Чтение онлайн

– Хотя я расценил бы эту награду скорее как оскорбление, учитывая ту вполне объяснимую неприязнь, которую я испытываю ко всем горцам, исключая, разумеется, твою семью, – добавил он с усмешкой, поворачиваясь к Эмброузу.

Не успел упомянутый горец открыть рот, как двери в студию открылись, и в комнату неспешной походкой вошла Элизабет Макферсон. Появление молодой женщины, подобно восходу полной луны на ночном небе, осветило мрачное лицо ее мужа.

– Я вижу, что моя просьба поскорее разобраться с этим ужасным делом осталась без внимания, – сказала она с напускным недовольством, но при этом улыбаясь. Игриво шлепнув Гэвина по руке, Элизабет обошла стол и уютно устроилась возле мужа.

Гэвин едва ли удивился внезапному появлению Элизабет, поскольку новость

о его повышении быстро распространилась по двору. Друзья явно намеревались одолеть его с помощью своеобразной силовой демонстрации.

– Чтобы угодить тебе, Гэвин Керр, – сказала Элизабет, – я уже занавесила черными полотнами все окна в этой части дома, чтобы убрать свет, и отправила детей в западное крыло, ликвидировав, таким образом, все признаки присутствия здесь жизни.

– Чтобы угодить мне, Элизабет? – повторил Гэвин. – Но я не собираюсь оставаться.

– Но ты остаешься, – безапелляционно заявила молодая женщина. – Мне кажется, что единственной причиной, по которой ты бросаешь собственные земли и отправляешься в замок Айронкросс, является очередной приступ желания удалиться от этого бренного мира.

– Ты хочешь сказать, любовь моя, – вставил Эмброуз, – что этого тупоголового обитателя равнин в очередной раз одолевают черные, меланхолические мысли, из-за которых он сумасбродно бежит прочь от всех приличных людей, ненавидя всех и каждого… и себя в том числе!

Элизабет усмехнулась.

– Именно. Я мысленно говорю себе, что, хотя он и выглядит красавчиком в своем новом килте, [1] ему определенно нет никакой надобности уезжать так далеко в дикую и опасную Северную Шотландию. В конце концов, мы в состоянии обеспечить ему такое же жалкое существование – я имею в виду оборудование этакого приюта для отшельника, но только здесь и с нами!

– Вам не удастся отговорить меня от решения ехать, – Гэвин спокойно смотрел на сидевшую перед ним супружескую пару. Округлившийся живот Элизабет свидетельствовал о предстоящем появлении их третьего ребенка. – У вас есть о чем подумать, кроме моих дел. К тому же мои люди уже готовы к поездке в замок Айронкросс, а моему соседу, графу Этолу, отправлено сообщение о нашем приезде. Меня ждут там через две недели, так что ваши доводы не имеют никакого значения. – Перед тем как продолжить свой монолог, он сделал паузу. – Кроме того, меня влечет в дорогу вовсе не желание стать отшельником или умереть. Это нечто совсем иное.

Гэвин запнулся, подбирая нужные слова, будучи заранее уверен, что правда вряд ли заставит их меньше волноваться за него. После ужасных потерь, которые он пережил у Флодден Филд, [2] когда лишился семьи, у него не было более близких людей, чем эти двое. И еще Гэвин знал, что они заботятся о нем гораздо больше, чем он сам.

– Две недели назад, – продолжил он, – мне нанесла визит одна леди. В то время я все еще находился в раздумьях по поводу предложения лорд-канцлера относительно замка Айронкросс. Так вот, женщина, приехавшая повидаться со мной, была уже в преклонных годах и не блистала здоровьем. Она сказала, что ты, Элизабет, должна помнить ее, это леди Макиннес. – Гэвин сделал паузу, увидев, что выражение ее лица изменилось, а Эмброуз приобнял ее, чтобы успокоить. – Еще до этой встречи мне было известно, что замок Айронкросс долгие годы находился во владении ее семьи, но она сказала, что после того, что случилось, она желает лишь одного – чтобы Айронкросс превратился в прах.

Элизабет медленно опустилась в соседнее кресло.

– Прошлым летом она рассказала мне ужасную историю о гибели своего мужа и двоих сыновей в череде странных несчастных случаев, происшедших в то время в окрестностях замка.

– Тогда погибли все мужчины этой семьи, кроме одного, – мрачно добавил Эмброуз. – А ее третий сын совсем недавно сгорел во время пожара. Вместе с женой и дочерью.

Гэвин печально кивнул в подтверждение сказанного.

– Да. Она рассказывала мне, что ее внучка очень любила вас.

– Я всегда буду помнить Джоанну, – прошептала Элизабет. – Она так любила жизнь! Очаровательная девушка. И очень сильная. Всегда была готова к любым жизненным сюрпризам. Этой весной она должна была обвенчаться с племянником графа Хантли, Джеймсом Гордоном. Но теперь об этом больно вспоминать. В одно мгновение все мечты рухнули.

– Причина визита леди Макиннес, друзья мои, состояла не столько в том, чтобы напомнить об этих трагедиях, сколько чтобы попросить меня об одном одолжении. – Гэвин Керр повернулся и снова бросил взгляд на картины, висевшие на стене. – Она сказала, что ее внучка приезжала к вам прошлым летом, чтобы позировать для портрета. – Резко обернувшись, он встретил удивленный взгляд Элизабет.

– Конечно, она была у нас, – подтвердила она. – Но, насколько я помню, они забрали портрет в Айронкросс.

Гэвин пристально посмотрел на своих друзей.

– Пожилой леди нужен этот портрет. Но она сказала, что не выдержит поездку в замок Айронкросс… даже чтобы поклониться могилам своих близких. Ее совершенно не интересует, что осталось от этого замка и что я буду с ним делать. Единственное, о чем она просит, – это вернуть ей портрет внучки, если он не сгорел.

Эмброуз пристально посмотрел на своего друга.

– Если это единственная причина, чтобы ехать в Айронкросс, то можно послать нарочного и с ним несколько твоих людей, чтобы выяснить, какова на самом деле судьба этого портрета. Нет никакой необходимости тебе самому…

– Как раз необходимость ехать самому есть, – прервал его Гэвин. – Она сообщила нечто, заставившее меня принять решение съездить лично.

Он сделал паузу. Супруги впились в него глазами, ожидая продолжения.

– Леди Макиннес сказала, что, несмотря на то, что все ее родные погибли при загадочных обстоятельствах, она уверена: проклятие замка Айронкросс вовсе не связано с существованием призраков или гоблинов. Там, как утверждала она, действительно обитает дьявол. Но этот дьявол имеет человеческое обличье. – Гэвин глубоко вздохнул. – Похоже, на этот раз кто-то докопался до правды.

Когда полуденный бриз стал дуть в западном направлении, обгоревшие ставни в верхней части разрушенной башни неожиданно распахнулись и солнечные лучи золотыми нитями прошили пространство выжженного помещения.

Съежившаяся в углу на куче соломы дрожащая фигура еще сильнее закуталась в рваный плащ. Хотя весна уже близилась к концу, девушке становилось все труднее унимать пробиравший до костей холод. «Возможно, причина в том, что так редко удается увидеть солнце», – подумала несчастная. Ведь отныне ей пришлось стать ночным призраком, просто тенью.