Питер
Шрифт:
жизнь, прожил еще лет 8 назад и то, что я до сих пор нахожусь на этой проклятой кем только
можно, выжженной, отравленной земле это скорей проклятье для меня чем радость.
Да, Саныч действительно можно было понять, к своим годам, а сколько ему было он
наверное и сам не знал, он пережил все ужасы современного мира. Во время ЧЕСа, он
потерял всю свою семью, всех родных и близких ему людей. Он своими глазами видел, как
человечество вместо того чтобы собраться и исправить что-то, все глубже и глубже
в своих же ошибках. Вместо того чтобы объединиться и общими усилиями что-то сделать, оно размеживалось и пыталось выжить по одиночки. Богатые давили бедных, люди с
оружием убивали безоружных, сильный душил слабого и не как раньше, за что-то ценное, а
за то, что раньше бы и не подумал за чистую воду, воздух и еду.
Было видно что Саныч просто устал он устал от того что приходиться выживать, при
том, его болезнь обострилась и было видно что держится он только благодаря тому, что
нужен кому-то, что он приносит пользу. Именно из-за болезни Проф запрещал ему курить
самокрутки. Так как трава, которую использовали в самокрутках выращивалась на
прибрежной. Там с самого начала засаживали подсолнухи, так как они должны были
впитывать радиацию и все вредные вещества и умирать. Но потом заметили, что растения
14
несмотря не на что, очень хорошо растут. И начали выращивать табак и траву, так как овощи
содержали смертельно много для человека вредных веществ, а дозиметр просто завывал, когда находился рядом с ними и поэтому никто их не ел, а табак все равно курили не смотря
не на что.
Саныч достал от туда же откуда и самокрутки, коробок спичек. Вынул одну спичку, поджег и поднес к самокрутке. Самокрутка задымилась и приятно одурманивший запах, окутал все пространство вокруг него. Он затянулся и от удовольствия закрыл глаза, было
видно что его мышцы расслабляются и не смотря на то, что это убивало его он получал
удовольствие и это удовольствие затуманивало его боль, она некуда не уходила но смягчалась.
Саныч выдохнул дым, опять прокашлял и сказал:
– Поэтому я вам, благодарен за все, но я не маленький ребенок и сам для себя выбираю, по
крайне мере эти сигареты помогают забыться хоть не на долго. На несколько секунд ты
отправляешься куда-то далеко, туда, где нету зла, туда, где тепло и уютно. И хоть на
несколько секунд мне кажется, что у меня нету, рака горла, и мои легкие еще не заражены. –После этих слов он снова закашлял.
Несмотря не на что Саныч выглядел вполне здорово, так сразу не скажешь что он
смертельно болен. У Дани и в мыслях не было наставлять старика, ведь он сам был еще
малолеткой в его глазах, да и травку он тоже покуривал вместе с Егором.
Саныч не переставал кашлять, тогда Даня подошел к нему и похлопал по спине и как не
странно но это помогло.
–
Саныч.
Даня попытался каким-то образом уйти от ответа, но после непонятного утра, мысли
его еще не пришли в порядок и в голову ничего не шло.
– Да нет, да почему, ну откуда я могу знать,- как то не внятно произнес он. Обычно
Даня спокойно уходит от ответа на такие вопросы, тем более что курить траву с прибрежной
запрещалось только больным и то пока они в сан части, а всем остальным не запрещалось, а
просто не рекомендовалось особенно высокоинтеллектуальным сословием. А его отчим
относился как раз к ним и Даня был научкан, как отвечать на такие вопросы. Но по мимо
утра, Даню поставил в тупик тот факт, что Саныч знает об этом. Ведь они с Егором на
территории Коломны никогда не курили, а в основном занимались этим в межгородской
территории.
После этого Саныч улыбнулся, как будто понимал что поставило Даню в замешательство
и как-то мягко, что было на него совсем не похоже произнес: 15
– Да ты расслабься, я же не первый день здесь, лучше возьми, - он потянулся снова к себе в
запазуху и достал от туда какую-то коробку и протянул ее Дане. – Вот, это тебе, у тебя же
сегодня круглая дата, так сказать, так что держи и что тебе сказать, - тут Саныч ушел в себя, было видно, что он хочет действительно пожелать чего-то приятного и доброго. Может
потому что, Даня ему всегда напоминал кого-то из его бывших знакомых, а может, потому
что Саныч в действительности был куда более добродушным человеком чем о нем все
думали, но тут он видимо нашел то что хотел сказать, - знаешь ничего не буду тебе желать, просто скажу тебе одну вещь и запомни ее навсегда и вспоминай о ней, тогда, когда тебе
будет плохо или тогда когда все отвернуться от тебя. Может, искра не заметна, когда корит
костер, но только она светит ярче солнца в кромешной темноте. – После этих слов Саныч, не дожидаясь реакции Дани, последний раз затянутся, вдохнул холодного воздуха и
направился в свою коморку.
Даня проводил старика взглядом и пошел вперед. Он, как и вся молодежь в Коломне
каждое утро направлялся в учебный центр, где их учили как выживать, рассказывали о том
как человечество докатилось до такого состояния, учили обращаться с оружием с самого
юного возраста, а также это то место где они привносили свой вклад в выживание Коломны.
Если говорить точнее то они просто работали по крайне мере, делали то что могли в силу
своего возраста, кто-то отливает пули различных калибров, кто-то смешивает в ступе порох, кто-то перебирает вещи который приволокли мусорщики ну и тому подобное. И если