шел дождь?

— Шел, — кивнул Морис, — но праздник должен приходиться на пятницу, чтобы потом было еще два нерабочих дня. Это очень важно, иначе весь план рушится. Один раз во второй половине праздничного дня шел дождь — но дело было в четверг. Это самое близкое наше попадание.

— Ну, а тоннели, — чуть осклабился Эрцгерцог, — в вашем списке имеются?

— Два, — тут же подтвердил Морис. — Но чтобы их выкопать, мы должны иметь безлунную ночь, а температура...

— Хватит, Морис, — перебил его я. — Нечего выдавать наши секреты.

— Я знаю, как выбраться отсюда, — Герцог обращался теперь только ко мне. — И для этого не нужно будет ждать дождя, праздника или подходящей температуры.

— Крюк через стену? — Я улыбнулся и покачал головой. — Это не для меня.

— Какой к черту крюк? — покосился на меня Герцог. — Это же просто отвлекающий маневр, флешь.

Несколько секунд я оценивающе смотрел на него, потом повернулся к Морису.

— Что-то меня жажда замучала, пойду попью воды из фонтанчика. А ты смотри игру, вернусь, расскажешь, как тут и что.

— Можешь быть спокоен, — заверил меня Морис.

Выбравшись из своего ряда в проход, я сошел с деревянной трибуны вниз, к фонтанчику. Эрцгерцог последовал за мной. Я попил и направился к относительно уединенному месту под одной из трибун. Герцог тоже попил и подошел ко мне. Несколько секунд мы молча наблюдали за игрой.

Потом

он заговорил:

— Впятером мы за полгода вырыли тоннель, настоящее произведение искусства, с подпорками по всей длине, даже свет провели. Мы были так горды своей работой, что задумались — а зачем кому-нибудь вообще знать об этом тоннеле? Даже после нашего побега? А что, если нас поймают и приволокут назад? Почему бы нам тогда не воспользоваться им снова? Поэтому, прежде чем сорваться, мы подбросили крюк с веревкой на стену — пусть все решат, что так мы и сбежали. Я немного подумал.

— Надо полагать, тоннель начинается где-то в столярном цеху?

Герцог кивнул.

— Помоги мне перевестись туда, и мы вместе выберемся на свободу.

Глаза мои продолжали следить за игрой.

— Перевести тебя в столярный цех — дело очень сложное. Думаю, смогу это провернуть не раньше, чем через год.

— Тогда не надо перевода, — бросил Герцог. — Сделай мне пропуск. Нужно всего пять минут и привет — только нас и видели.

Наверное, тоннель начинается из склада древесины, подумал я, это самое подходящее место. Герцог, видимо, прочитал мои мысли.

— Тоннель, как я и сказал, начинается в столярном цеху, но никакие значочки-стрелочки к нему дорогу не показывают. Я здесь один знаю, где он находится и как туда попасть. Если кто-то захочет воспользоваться им без меня, он будет стараться впустую.

— Я и не собираюсь монополизировать твой тоннель, — успокоил его я. — Когда уйду я, уйдешь ты. И наоборот.

Герцог был удовлетворен.

— Годится. Чем быстрее достанешь пропуск, тем быстрее мы отсюда вырвемся.

— Не пори горячку, Герцог, — осадил его я — Если уж мы задумали бежать, все должно быть подготовлено капитально. А для этого потребуется минимум месяц, а то и два. Организацию я беру на себя.

— Что тут организовывать? Выползли, и все дела.

— И побежали в наших шикарных сереньких костюмчиках? — Я покачал головой. — В тот раз тебе и твоим дружкам просто повезло, а я полагаться на везенье не собираюсь. Думаю, наши шансы только возрастут, если мы выберемся отсюда в гражданской одежде, а в наших бумажниках будут лежать приличного вида документы.

Герцог не возражал, но у него возникла еще какая-то мысль.

— Бежим только мы с тобой? Больше никто? — Он испытующе посмотрел на меня.

— С нами пойдет Морис, — ответил я.

Глаза Герцога сузились.

— Если ты ему расскажешь, через неделю об этом будет знать вся тюрьма.

— Я ничего ему не скажу, до самой последней минуты, — заверил его я.

В течение нескольких дней после этого разговора я встретился со своими друзьями из портняжного и печатного цехов, и они обещали что-нибудь придумать.

Но лишь через три месяца я смог сказать себе, что к побегу все готово.

Бринкер в тот день уехал из тюрьмы в половине второго. Его вызвали в город на какую-то конференцию, и вернуться он должен был только под вечер.