Чтение онлайн

– Здесь странные порядки. Обслуга ведет себя слишком фамильярно. Ну-ка, дружок, принеси мне еще вина. За плечи меня мацать не обязательно, и сзади не подкрадывайся. Я не гомофоб и уважаю права всяких там педиков, но лучше не рисковать.

– Извините, а вы кто? – воинственно спросил Вадим.

Кастро не ответил. Не скрывая неприязни, он смотрел на руки молодого человека, пытающегося массировать Ритины плечи.

– Ритусик, – слащавым голосом произнес Вадим, – я обиваю пороги, пытаюсь помочь твоему старому другу, а ты уже обзавелась новым? Или ты решила устроить себе маленький девичник перед замужеством?

Девушка

промолчала.

– Какому другу? – спросил Кубинец.

– Не ваше дело, – огрызнулся молодой человек.

Кастро отодвинул от себя тарелку с блинами.

– Что-то есть перехотелось. Иди сюда, – позвал он Вадима. – Прыгай на стул. Расскажи, что там мое, а что не мое.

Вадим оставил Риту и с невозмутимым видом сел возле Кубинца. Только сейчас, оказавшись рядом, он ощутил физическое превосходство незнакомца и почувствовал дискомфорт, словно оказался на маленьком островке с большим крокодилом. Он даже хотел немного отодвинуться, но незнакомец угадал его желание и подтащил ближе к себе вместе со стулом.

– Ты кто такой? – обняв Вадима за плечи, спросил Кастро. – Местный сумасшедший? Двоюродный брат из Костромы? Навязчивый любовник из Липецка? Маруся, я не хочу его обидеть, поэтому спрошу у тебя: кто этот дебил?..

– Я старый друг Риты и ее жених, – тихо сказал Вадим. – Отпустите мое плечо. Вы щупаете, мне неприятно.

– Ей тоже было неприятно, ты не заметил?

– Мы с ней сами разберемся. Вы человек посторонний и не должны вмешиваться. Вам не кажется, что вы переходите сейчас… А!.. Больно!

– Заткнись. – Кастро так разозлился, что даже ухмыляться перестал, отчего перестал быть похожим на самого себя. – Жених какой-то нарисовался… а эта сидит, будто квашеной капусты объелась. Марусь, а где ж Санек? Я чета не догоняю?

– Они расстались, ау!.. – выкрикнул Вадим.

– Расстались? – спросил у Риты Кубинец.

– Саня меня предал, – глядя ему в глаза, ответила девушка.

– Он ее предал, ау!..

– Заткнись, не у тебя спрашиваю. – Кастро поставил стул Вадима на две ножки, придержал чуть-чуть и отпустил. Стул опрокинулся вместе женихом. Кубинец снова обратился к Рите: – Он уехал? И флэшка с ним?

Кастро не ответил. Не скрывая неприязни, он смотрел на руки молодого человека, пытающегося массировать Ритины плечи.

– Нет, его забрала местная полиция. Он хотел сделать мне подарок и… и сделал. А флэшка и деньги у меня.

– Что он сделал?

– Мне понравился браслет и кольцо, тут у одной… и он их украл.

– Нет, – Кастро покачал головой. – Он бы не смог.

– Он – нет, но ты бы смог.

– А ты хорошо обо мне думаешь. Но, Маруся, я предпочитаю обшаривать карманы бедняков в церкви и отбирать мелочь у убогих на паперти. Ну, украл бы он, и ты стала бы эту ворованную дребедень носить?

– Нет.

– Зачем тогда воровать?

Рита задумалась.

– Помутнение.

– Долго думала?

– А я вообще не думала. Я не могу думать. Мне плохо. Он ведь изменил мне с этой женщиной. – Рита опустила голову и заплакала. – Понимаешь, что он сделал? Понимаешь?..

– Что сделал он, я еще не понял, – сказал он. – А вот что делаешь ты, мне понятно. Ты его предаешь.

– Я?

Кастро

встал.

– Где мои деньги?

– Ты, кажется, хотел есть? – зло бросила Рита. – Садись, лопай свои блины. Надо же, аппетит пропал! Ты смотри, я его предаю! Я еще и виновата! Про деньги и не вспоминал, а тут, ишь, взъерепенился! Мужская солидарность у них. Понятно. А я теперь подлая зараза.

– Где его держат?

– Я не знаю.

– А чего ж так? – сказал он с укором, засунул руки в карманы и пошел в сторону отеля. На ходу оглянулся, бросил сердито: – Пошли!

Рита покорно побежала следом. Он шел быстро, и ей никак не удавалось его догнать.

– Так ты думаешь, он не крал?!

– Не крал!

– И не изменял?!

– Не изменял.

– А может, все-таки крал?!

– Не может.

– И не изменял?!

– Может, и изменял! Я бы тебе изменил!

– Ну, и сволочь же ты, Кастро! Гад ты! И всегда был гадом! И чего я тебя ждала?! Приехал, только настроение испортил!

– Как давно его забрали?

– Четыре дня назад.

– Какая на них была форма?

– Ну, какая-какая… такая, полицейская форма. Нет, это точно полиция, я обратила внимание. Так ты думаешь, ему подбросили? А ведь он сам показал, где кольцо спрятал. Как такое может быть?

– Вытащим, сам расскажет.

– А как ты его вытащишь из тюрьмы?

– Не построили еще такой тюрьмы…

После появления Кастро Рита почувствовала себя гораздо лучше. Беспокойство, паника прошли вместе с температурой и приступами лихорадки. Впервые за четыре дня она собралась с силами и попробовала разобраться в том, что же произошло в тот злосчастный вечер.

Кубинец велел ждать их возвращения и быть готовой к тому, что придется второпях уносить ноги. Он уехал. А она взяла такси и поехала по маршруту, по которому каталась с Саней на взятой напрокат машине.

Как педантичный сыщик из детективных романов с помощью одной детали она пыталась разбить все доводы обвинителей. Ей не давала покоя ее сумочка. Та самая сумочка, которую Саня вытащил из туалетного бачка. Сумочка, в которой оказалось кольцо.

«Когда он мог это сделать? – задавала себе вопрос Рита. – Я проснулась в обед. Он принес мне цветы. Вот они, желтые цветы над моей головой. Я вижу свое заспанное лицо в зеркале. Я себе не нравлюсь и прошу подать мне сумочку. Ага. Его руки, его улыбка, а вот она. Я достаю помаду, крашу губы, кидаю помаду обратно, оставляю сумку на постели и одеваюсь. Он не отходит. Он все время рядом. Мы держимся за руки, идем к машине, катаемся, и у нас заканчивается бензин. Так. Он идет искать бензин. Пять минут, тридцать пять секунд… Столько его не было. Я точно запомнила. Он приходит, мы заправляемся, едем дальше. Подходим к отелю – уже темно. Мы не поднимаемся к себе. Мы садимся у бассейна и заказываем поесть. Мы все это время были вместе. Да, он не отходил. Не отходил. Мне стало холодно, и я иду за кофточкой. Он остается. Он сидит, когда я смотрю на него из окна номера, сидит, когда я треплюсь в коридоре с этой тварью Тамаркой. Да, вот он, его профиль, а вот он отвернулся. Да, я еще подумала, а куда он смотрит. Я возвращаюсь, и появляется полиция.