Чтение онлайн

— Извините, лорд Фок. Может, я глупа, но я не могу поверить в то, что нападение — дело рук отца Иво. Впрочем, я также не верю, что к нему причастны вы.

Она инстинктивно приготовилась ответить на гневные упреки Лайма, но их, к ее удивлению, не последовало.

— Разумеется, вы не обязаны верить, — спокойно сказал он. — Единственное, о чем я прошу — не закрывать глаза на то, что Иво не тот человек, за которого себя выдает. Судя по всему, восстановление Торнмида займет массу времени, поэтому я не смогу постоянно находиться в Эшлингфорде

и, естественно, не смогу защитить вас от коварства дядюшки.

Его слова проникли в самую глубину ее души.

— Но почему это вас так волнует? — не удержалась она от вопроса, но в следующее мгновение уже корила себя за несдержанность.

Лицо рыцаря тут же помрачнело, брови сердито сдвинулись к переносице.

— Как я уже говорил, — недовольным тоном заявил он, — если кто-нибудь причинит зло вам или вашему сыну, подозрение падет на меня. И не путайте мою заботу с чем-то большим, леди Джослин.

Застигнутая врасплох, женщина парировала с неменьшим жаром.

— Как глупо было с моей стороны поверить, что у вас, Лайм Фок, есть сердце, — сказала она, гневно сверкая глазами. — Вы еще более бездушный и никчемный человек, чем Мейнард.

Пренебрежительно фыркнув, вдова обошла Лайма и решительно направилась к ступенькам, ведущим во внутренний двор. Но не преодолела она и половины лестницы, как мужчина догнал ее и, резко повернув к себе лицом, прижал ее спиной к стене.

— Более никчемный, чем Мейнард? — взволнованно переспросил он. От него повеяло приятным ароматом легкого сладковатого вина, выпитого за ужином. — Позвольте показать, насколько я никчемен.

Лайм склонил голову. Моментально разгадав его намерения, Джослин, вздернув подбородок, отвернулась. Ничуть не смутившись, мужчина коснулся губами мочки ее уха. Нежность прикосновения, противоречащая мрачному настроению рыцаря, повергла вдову в изумление.

Она была совершенно не готова к ощущениям, нахлынувшим на нее. Умом женщина понимала, что следовало как можно скорее бежать отсюда, но тело… Тело, скованное упоительной, доселе неведомой истомой, предательски замерло на месте, отказываясь повиноваться разуму. Дыхание мужчины, казалось, обжигало ее чувствительную кожу. Волна блаженства захлестнула все ее существо, парализуя волю.

— Нет, — беспомощно выдохнула она, чувствуя, как где-то в глубине тела зарождается новое ощущение. Голос Джослин прозвучал так тихо, что робкий протест больше походил на вздох блаженства.

Затем Лайм прижался к ней, заставив почувствовать стальные мускулы натренированного тела.

— Никчемный? — охрипшим до неузнаваемости голосом уточнил он и, не дожидаясь ответа, провел кончиком языка по ее нежной шее. Не дав ей опомниться, рыцарь опустил руку на бедро женщины и притянул ее к себе, лишив даже возможности вздохнуть полной грудью.

Его упругая плоть, прижимаясь к животу Джослин, становилась тверже и тверже с каждой секундой. С губ женщины срывались томные вздохи, чем-то напоминающие мурлыкание котенка. Никто никогда

не обнимал Джослин так, никто не разжигал такое пламя в недрах ее тела. И еще никогда она не испытывала подобных ощущений.

Их тела, казалось, слились воедино. Ее трепещущую женственность неотвратимо влекло к его величественной мужественности, ее мягкая нежная плоть стремилась к его силе. Повернув лицо, Джослин потянулась к его губам.

Лайм охотно откликнулся. Их губы соединились в жгучем страстном поцелуе.

Мужчина заставил трепетать каждую клеточку ее тела. У нее невольно вырвался отрывистый стон. Едва соприкоснувшись, их языки пустились в безумный танец страсти. Усилием воли подавив желание закричать, Джослин впилась ногтями в руку Лайма.

Не отрываясь от ее губ, он пробормотал что-то невнятное и, скользнув рукой вверх, накрыл ладонью грудь женщины. У Джослин перехватило дыхание, когда его искушенные пальцы нащупали обтянутый платьем сосок и сжали его. Она едва не лишилась чувств. Лайм же прервал поцелуй и, скользнув губами вниз, прильнул к нежной чувствительной коже между шеей и плечом. В следующее мгновение он легонько укусил ее.

— О, Лайм! — выдохнула вдова, дрожа всем телом.

— Так я такой, как Мейнард? — неожиданно спросил он.

Боже, о чем он говорит? Зачем? Мысли путались в голове Джослин.

— Нет, — прошептала она, желая, чтобы мужчина продолжил то, что начал. — О, нет!

Но он не собирался продолжать. Лайм добился того, чего хотел. Женщина осознала это слишком поздно. Он, словно окаменев, неподвижно замер. Растерянная, униженная и оскорбленная, Джослин готова была сквозь землю провалиться от стыда. Сейчас ей начало казаться, что она прижималась к холодной стене, а не к мужчине, который только что пробудил в ее теле безумное желание. К счастью, темнота надежно скрывала ее пунцовое лицо, полные обиды глаза и дрожащие от досады губы.

Собрав остатки гордости, вдова подняла голову и посмотрела в глаза Лайму, будто башня, возвышавшемуся над ней.

— Вы поступили подло, — сдавленным голосом заявила она.

— Зато доказал, что я не никчемный человек, — напомнил рыцарь.

Его слова жестоко ранили ее душу. Джослин вздрогнула, словно от удара.

— Хотя вам удалось… сделать это со мной, — вполголоса добавила она, — это не доказывает, что у вас есть сердце, Лайм Фок, а значит только то, что вы знаете женщин.

— Как и Мейнард, — мягко добавил он. — И все же с ним вы не испытывали таких чувств, какие испытали сегодня со мной.

Не желая бессмысленно спорить, Джослин решила как можно скорее закончить неприятный разговор.

— Уверяю вас, что больше вам не удастся заставить меня испытать подобные чувства.

Лайм шагнул к ней.

— Вы бросаете мне вызов, леди Джослин? Вы хотите, чтобы я доказал вам обратное?

— Нет, это не вызов, лорд Фок, — устало ответила вдова. — Просто я не хочу, чтобы вы впредь причиняли мне беспокойство.