Письма. Часть 1
Шрифт:
Мы с Алей живем все там же, в столовой. (Остальное — занято.) Дом разграблен и разгромлен. — Трущоба. Топим мебелью. — Пишу. — Не служу, ибо после смерти Ирины мне выхлопотали паек, дающий возможность жить. — Служила когда-то 51/2 мес<яца> (в 1918 г.) — ушла, не смогла. — Лучше повеситься. —
Ася! Приезжай в Москву. Ты плохо живешь, у вас еще долго не наладится, у нас налаживается, — много хлеба, частые выдачи детям — и — раз ты все равно служишь — я смогу тебе (великолепные связи!) — устроить чудесное место, с большим пайком и дровами. Кроме того, будешь членом Дворца Искусств (д<ом> Сологуба), будешь получать за гроши три приличных обеда. — Прости за быт, хочу сразу покончить с этим. — В Москве не пропадешь: много знакомых и полудрузей, у меня паек, — обойдемся.
— Говорю тебе верно. —
Я
Я очень одинока, хотя вся Москва — знакомые. Не люди. — Верь на слово. — Или уж такие уставшие, что мне, с моим порохом, — неловко, а им — недоуменно.
— Все эти годы — кто-то рядом, но так безлюдно!
<508
Имеется в виду С. Я. Эфрон.
— Ни одного воспоминания! — Это на земле не валяется.
________
Митинги — диспуты — лекции — театр <альные> постановки, на эстраде — всяк кто пожелает. — Публика цирковая. — Выступаю редко, ибо во главе литературы Брюсов, к<отор>ый меня не выносит. — Не напечатала ни одной строчки. — Да это все равно, мне даже спокойней.
________
Ася! — Я совершенно та же, так же меня все обманывают — внешне и внутренне — только быт совсем отпал, ничего уже не люблю, кроме содержания своей грудной клетки. — К книгам равнодушна, распродала всех своих французов — то, что мне нужно — сама напишу. — Последняя большая вещь «Царь-Девица», — русская и моя. — Стихов — неисчислимое количество, много живых записей.
Ася! — Три недели назад — стук в дверь. Открываю: высокий человек в высокой шапке. Вползающий в душу голос: Здесь живет М<арина> И<вановна> Ц<ветаева>? — Это я. — Вы меня не знаете, я был знаком с Вашей сестрой Асей в К<октебе>ле — год назад. — О! — Да — и вот…
Входит. Гляжу: что-то Борисино. (Исступленно думала о нем все последние месяцы и видела во сне.) — «Моя фамилия — Ланн»..
Провели — не отрываясь — 21/2 недели. Теперь ок<оло> 10 дней, как уехал — канул! — побежденный не мной, а породой. Это был конец выплаты долга тебе.
Это первая — прежняя! — радость, первой Пасхой от человека за три года. О тебе он говорил с внимательной нежностью. рассказывал мельчайшие подробности твоего быта (термос — лампа — волоски Андрюши). — Это была сплошная бессонная ночь. — От него у меня на память: «Белая стая» Ахматовой, столбик сухих духов, и цепочка на шее. — «На Юге — Ц<ветае>ва, на Севере — Ц<ветае>ва, — куда денешься?» спрашивал он серьезно и беспомощно.
Читала твои письма к нему, через все это прошла и справилась. Мучительный и восхитительный человек! —
Его адр<ес:> Харьков, Епархиальная ул<ица>, 3. Наркомюст. Отдел публикаций заказов. — У него почти все мои стихи. — Его стихи мне совершенно чужие, но — как лавина! непоборимые.
Ася! — Жду тебя. — Я годы — одна (людная пустошь). Мы должны быть вместе, здесь ты не пропадешь.
— Так легко умереть! — Но — странно! — о тебе я все эти годы совсем не беспокоилась — высшее доверив — как о себе. — Я знала, что ты жива.
Ася! — смерть Бориса — для меня рана на всю жизнь, огромное и страшное горе. Поверила только, когда Ланн подтвердил. Я Бориса любила как того брата, к<оторо>го у нас не было. — Пишу сухо, — поймешь!
Не называй меня никому:— Я — серафим твой, — радость на время!Ты поцелуй меня нежно — в темя,И отпусти во тьму.Все мы сидели в ночи без света:Ты позабудешь мои приметы.Да не смутит тебя сей — Бог весть!Вздох, всполохнувший одежды ровность.— Может ли, друг, на устах любовницПесня такая цвесть?Так и живи себе с миром, —509
Опубликовано в сб. «Психея» в цикле «Плащ»
________
— Ланну. —
<Приписки на полях:>
Ася, дождись поездов и напиши, сколько нужно денег на отъезд, — вышлю, — Приезжай непременно. Поцелуй за меня Пра, Макса, М. И. К<узнецо>ву и ее дочку. [510] — Похожа ли на Б<ориса>? Как зовут? Буду писать тебе каждый день. Прости за протокольность письма, — так безнадежно — все сразу, — и так хочется — где поэт, написавший: но без меча — над чашами весов. [511] Обмирала над этими его стихами. — Пиши непрерывно.
510
Ирина Борисовна, урожденная Трухачева
511
Из стихотворения А. В. Цыгальского «Храм Неопалимой Купины».
Аля — не очень большая, худая, светлая, — Психея. В первом письме были ее письмо и стихи.
В первую же минуту после занятия Крыма дала Максу телегр<амму> через Луначарского, — неужели не дошла? Москва без заборов (сожжены) — в мешках и сапогах.
Если бы я знала, что жив, я была бы — совершенно счастлива. Кроме него и тебя — мне ничего не надо.
Каждый кусок, к<отор>ый ем — поперек горла и отчаяние, что нельзя послать тебе. Узнаю, как с пересылкой денег, — и тотчас ж пошлю. Не оставляй мысли о переезде в Москву.
Целую нежно тебя и Андрюшу. Умилялась его письмецом. В письмах буду писать все то же самое, но стихи буду присылать разные. Напиши Ланну, и пусть он тебе напишет обо мне!
3-го мая 1928 г
Триумф<альная> Арка
Медон,
Дорогая Ася, у меня для тебя целая коллекция таких открыток — нумерую. А ты мне сразу ответь — дошли ли, тогда буду посылать.
Видела я Асю О<боленскую>, [512] приезжала ко мне в Медон. Вот что от нее узнала о смерти В<али>. [513] С первого дня Пасхи ей стало несравненно лучше, умирая — стала оживать. Доктора дивились, ибо уж с месяц каждые минуты были сочтены. В<аля> за время умирания со смертью свыклась, смирилась, — пришлось заново привыкать жить. Жить ей с 1-го дня Пасхи страстно хотелось, поверила, что будет — и Асю уверила. Ей было настолько — непрерывно — неуклонно — лучше, что Ася уже не стояла над ней, как над умирающим, встречалась с радостью, расставалась без страха. И вот — шел сильный дождь, Ася промокла — «пойду переоденусь и вернусь часа через три». Вернулась — В<али> уже не было. Попросила у сестры бульона, та пошла за ним, В<аля> закашлялась — хлынула кровь — одна из больницы побежала предупредить сестру — та пошла — все было кончено. От кашля до смерти не прошло и двух минут. Можно сказать, что смерть мгновенная.
512
Оболенская А. В., в монашестве — мать Бландина, сестра А. В. Оболенского.
513
Зелинская В. И., близкая подруга А. И. Цветаевой, член парижского студенческого христианского движения. Умерла от туберкулеза.
Черный маг императора
1. Черный маг императора
Фантастика:
юмористическая фантастика
попаданцы
аниме
рейтинг книги
Краткая история этики
Научно-образовательная:
философия
рейтинг книги
Барон устанавливает правила
6. Закон сильного
Старинная литература:
прочая старинная литература
рейтинг книги
Дневники
рейтинг книги
Неудержимый. Книга XII
12. Неудержимый
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
рейтинг книги
Путеводитель по Библии
Приключения:
путешествия и география
рейтинг книги
Отверженный. Дилогия
Отверженный
Фантастика:
фэнтези
рейтинг книги
3ds Max 2008
Видеосамоучитель
Компьютеры и Интернет:
программное обеспечение
рейтинг книги
Энциклопедия юного аквариумиста
Детские:
детская образовательная литература
рейтинг книги
Штрафники
Проза:
русская классическая проза
рейтинг книги
Ниссо
Проза:
роман
советская классическая проза
рейтинг книги
Комментарии к письмам
Документальная литература:
публицистика
рейтинг книги