Письма
Шрифт:
Письма Оскара Уайльда были впервые изданы известным английским литературоведом и издателем Рупертом Харт-Дэвисом в 1962 году. Этот сборник выдержал четыре переиздания, однако, как отмечает сам издатель, давно стал библиографической редкостью даже в Англии. Подборка писем Уайльда, составившая настоящую книгу, сделана на основе двух последующих изданий писем, предпринятых все тем же Рупертом Харт-Дэвисом: «Избранные
Мы включили в настоящую книгу также текст, который назван «Эпилогом». Это название дали ему не мы — так назвал
За исключением письма к Альфреду Дугласу, о котором шла речь выше и которое Уайльд, адресуя совершенно конкретному лицу, тем не менее сознательно, осознанно писал и для своих современников и для будущих поколений, желая объясниться и объяснить им себя, все остальные письма Уайльда написаны только для своих адресатов и не предназначены им «для вечности». Однако именно потому, быть может, он особенно раскрывается в них — при всей продуманности, при всем своем изяществе и изысканности они поражают безыскусностью и открытостью Уайльда. В них он рассказывает о себе — сам: о своей жизни, событиях важных и несущественных, о своих встречах с людьми, об издании своих книг и постановке своих пьес… У Уайльда почти не было «именитых» корреспондентов — как правило, письма посылались тем немногим людям, что составляли ближайшее окружение Уайльда в те или иные периоды его жизни. И это обстоятельство также придает этим письмам какой-то дополнительный «аромат», особый колорит. И быть может, русский читатель, давно полюбивший Оскара Уайльда-писателя, парадоксалиста, эстета, теперь полюбит еще и Уайльда-человека. При всех своих слабостях — крайне достойного, при всей подчас легкой ранимости, зависимости от чужого слова, кажущейся уязвимости — удивительно твердого, наделенного гордостью подлинного художника, который знал себе истинную цену и хотя бы в этом не ошибался никогда.
«Я, беседовавший со всеми веками, был вынужден выслушать свой приговор от нашего века, схожего с обезьяной и шутом», — писал Уайльд в своей «Тюремной исповеди». С тех пор минуло ровно сто лет — кто знает, быть может, Уайльд предвидел, предчувствовал, что он будет беседовать еще с одним веком, — веком, в который он вступить не успел, но который тем не менее принял его.
Его личность, его книги, его легенду.
Ю. Фридштейн
Сирота
1. Помещик
Фантастика:
альтернативная история
рейтинг книги
Расширенный Фенотип: длинная рука гена
Научно-образовательная:
биология
биофизика
биохимия
рейтинг книги
Лесной исчезнувший мир. Очерки петербургского предместья
Документальная литература:
биографии и мемуары
рейтинг книги
Печать пожирателя 2
2. Пожиратель
Фантастика:
городское фэнтези
попаданцы
аниме
сказочная фантастика
рейтинг книги
Эпоха Опустошителя. Том VIII
8. Вечное Ристалище
Фантастика:
аниме
фэнтези
попаданцы
рейтинг книги
Наставники Лавкрафта (сборник)
Фантастика:
ужасы и мистика
рейтинг книги
Повседневная жизнь в эпоху Жанны д'Арк
Живая история: Повседневная жизнь человечества
Научно-образовательная:
история
культурология
рейтинг книги
Осознание. Пятый пояс
14. Путь
Фантастика:
героическая фантастика
рейтинг книги
Кодекс Охотника. Книга XII
12. Кодекс Охотника
Фантастика:
боевая фантастика
городское фэнтези
аниме
рейтинг книги
Солдат Империи
1. Страж
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
рейтинг книги
Критика демократии
Религия и эзотерика:
религия
рейтинг книги