Чтение онлайн

— То же, что они подумали, увидев, что вместо того, чтобы ждать моего возвращения в замке, вы отправились разыскивать меня в поле, — парировал Лайм.

Поставленная в тупик Джослин промолчала.

Когда впереди заблестела река, мужчина бросил поводья и, не удостоив взглядом, направился туда, где, вспениваясь, бурлила холодная, как лед, вода.

— Говорите, леди Джослин. Я слушаю вас, — предложил он, опускаясь на колено у самой воды.

Оправившись от смущения, вдова решительно заявила:

— Вы не имели права.

Разумеется, не имел. Однако

Иво вмешался в разговор так неожиданно, что ему, Лайму, не оставалось ничего другого. Да, он старательно избегал этого опасного вопроса. Но что еще оставалось ему делать в тот момент?

Стянув с головы капюшон, который, казалось, приклеился к волосам, мужчина опустил руки в прозрачную, как ясное небо, воду.

— Не имел права на что? — с притворным удивлением уточнил он.

— Говорить Оливеру о смерти отца. Я, а не вы, должна была сообщить ему о случившемся.

Лайм заставил себя отогнать воспоминания о вчерашнем неприятном инциденте с Иво. Плеснув пригоршню воды на голову и лицо, он неподвижно замер, ощущая, как ледяная вода обжигает раскаленную кожу. У-ф, да она холоднее, чем сердце дьявола. Хотя, пожалуй, не такая холодная, как сердце Иво.

— Лорд Фок, зачем вы сказали моему сыну о смерти его отца? — настойчиво повторила вопрос Джослин.

Погруженный в раздумья, Лайм продолжал молчать. Конечно, он бы мог взять вину на себя, ведь, в конце концов, он позволил дядюшке вмешаться. Кроме того, собираясь показать Оливеру комнату Мейнарда, ему следовало предвидеть, что мальчик может задать подобный вопрос. Однако Лайм считал необходимым еще раз предупредить Джослин об опасности со стороны священника. Она, несомненно, должна знать правду.

— Я лишь объяснил вашему сыну, что произошло с его отцом, — признался лорд Фок. — Но, обвиняя меня, вы заблуждаетесь.

— Не совсем понимаю вас.

— О, вы прекрасно поняли, что именно я имею в виду.

— Отец Иво? — спустя мгновение растерянно спросила молодая мать.

Итак, она получила ответ на мучавший ее вопрос. С чувством выполненного долга Лайм, не обращая внимания на присутствие дамы, начал стягивать с себя рубаху. И почти сразу же за спиной послышалось учащенное дыхание женщины. Странно, она вела себя так, словно никогда в жизни не видела обнаженного мужчину. Раздевшись до пояса, он начал плескать воду на плечи и грудь.

— Я уезжаю, — тихо произнесла Джослин.

Ледяная вода охладила жар его тела, нагретого работой и солнцем. Смыв пыль и пот, лорд Фок неторопливо поднялся на ноги и повернулся к женщине.

— Это все, что вы хотели спросить у меня? — поинтересовался он.

На ее щеках алела краска смущения. Встретив его взгляд, она быстро опустила глаза, делая вид, что внимательно разглядывает поводья.

— Благодарю вас, лорд Фок, за то, что вы были добры и внимательны к Оливеру, рассказывая ему о смерти отца. Хотя признаюсь, я очень удивилась, услышав, что Мейнард отправился на небеса. Мне трудно представить его воином Бога.

Подняв с земли скомканную рубаху, Лайм промокнул влажное лицо.

— Быть честным в тот момент означало быть жестоким.

Ничего не поделаешь, мне пришлось покривить душой. — Джослин с равнодушным видом пропустила его замечание мимо ушей. — А почему вы сами не рассказали Оливеру о смерти Мейнарда? — вытирая рубахой грудь и живот, спросил мужчина.

Украдкой бросив на него восхищенный взгляд, вдова отвернулась.

— Я думала, что будет лучше, если мы сначала привыкнем к Эшлингфорду. Я… я решила не спешить, боясь ранить душу сына.

«Разумеется, она могла не спешить, так как мальчик, судя по всему, так мало знал об отце, что вряд ли мог ощутить потерю», — подумал Лайм. Но вслух сказал другое.

— Что Иво говорил вам о смерти Мейнарда?

Джослин посмотрела на мужчину, но, тут же спохватившись, снова опустила глаза.

— Что он пьяный сел на лошадь и уехал из замка. А потом упал в овраг.

Хорошо зная дядю, племянник не сомневался в том, что вдова Мейнарда услышала от священника гораздо больше.

— Что еще?

— Что…

— Ну так что?

Джослин тряхнула головой.

— Нет, ничего. Это неважно.

В душе незаконнорожденного сына Монтгомери Фока всколыхнулась волна раздражения. Решительным шагом преодолев расстояние, разделявшее их, он вошел под тень деревьев и взял женщину за руку.

— Ошибаетесь. Это важно, очень важно. Что он сказал еще?

Совершенно растерявшись, она глянула на его руку, затем посмотрела ему прямо в глаза.

— Он сказал, что хоть вы и не убивали Мейнарда, ответственность за его смерть лежит на вас.

Разжав пальцы, Лайм отпустил ее руку. Ну что же, по крайней мере, ему еще раз представилась возможность убедиться в коварстве Иво.

— Вам пора возвращаться в замок, — ровным голосом посоветовал он и, повернувшись к ней спиной, снова направился к ручью.

— Это правда? — взволнованно, словно страстно желая убедиться в обратном, спросила Джослин.

Лорд Фок, задумавшись над ее словами, резко остановился, потом зашагал дальше, оставив женщину в недоумении.

Она терялась в догадках. Почему Лайм даже не попытался защитить себя? Не потому ли, что заранее знал, что дядя ничего хорошего о нем ей не скажет?

Быстро спешившись, Джослин пошла вслед за ним.

— Я хочу знать правду.

Но он продолжал игнорировать ее присутствие. Не поворачиваясь, Лайм наклонился и поднял с земли капюшон. Не желая сдаваться, вдова неумолимо сокращала расстояние, разделявшее их. Наконец, приблизившись к брату Мейнарда почти вплотную, она остановилась за его спиной.

— Не скрою, до встречи с вами, Лайм Фок, я думала о вас самое худшее.

Не отдавая отчета своим поступкам, женщина протянула руку и прикоснулась пальцами к его обнаженному плечу, но в следующее мгновение отдернула ее, словно обожглась. Боже, что она делает? Прикосновение к нему могло привести либо к тому, что ей вновь придется столкнуться с пренебрежением, какое Лайм продемонстрировал по отношению к ней в королевском замке, либо испытать унижение, которое она познала, оказавшись в его объятиях.