Письма С

Table of Contents

Письма С

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

За кадром I

За кадром II

Глава 6

За кадром III

Интерлог

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Annotation

Хорошо иметь цель. Не обманывать себя присутствием судьбы, а брать коня за рога, творить свою жизнь по собственному разумению. И ты герой, победитель, знаешь себе цену, любишь своё отражение в зеркале... до тех пор, пока не наткнёшься на то, чему плевать на твои планы, мечты и цели, крутизну характера и силу

воли; камень, о который ломаются все косы - случай.

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

За кадром I

За кадром II

Глава 6

За кадром III

Интерлог

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Письма С Глава 1

Гуль. Сотый апрель

Холод заставил гуля проснуться и заворочаться под плащом. Прислушался к телу: спину не грело, вместо лучей тепла в одежду стучался крупный песок. Стало быть, костёр погас, а ночью поднялся западный ветер. Теперь надо найти в себе силы и сесть. Нашёл. Сел. Протёр рукавом экран браслета. Семь утра. Дозиметр бесновался, стрелка нервно металась между отметками 150 и 175. Сойдёт. Осмотрелся: следов на песке нет, да и навряд ветер оставил бы их надолго. Снаряжение, слава Создателю, на месте. Да разве и могло быть иначе? На много вёрст вокруг нет ни единой живой двуногой души, и неизвестно, когда это изменится.

Взвалил на себя мешок. До чего же тяжёлый! Но просто так ничего не выбрасывается, как бы трудно ни было идти. Можно даже сказать, что чего-то не хватает, совсем малого: всего лишь винтореза, или... винтовки Гаусса, вечного ядерного микрореактора и упаковки игл — штук, эдак, сотен пять. Ага, и про автономную медсестру не забыть. Но всё это меркнет рядом с блестящим хромом на солнце, урчащим автомобилем.

Мысли нагло оборвались писком датчика движения. Из-за небольшого радиуса действия сенсор на открытой местности был скорее красивой бирюлькой на поясе, чем жизненно необходимой вещью. И как можно было прозевать приближение врага?

— Так, без паники — шепнул себе, — впереди никого нет, и если только там не сидит работорговец или рейдер со стелсом, то враг у тебя за спиной.

Гуль держал темп шага, не прибавляя и не замедляя. Ещё немного, и поравняется с небольшим валуном. Есть! Резко повалился набок, налету стягивая с плеча ружьё. Обернулся вокруг своей оси так, чтобы упасть на бок лицом к противнику. Никого... странно. Снял сенсор, потряс и постучал им по прикладу винтовки.

— Пф, всё-то ты меня от врагов стережёшь.

Впереди замаячили какие-то пятна. Из-за колыхания воздуха не разобрать, что именно встанет вскоре на пути: пригород, лесок, простые холмы, или же там вовсе ничего нет, и пустыня дразнит путника очередным миражом. Спустя час ходьбы загадочные объекты не особо приблизились, но их стало больше — теперь длинная гряда пятен застилала горизонт от края до края.

Вообще, хорошо бы идти ночью, а не днём. Под алым солнцем пустыня прогревается до адской сковороды, а зрение шутит злые шутки. Когда температура воздуха поднимается до определённой отметки, земля начинает казаться мокрой. И так — куда ни посмотри. Поначалу делаешь десяток шагов в надежде дойти до этой зеркальной поверхности. Но сколько бы ни шёл, она всегда будет на том же расстоянии, что и раньше. Да и сам пройденный путь не чувствуется. Если местность без примечательных ориентиров, то так и кажется, будто находишься на небольшом пятачке земли, который плывёт по стеклянному морю, а сам ты, хоть и переставляешь ноги, на самом деле

не сдвигаешься с места.

Упёрся в два ряда невысоких холмов. Потрогал один из них, расковырял — земля рыхлая, значит, ходы не совсем старые. Взобрался повыше и осмотрелся. В версте на восток была рощица, через которую проходила ещё одна гряда таких же сопок. Немного севернее они смыкались. Хотя нет, скорей всего это развилка, и одна из землероек немного отклонилась от курса. Дальше, к югу, трассы всё больше и больше расходились.

Браслет подсказал, что до наступления темноты осталось чуть больше четырёх часов. Можно было бы заночевать и в роще, но не хочется терять время. Когда гуль бродяжничал по северному и западному секторам в зимний сезон, можно было спокойно менять распорядок дня. Днём, пока греет солнце — спать, а ночью — идти по своим делам. Конечно, в тёмное время суток выше шанс нарваться на неприятности, но схема всё же удобная.

Сейчас такой план не пройдёт. Ночью температура падала, так что спать было временами прохладно, а идти — в самый раз. Но гуль не стал бы спать в степи днём. Он видел, что из этого получается. Что на открытой земле, что в небольшом вырытом углублении — беспощадное солнце найдёт и поджарит. А если хватает глупости перед сном хряпнуть чего-нибудь алкогольного — что ж, тогда можно больше ни о чём не беспокоиться. Кровь попросту закипает в неподвижном теле, вены закупориваются, вздуваются под кожей, и всё тело окрашивается тёмно-синими пятнами. Видал уже трупы гладкокожих, но с гулями, наверное, расцветка немного другая.

А ведь он помнил мир до войны, вернее помнил какие-то фрагменты из далёкого прошлого — расплывчатые, как детский сон. Но в этих воспоминаниях были зелёные растения, а небо не отливало спектрами красного. Он понимал, что память его не многим надёжней кустарного самопала, но воспоминания о такой жизни грели душу.

Цепь курганов давно осталась позади. Время шло, тени от шагающего путника и редких сухих кустиков постепенно удлинялись. К вечеру на равнинной пустоши появились фонящие воронки немалых размеров. Вполне возможно, что здесь упали перехваченные боеголовки, но вот кто был отправителем, а кто получателем такого дара — неизвестно. За все эти годы ветер старательно выровнял края и засыпал дно, поэтому при желании тут можно устроиться на ночлег.

Уровень радиации хоть и не критичен, но всё ещё опасен для человека. Что ж, дополнительная страховка от непрошеных гостей не помешает. Скиталец выбрал воронку поглубже, где не так сильно задувал ветер, пристегнул сенсор к воротнику и положил бренную голову на вещмешок.

Иногда на старика что-то находило. Накрывало волной тоски и безнадёжности. Нестерпимо захотелось отмотать время назад. Нет, не ради перемен, простой человек не смог бы изменить ход истории и предотвратить чистки. Но ему захотелось вновь стать человеком, оказаться среди таких же людей, побывать в лесу, искупаться в реке. А когда начнётся война — погибнуть от радиации, а не стать ходячим недоразумением, не влачить жалкое существование в качестве живого трупа, даже без возможности нормально ходить. Не видеть той разрухи, что оставила после себя война, не наблюдать моральное вырождение человечества, не прятаться от людей, у которых в просушенных радиацией головах не осталось ничего, кроме насилия.

Ветер посыпал гуля волной пыли, тот накинул капюшон, укутался в плащ и через небольшую щёлочку уставился на алую луну, желая поскорей окунуться в мир грёз и увидеть желанный сон. Где-то там, в прошлом, осталось нечто важное, и это нужно найти — жизненно важно. По щеке начала сползать одинокая слеза и исчезла в глубоких морщинах и трещинах лица.

***

Ноль . Вместо пролога

Из двери вышла девушка и назвала моё имя.

— Я!