Пират
Шрифт:
Бадр пожал плечами.
— Хоть на пятьдесят процентов больше. На сто. Какое это имеет значение? У нас хватит денег. Мы можем себе это позволить.
Француз помолчал. И, заговорив, он уже не был так самоуверен, как раньше.
— Мы также заинтересованы в том, чтобы способствовать вашей промышленной программе. Я уверен, что мы найдем немало проектов, реализация которых послужит нашей взаимной выгоде. Наш промышленный потенциал занимает второе место в мире.
— Рад слышать это. Особый интерес для меня представляют
— Но это, скорее всего, будет самым дорогим проектом из всех, — быстро сказал Дюшамп.
— Как я уже говорил, деньги для нас не играют роли. Лишь только в моей маленькой стране доходы от поставок нефти составляют до миллиона долларов в день. И, учитывая весь остальной арабский мир, суммы эти достигают астрономических размеров.
— Франция не относится к числу бедных стран. У нас есть столько долларов, сколько нам необходимо. Фактически более чем достаточно.
— Я не сомневаюсь в этом, но существуют и другие возможности и, поскольку я не занимаюсь политикой, все предложения будут рассмотрены с предельной благожелательностью.
Француз в упор посмотрел на него. Оба они понимали, что Бадр имел в виду. Суть сделки заключалась в нефти, и речь шла не столько о деньгах, сколько о сотрудничестве.
— Месье Аль Фей, — сказал он, — не могу передать вам, как я рад, что мы определили область, в которой можем сотрудничать. Хочу вас уверить, что я незамедлительно вернусь с пакетом совершенно конкретных предложении.
Бадр встал.
— С большим нетерпением буду ждать вашего возвращения, — сказал он.
Француз тоже встал, и Бадр вежливо склонил голову, сопроводив церемонию прощания традиционным арабским жестом.
— Идите с миром.
С уходом француза Карьяж вернулся в кабинет.
— Свяжитесь с банком, — сказал Бадр, — и выясните у них, не могли бы они предоставить нам парочку секретарш. А затем составьте расписание мероприятий. Мы должны повидаться со всеми.
— Зачем? Они практически ничего не могут нам предложить.
— Я знаю, но это не имеет значения. Сейчас все они в шоке из-за эмбарго. Они не могут поверить в него. Когда до них дойдет, их охватит паника и гнев. И в число наших обязанностей входит приобрести как можно больше друзей.
— Понял, шеф, — Карьяж направился к дверям.
Бадр остановил его.
— Дик, свяжитесь для меня с миссис Аль Фей. Она в Бейруте, в доме моего отца.
— Будет сделано.
Как только за ним закрылась дверь, почти сразу же зазвонил телефон. Эффективность телефонной связи была предметом гордости швейцарцев.
— Как дети? — спросил он у Иорданы.
Голос ее был мрачен.
— Прекрасно.
— Школа им нравится?
— Не знаю, нравится она им или нет, но они ее посещают.
— Ты очень занята?
Наступило
— Ты издеваешься надо мной, — сказала она. — Я же в Бейруте. Мне тут абсолютно нечего делать:
— Тогда, может быть, ты не имела бы ничего против того, чтобы приехать сюда и помочь мне. Я решил приобрести дом в Женеве и виллу в Гштаадте, но я слишком занят, чтобы заниматься ими.
— Бадр, в самом деле?
— Почему бы и нет? Похоже, что в ближайшем будущем нам придется проводить здесь немало времени. Так ты прилетишь?
Она засмеялась.
— На первом же самолете.
— Отлично. — Он улыбнулся в трубку. — Дай мне знать, каким ты вылетаешь рейсом и я подошлю Джаббира в аэропорт встретить тебя.
Как только он положил трубку. Дик снова вошел в кабинет. На лице его было странное выражение.
— Вас хочет видеть какая-то девушка.
Бадр взорвался.
— Вы уже должны были бы разбираться в этих делах, Дик, — резко сказал он. — Сегодня у меня хватит дел и без того, чтобы возиться с девушками. Отошлите ее.
— Я уже пытался это сделать, сэр, — сказал Дик. — Но она пришла несколько минут тому назад с Джаббиром. Он сказал, что вы захотите ее увидеть.
Бадр заинтересовался. Обычно Джаббир не занимался женщинами.
— Кто она?
— Не знаю, сэр. Ни она, ни Джаббир не назвали мне ее имени. Они говорят, что хотят преподнести вам сюрприз.
Бадр на мгновение задумался. Здесь может быть что-то важное. Джаббир не стал бы дурачиться.
— О'кей, я с ней увижусь, — сказал он. — Но только на минуту. И скажи Джаббиру, что я делаю это только ради него и не хочу, чтобы такие случаи повторялись.
— Да, сэр.
Подойдя к небольшому бару, Бадр налил себе чашку кофе и вернулся к столу. Услышав звук открывшейся двери, он повернулся.
В дверях застенчиво стояла молодая женщина. Бадр посмотрел на нее. Она ему кого-то смутно напоминала. Она была красива, с овальным лицом, темно-синими глазами и густыми черными волосами, падавшими ей на плечи. На ней была обыкновенная рубашка и синие джинсы, которые носило подавляющее большинство молодых людей и, насколько он смог разобраться, у нее была отличная фигура. Он заметил, что в глазах ее промелькнул испуг. Внезапно все стало ясно.
— Лейла! — воскликнул он.
Робкая улыбка сменила выражение настороженности и испуга.
— Здравствуй, отец, — тихо сказала она.
Он подошел к Лейле и обнял ее.
Глава 2
— Мне уже почти девятнадцать лет, папа, и в школе мне уже нечего делать, — сказала она. — Вокруг так много интересных дел, и я не хочу, чтобы они проходили мимо меня.
Он улыбнулся. В ней было так много от него самого. То же нетерпение, то же любопытство, та же жажда лично участвовать во всем.
— Чем бы ты конкретно хотела заниматься?