Писатель

— Чем занимаешься?

— Стучать надо, перед тем как входить, — я ответил, не отрываясь от тетради.

— Я стучала, но ты не ответил. Зашла пожелать спокойной ночи.

— Подожди мам. Подойди, пожалуйста. — Она закрыла дверь и подошла, встав так, что ее тень накрыла тетрадь.

— Что пишешь?

— Хочу написать

книгу, но у меня ничего не получается.

— Зачем?

— Как зачем?! Сама подумай: Толстой, Пушкин, Гоголь, Чехов — они давно умерли, а имена их по сей день знают, — сказал я, подняв голову и посмотрев на нее. — Я тоже хочу, чтобы мое имя все знали и помнили. Может я стану великим писателем!

— Хорошо. Я подумаю, как тебе помочь, а сейчас ложись спать. — Мама выключила ночник и вышла из комнаты.

Заснуть уже не смог. Включил ночник и достал тетрадку. На лицевой стороне, был нарисован «Человек-паук». Он мой самый любимый персонаж, когда-то, я даже мечтал быть таким как он. Открыл тетрадку на первой странице. Она была вся исписана и перечеркнута. Вырвал листок, уставился на чистый лист и стал думать, о чем написать. Ничего придумать не смог.

Через неделю мне исполнилось 10 лет, как раз на летних каникулах. Мы с мамой уехали на 3 недели на море. Сняли домик прямо на берегу, из которого видно весь берег пляжа.

День рождения отмечали вечером на берегу. Прямо напротив дома разожгли костер. Около костра поставили раскладной стол, на который поставили: торт, термос с зеленым чаям и всякие сладости. Мама произнесла речь о том, как она меня любит. После чего, я загадал желание: «Я хочу написать роман, который взорвет весь мир». Поели торт, а уже потом начали жарить сосиски на костре. Дожарив сосиски, мама сказала:

— Пока руки не испачкали, хочу сделать тебе подарок.

Она передала мне что-то, обвернутое в подарочную упаковку с бантиком красного цвета. Развернув подарок, я не знал, что мне делать: радоваться или расстраиваться. Мне приятно, что это книга, но неловко, что я не знаю какая. На обложке я прочитал «Аристотель “Поэтика”».

— Ты еще хочешь стать великим писателем? — спросила мама, улыбаясь. — Аристотель — древнегреческий философ и ученый, ученик Платона — древнегреческого философа, а тот в сою очередь учился у Сократа — который тоже был древнегреческим философом. В библиотеке, ты сможешь найти много информации о них. Книга об искусстве поэзии и хотелось бы, чтобы она тебе помогла.

— Спасибо — сказал я, обнимая маму за ее тонкую талию.

Мы еще немного посидели и пошли спать. Перед сном, мама мне сказала:

— Если ты действительно решил стать писателем, то должен запомнить некоторые вещи. Для того чтобы что-нибудь написать, нужно что-нибудь прочитать. Если хочешь хорошо писать, то должен много читать. Ты должен смотреть, как пишут другие, чтобы найти, что-то свое.

В ответ, я еще раз поблагодарил маму и пожелал спокойной ночи.

Опершись спиной на спинку кровати, я достал книгу и открыл на первой странице.

Заголовок, был напечатан большими буквами «О ПОЭЗИИ». Я начал читать.

Несколько дней читал книгу с утра до ночи,

пока не засыпал с нею в руках. Я читал ее везде: дома, на пляже, в машине, по пути в магазин или в другое место. В общем, я с ней не расставался. Книга не большая, и прочитать ее можно за день. Я перечитывал по нескольку раз главы и подчеркивал интересное. Дочитав, решил, что уже что-то познал, сейчас сяду, и буду творить. Разочаровался и разозлился, так как ничего не получалось. Постоянно открывал книгу и перечитывал подчеркнутые предложения. От злости, начал обвинять всех, кого только мог. Родителей — потому что, они небыли писателями, бабушек с дедушками до 7 колена — они тоже небыли писателями и мне не передалось умение писать по наследству. Проклинал то, что мне 10 лет, а я так хочу вырасти, чтобы прочитать как можно больше литературы.

Стоя утром возле окна, любуясь морем, я увидел старика. Он подошел вплотную к тому месту, где песок начинал уходить подводу, потом ушел из моего вида, потом снова вернулся к тому же месту, таща за собой раскладную лежанку для загара. Мне стало видно только спинку лежанки.

Я за ним наблюдал три дня. Каждое утро он делал все тоже, что и в первый день. Старик сидел весь день под солнцем, а как только солнце начинало опускаться за море, даря всем наблюдающим красивый вид красно-оранжевого заката, отражающимся на чистом и прозрачном, как кубики льда, которые мама бросает в стакан, заливает напитком и выпивает, море.

Любопытство меня отправило в нокаут. Наутро следующего дня, я уже ждал его. Как только старик исчез за лежанкой, я вышел из дома и прямиком направился к месту его обитания. Песок не горячий и не холодный, он влажный, забивается в сандалии, от чего становится неприятно.

Тихонько, чтобы не напугать, подошел к нему. Сразу сильно удивился — в руках у него тетрадь, на которой обложка, такая же как у меня, с «Человеком-пауком».

— Я давно тебя жду! — сказал старик, не открывая глаза. — Ты сколько уже за мной следишь?

— Я не слежу! — ответил ему, немного испугавшись, от неожиданности. — Я наблюдаю.

— Почему?

— Мне интересно, чем вы здесь занимаетесь. А вы, почему меня ждете?

— Любопытство, еще ни кого не останавливало.

— Это верно.

— Я здесь собираю секретные сведения — тайною информацию. Информация стоит много денег. Те, кто за нее платят, не хотят, чтобы о ней узнал кто-нибудь еще. Если бы ты застал меня, когда я записываю сведения в тетрадь, мне пришлось бы тебя убить, как не нужного свидетеля. Вырыл бы в песке большую яму, закопал тебя заживо, потом поставил лежанку на то место и лег.

Я смотрю на него испуганными глазами и не знаю что ответить. Вид у старика очень суровый, у меня даже мурашки по коже забегали.

— Это и будет ответ на твой вопрос, — продолжил старик. — Теперь ответь мне. Любопытство стоит того, чтобы за него умереть?

Я не знаю что делать. Пот стекал с меня, как водопад. Хочется побежать домой, но ноги меня не слушают. Хочется позвать маму, но голос не поддается, и кое-как, я выплюнул слово:

— Нет.

Ожидая, что меня сейчас зароют в песок. Я испугано смотрю в глаза старику.