Чтение онлайн

При жизни это было воином старого времени — рядом лежал обугленный щит и почерневший меч. Остатки доспеха были буквально вплавлены в почерневшую плоть.

— Ты это видел, Саня?! — с лихорадочным блеском в глазах почти выкрикивал Анохин. — Нет, ты это видел?! Ну консультанты! Ну блин, гнилые интеллигенты! Тут, е-мое, примитивная цивилизация!

Над несчастным явно поработал огнемет, да еще заряженный какой-то особенно жгучей дрянью, — иначе бы камень вокруг него не оплавился.

— Ну ученые

мудилы! Ну …!!!

Майор вполне понимал ярость приятеля. Одно дело — чудики с луками или копьями. И совсем другое дело, если тут все же имеется что-то посерьезнее. Пусть даже у них огнеметы вроде византийских — с ручными мехами, плюющиеся струей метров на двадцать-тридцать, то и тогда им будет элементарно спалить броник из засады. Особенно учитывая, какого качества тут огнесмесь: почище напалма будет!

— Двигаться с максимальной осторожностью! — отдал приказ Макеев.

Однако добежать до своего БРДМ успели не все. Внезапно разведчиков накрыла волна неизвестно откуда выпущенных стрел. Две стрелы прошли мимо майора, хотя и, что называется, в опасной близости. Третья попала в магазин автомата бежавшего рядом ефрейтора Коркина. Четвертая скользнула по ноге, распоров кожу бедра и заставив ефрейтора заорать от неожиданно сильной боли. И в тот самый момент, когда он широко раскрыл рот в крике, арбалетный болт, нацеленный точно в горло, ударил ему в нижнюю челюсть, глубоко уйдя в кость. Багровая вспышка затопила окружающий мир, а затем подступивший шок милосердно погасил боль, буквально выжигающую мозги.

Но в эти мгновения бессознательно Коркин сделал то, что должен был сделать, и выпущенная вслепую автоматная очередь смахнула с гребня и стрелков, и еще с полдюжины выскочивших из-за скал разбойников.

Когда по тебе стреляют с явным намерением прикончить, все посторонние мысли уходят куда-то прочь и включаются древние как мир инстинкты. Тем более когда речь идет о солдатах, прошедших соответствующую дрессировку не где-нибудь, а в Афгане. Бойцы мгновенно залегли и открыли огонь, следом за ними начали палить выскочившие из грузовиков их товарищи.

Солдаты вразнобой выпустили дюжину очередей, молотя по всему, что шевелится.

Однако они не заметили, вернее, не обратили внимания еще на одного противника — высокого, грузного и краснолицего немолодого мужика в длинном, шитом золотом кафтане. Может быть потому, что тот был безоружным.

Он медленно брел в их сторону, и взявшие его на мушку бойцы опустили автоматы, шаря глазами в поисках других целей. И напрасно, как оказалось.

Мужик приблизился настолько, что им хорошо стало видно его отекшее, багровое лицо, искаженное судорогой.

Затем произошло следующее.

Вытянув перед собой руки, как слепец, он сделал неуверенный шаг по направлению к ним. Внезапно вокруг кистей рук бородача возникло лиловато-багровое свечение, он свел их вместе… И его сжатые кулаки извергли сдвоенную почти прямую молнию, соединившую его

с ближайшей бронемашиной. Тут же из люков вырвались искры и дым, посыпались вопящие фигурки, отчаянно сбивающие пламя с маскхалатов. Затем плюнуло рыжим и черным, и на месте бэтээра заполыхал костер. Человек торжествующе захохотал, воздев по-прежнему сведенные руки высоко над головой…

Так он и умер, с торжествующей усмешкой на губах, разрубленный почти пополам очередью из ручного пулемета, выпущенной с двух десятков метров. Оказавшийся сбоку от него рядовой Кириллов был одним из лучших пулеметчиков своего полка.

На этом первая стычка с противником закончилась. Как всегда после интенсивного боя, наступила бьющая по ушам тишина. Выждав с полчаса, разведчики принялись считать потери и наводить порядок.

Макеев же решил поближе рассмотреть странного мужика.

Уже издали глазам майора предстало довольно необычное зрелище: Анохин, стоявший на коленях и настойчиво что-то ищущий в траве рядом с трупом краснолицего толстяка. Капитан не побрезговал даже несколько раз перевернуть окровавленные куски плоти.

Макеев тоже машинально принялся ворошить носком сапога редкую сухую траву горного склона.

Через минуту Георгий закончил поиски и остервенело сплюнул:

— Ну и где же она?!

— Что? — не понял комроты.

— «Что-что»! Та …, которой этот урод спалил машину, что ж еще?! Тот первый трупяк не иначе из такой же хрени поджарили.

Еще какое-то время они оба обшаривали все в радиусе метров пяти от трупа, заглядывая под каждый камешек, под каждый кустик. Но ничего похожего на оружие (да и вообще ничего) не нашли.

— Что же это могло быть, Санек? — произнес, вновь сплюнув под ноги, Анохин, признав наконец свое поражение. — Да что же это может быть? Ведь саданет из такого в упор — и хоронить не надо будет!

Александра мороз по коже подрал при мысли о том, что это могло быть… Разнообразные бластеры, лазеры, лайтнинги и скорчеры, о которых он прочитал в книгах или которые видел в кино, пронеслись перед его мысленным взором.

Тем не менее он взял себя в руки.

— У меня есть идея, — заявил он. — Когда-то здесь была высокоразвитая цивилизация вроде нашей. Затем она погибла — в атомной войне или еще как-нибудь, но кое-какие запасы с тех времен сохранились.

— Ты поменьше фантастику читай, командир! — раздраженно бросил капитан Анохин.

— Товарищ майор! — браво отрапортовал подлетевший к офицерам рядовой Чуб. — Там это… языков взяли.

— Да ты что?! — обрадовался Макеев. — Ну-ка, ну-ка!

Пленники покорно сбились в кучу, подняв руки в, наверное, универсальном для всех миров и времен жесте, означающем безоговорочную сдачу в плен.

Зрелище они представляли сейчас очень странное.

Пожалуй, Макеев затруднился бы даже определить чувство, которое испытывал, глядя на них.