Чтение онлайн

Французский скульптор Этьен Морис Фальконе, рекомендованный императрице Дидро и Вольтером, работал над монументом с 1768 по 1778 год. Ему помогали француженка Мари Колло и русский Федор Гордеев. Окончательно памятник был открыт в 1782 году, к столетнему юбилею восшествия Петра на трон. Конь, вздыбленный царской рукой на обрыве естественной гранитной скалы (она была найдена под Петербургом и с огромными сложностями доставлена на площадь), - аллегория петровского переворота в русской истории. Клубящаяся под копытами коня змея олицетворяет противников реформы. На постаменте надпись на латыни и на русском: "Петру Первому - Екатерина Вторая". Сам по себе памятник характерен для классицистического Петербурга. По остроумному замечанию

француза Кюстина, "эта человеческая фигура на коне ни антична, ни современна: это римлянин времен Людовика XV".

В октябре 1833 года Пушкин написал "Медный всадник", придумав тем самым название памятнику. Поэма эта на 150 лет вперед определила направление полемики о месте Петербурга в русской истории. Медный всадник, как ни одно другое сооружение города, оброс внеархитектурными контекстами. У Пушкина - гимн великому городу и поединок несчастного обезумевшего Евгения, первого маленького человека русской литературы, с Медным всадником - державой, государственной властью, природой вещей. В этот ряд символов русские поэты позже включили и змею из-под копыт всадника: "Уж на что был он грозен и смел, да скакун его бешеный выдал, царь змеи раздавить не сумел - и, прижатая, стала наш идол" (Иннокентий Анненский). Многозначность Медного всадника и порождаемых им ассоциаций многократно возрастает и оттого, что у подножия памятника 14 декабря 1825 года произошло восстание декабристов и окончательно разошлись судьбы государства и интеллигенции, Медного всадника и Евгения.

С запада Сенатскую площадь замыкает грандиозный ансамбль, законченный Карлом Росси в 1834 году. Это соединенные аркой, перекинутой через узкую Галерную улицу, здания двух важнейших правительственных сооружений Российской империи - Сената и Синода. Сенат, основанный Петром в 1711 году, к началу XIX века служил высшей кассационной инстанцией России. Синод, появившийся на свет в 1722 году, стал венцом петровской религиозной реформы, отменившей патриаршество. Это было учреждение во главе с обер-прокурором, управлявшим церковью как министерством. Как это почти всегда бывало у Росси, здание дополняет аллегорическая скульптура - Благочестие (Синод) и Правосудие (Сенат) - над аркой, выходящей на Галерную улицу. Под арочным проемом - летящие гении Славы. 12 скульптур и 8 барельефов толкуют значение законодательства и суда. Между Сенатом и Синодом в старом Петербурге принято было назначать любовные свидания: "Под аркой на Галерной наши тени навсегда" (А.Ахматова).

К Сенату с Английской набережной (N4) примыкает особняк Лавалей, построенный в 1800-е Тома де Томоном. На дочери владельцев особняка Екатерине был женат незадачливый командующий декабристским бунтом Сергей Трубецкой. Здесь он был арестован, и супруга после приговора последовала за ним в Сибирь. С 1870-х дом принадлежал крупнейшему железнодорожному подрядчику Самуилу Полякову, совмещавшему иудейскую веру с принадлежностью к дворянству Войска Донского. Сейчас в Синоде, Сенате и особняке - один из важнейших исторических архивов, Российский государственный. Здесь хранятся бумаги всех центральных правительственных ведомств империи XIX - начала XX века.

Конногвардейский бульвар

За Синодом от Сенатской площади отходит Конногвардейский бульвар. Его открывает Манеж, предназначавшийся для занятий выездкой в зимнее время. Джакомо Кваренги построил его в 1807 году в стиле строгого классицизма, господствовавшего в Петербурге с 1770-х годов. 14 декабря 1825 года в Манеже умер смертельно раненный при попытке унять восставших генерал-губернатор Петербурга Михаил Милорадович. Перед Манежем стоят доставленные из Италии мраморные скульптурные группы Диоскуров, братьев - укротителей диких коней, работы И.Трискорни. Сейчас в Манеже - Центральный выставочный зал, экспонирующий по преимуществу работы местных художников, как традиционных, так и принадлежавших некогда ко "второй культуре".

Казармы

лейб-гвардии конного полка располагаются вдоль южной стороны бульвара. Это подразделение было одним из старейших и наиболее аристократических в гвардии. Конногвардейцы-кирасиры: крупные кони, мощные как на подбор солдаты и офицеры, каски, кирасы, палаши. Каждый кавалерийский полк взнуздывал лошадей определенной масти: лейб-гвардии конный - вороных, кирасиры Его Величества - караковых, кирасиры Ея Величества - рыжих, кавалергарды - гнедых. Лошадей и обмундирование офицеры гвардии покупали за свой счет. В тяжелой кавалерии оно было особенно дорогим. Традиционно в конно-гвардейском полку офицеры были по преимуществу из остзейских баронов.

На северной стороне бульвара любопытен дом Кочубея (N7), построенный в 1855 году Г.Боссе в стиле ренессансной виллы. На ограде - мраморные бюсты арапов в белых чалмах. Первый хозяин - из тех Кочубеев, кто "богат и славен" и чьи "поля необозримы", - довольно быстро продал особняк греческому семейству Родоконаки, разбогатевшему на торговле спиртным. Дом отлично отреставрирован. Сейчас там бизнес-центр и дорогущий ресторан "Кочубей".

Исаакиевский собор

За Манежем высится громада Исаакиевского собора. Самый большой в России храм строился 40 лет, с 1818 по 1858 год. Выбор названия не случаен: 30 мая, день, отведенный в православном календаре святому Исаакию Далматскому, - это также и день рождения Петра Великого. Храм в XVIII веке трижды перестраивали: каждый следующий император находил, что проект недостаточно хорош для столицы, основанной самим Петром. Наконец за дело взялся француз Август Монферран.

В самом решении поручить строительство православного собора никому не известному юному католику было что-то типично петербургское. При всей монументальности собор непропорционален: купол чрезмерно велик и как бы придавливает и основной массив храма, и четыре небольшие звонницы по его углам - претендуя на пятиглавие московских церквей, он скорее напоминает собор Святого Павла в Лондоне. Тем не менее, неуклюжий, странный его силуэт вписался в архитектурную панораму города и стал, наряду со шпилями Петропавловского собора и Адмиралтейства, одной из высотных доминант столицы.

Справа от сквера - дом Мятлевых (нынешний фасад - 1800-х годов). Ныне тут городская прокуратура, а в 1920-е годы помещался Государственный институт художественной культуры (ГИНХУК) - центр русского авангарда, где работали Малевич, Татлин и Филонов.

Дальше, напротив друг друга, стоят построенные одновременно в 1912 году гостиница "Астория" и здание бывшего германского посольства, ныне Dresdenerbank. Величайший немецкий архитектор Петер Беренс возводил здание германского посольства в стиле мощной неоклассики. С крыши посольства на "Асторию" глядели два исполинских обнаженных германца с огромными конями-тяжеловесами, взятыми под уздцы. Летом 1914 года патриотическая толпа в знак начала войны с извечным врагом славянства, тевтонами, разгромила германское посольство и сбросило бронзовых конников с их скакунами в Мойку.

"Стоит император Петр Великий. Думает: "Запирую на просторе я". А рядом, под пьяные крики, строится гостиница "Астория", - писал в 1912 году Владимир Маяковский. На фоне классического Петербурга открытая 90 лет назад гостиница "Астория" выглядела невероятно модной и современной штучкой. Строил ее Федор Лидваль, самый известный и респектабельный архитектор в столице. Снаружи все по-немецки солидно (прототипом служила лейпцигская гостиница Zum Staat Rom), облицовано суровым финским гранитом из каменоломен Антреа, а внутри - бары (последний крик моды начала века), карельская береза от фабрики Мельцера, вологодский лен, фарфор Императорского завода, французская бронза, звукоизоляция из пробки, два ресторана (один из них под стеклянной крышей).