Чтение онлайн

Сигурд и Аэлира, защищая меня, стояли спиной ко мне, их тела были напряжены как струны.

Эйрик Железнозуб, великан с грубым лицом и зубами, похожими на куски железа, стоял впереди всех, готовый в любой момент ворваться в наши ряды. Воздух вокруг него вибрировал от накопленной дикой энергии. Он был готов вот-вот обратиться.

— Мрази! — рычал он. — Вы ответите мне за смерть моих братьев!

В тот момент, когда, казалось, что все прямо сейчас выйдет из-под контроля, над лагерем пролетел гулкий рев рога. На представление пожаловал конунг Бьерн Острозубый, а рядом с ним шагал конунг Харольд

Седой Волк и еще несколько ярлов. Все были напряжены и взволнованы, но старались этого не показывать.

Как и ожидалось, наш принц-менестрель прибыл самым последним и ошарашенно взирал на все происходящее, словно на одну из тех пьес, которые играли в его театре.

— Что здесь происходит?! — зычным голосом проревел Бьерн Острозубый, и над лагерем повисла тишина.

— Южане подло убили наших людей! — послышались выкрики из рядов, где стояли воины конунга Харольда. — Они должны заплатить своей кровью!

Толпа одобрительно заревела и качнулась вперед. Тьма, тусклый свет факелов, густой выброс ярости, зычные выкрики командиров — люди были ослеплены гневом настолько, что даже не замечали, что в рядах тех самых «южан» находятся и винтервальдцы, которые что-то пытались выкрикивать своим соотечественникам. Будь Эйрик Железнозуб порасторопней и решительней, свалка началась бы прямо сейчас. Но вожак Бурых Волков медлил и, как на мой взгляд, упустил удачный момент.

Бьерн Острозубый молча подошел к волокушам с мертвыми телами и начал внимательно их рассматривать. В этот момент мне вдруг показалось, что он вовсе не был удивлен. Я мельком взглянул на ближников Острозубого. Хм… Та же реакция.

Быстрым взглядом я пробежался по толпе и увидел принцессу Астрид с Хельгой. Они целенаправленно пробирались к принцу Луи, вокруг которого сгрудились вестонцы. Я видел бледные лица кузенов Макса. Бездоспешные, в своих ярких нелепых нарядах — начнись сейчас бойня, дядюшка Генрих останется без наследников.

Закончив осмотр, Острозубый повернулся в нашу сторону и, безошибочно вычленив лидера нашего отряда, обратился к нему:

— Мессир, что вы скажете в свое оправдание?

Лорд Грэй выступил вперед и с достоинством поклонился. Затем, гордо выпрямившись, он громко произнес:

— Ваше величество, нам не за что оправдываться! Мы были в своем праве!

По рядам северян прокатился недовольный гул. Тут бы Эйрику Железнозубу снова воспользоваться ситуацией и броситься в атаку — уверен, толпа последовала бы за ним, но он снова промедлил. Вместо того, чтобы действовать он то и дело бросал взгляды в сторону конунга Харольда, который в свою очередь делал вид, что не замечает вожака Бурых. Эйрик смог завести толпу, но не решался сделать главный шаг.

Внимательно наблюдая за этой пантомимой, я понимал, что Сигурд был прав — сорвавшееся покушение на Бьёрна Острозубого было спланировано именно конунгом Харольдом. Сейчас, увидев трупы тех, кто должен был в ближайшие дни напасть во время охоты на конунга Винтервальда, Седой Волк начал дистанцироваться от союзника.

— В своем праве? — переспросил конунг Острозубый. — Как мне вас понимать, мессир? Хотите сказать, что у вас было право убить этих людей? Насколько я помню, эти земли все еще принадлежат мне. И если кто-то имеет право здесь кого-то убивать,

так это я. Но даже так была пролита кровь во время перемирия!

— Ваше величество! — не теряя самообладания, произнес Лорд Грэй. — Несомненно, вы являетесь хозяином этих земель. А мы здесь всего лишь гости. Но и у гостей есть священное право, данное им Праотцом, а именно — защищать свои жизни даже во время перемирия!

— Правильно ли я вас понимаю, мессир Грэй? — прищурился конунг. — Убивая этих людей, вы спасали свои жизни?

В толпе послышались удивленные возгласы.

— Именно так, ваше величество! — без тени сомнения ответил Лорд Грэй.

Перейдя на истинное зрение, я для интереса сравнил энергосистемы этих двоих. Хм… А ведь так сразу и не скажешь, кто кого победит. Самый сильный страйкер короля Вестонии, несомненно, был серьезным противником, но и Бьерн Острозубый не уступал ему в силе.

Правда, сойдись они в поединке, я бы все-таки поставил на страйкера. Дар конунга хоть и мощный, казался мне слишком диким и необузданным. Энергоструктура же Лорда Грэя, напротив, была отлично развита. Страйкер Карла III явно не собирался останавливаться на достигнутом. В общем, в этом случае я бы поставил на мастерство.

— Мессир, вы видите этих людей? — спросил конунг и широким жестом обвел рукой всех собравшихся. — Все они жаждут отмщения. Пусть Нортланд сейчас разрывают братоубийственные войны, но, так или иначе, любой из сынов Севера, даже если пришел он на мою землю со злым умыслом, ближе мне, чем каждый из вас. Я вам очень рекомендую тщательно подбирать слова. Иначе даже я не смогу защитить вас от гнева нортладцев.

Я внутренне усмехнулся. А ведь конунг настоящий политик. Грамотно использовал ситуацию. Толкнул речь. Обозначил всех нортладцев как единый народ. Теперь пусть кто-нибудь скажет, что Бьерн Острозубый не заботится о сынах севера. Вон, как все уши развесили. Смотрят на конунга, как на истинного государя, причем даже те, кто является вассалами конунга Харольда. Тот, кстати, мрачнее тучи. Руку даю на отсечение — дай ему волю, прикончил бы как всех нас, так и провалившего дело Эйрика Железнозуба.

Лорд Грэй выпрямился.

— Ваше величество, я, как и все мои боевые товарищи, готов понести любое справедливое наказание, но только в том случае, если мои действия будут объявлены вами, как противозаконные!

Разговор конунга и страйкера явно затягивался. И я видел, что Острозубый это делает намеренно. Он сбивает первый гневный порыв толпы. Люди, разгоряченные призывами мести за павших северян, постепенно начали успокаиваться. Вон, кто-то из них разглядел в наших рядах своих соотечественников и начал делиться своими наблюдениями с соседями.

Острозубый это видел, поэтому давал время людям опомниться. А вот Эйрик Железнозуб в восторге не был: толпа, которую он так успешно разогрел, начала остывать. Плюс Харольд, похоже, слил его. Но даже так глаза вожака Бурых Волков сверкали злобой и решимостью. Отступать он явно не собирался.

Люди Харольда, заметив настроение своего конунга, больше ничего провокационного не выкрикивали. Все замерли в ожидании развязки.

— Тогда я вас внимательно слушаю, мессир! — произнес конунг и скрестил свои могучие руки на груди.