Чтение онлайн

Пока кирия Катерина вела нас знакомым уже мне путем к ангару, мы с Александром успели познакомиться чуть ближе. И с ходу перешли на "ты". Как оказалось - мы с ним земляки. Буквально. Родился Саня в Казанке, это райцентр такой, на юго-востоке Тюменской области. Село Казанское. Это мы в самые первые минуты знакомства выяснили. И прониклись симпатией взаимной. Когда пришли к ангару, я его уже Сашкой звал вовсю, а он меня... ну как обычно... Витамином. Судьба, однако!

Что мне понравилось, так то, что когда мы мимо машины шли, Морсик свой пост не бросил. Сидел, смотрел унылыми глазами, как мы мимо проходим.

Сжалился я, свистнул, и он весь радостный и счастливый примчался, обскакал кругом компанию, и с новым персонажем знакомиться стал.

– Скажешь, поди, что этот тоже свой?

– Свой! Нельзя его жрать!

– Ну, я так не играю.... А жить он, где будет? При мне?

– Нет. Сам по себе жить будет.

– Значит и не друг и не враг, а так. И на фига он тебе нужен? Может, погрызть его маленько? Для вразумления? Не боись, командир, я его не сильно погрызу. Тяпну пару раз за икры, для профилактики, и отпущу...

– Сказано тебе - нельзя его грызть! И что тебе неймется? Идет мужик, ни на кого не бросается, зачем его грызть? Сказано тебе - фу, значит - фу!

– Ну, смотри сам... Но если он выступать начнет, только свистни. Махом угомоним...

И умчался впередсмотрящим.

– Самолета в ангаре не было. Самолет стоял на стоянке. Дверь в пилотскую кабину была распахнута, законтрена растяжкой. А из-под приборной панели торчала голубая задница синьора Чезаре.

– Аве Цезарь!

Задница волнообразно заколебалась, подалась назад, из под панели вынырнула седая голова, расплылась в радостном "чиииз" и сеньор спрыгнул на бетон.

– Бон джорно!
– поздоровался он с нашей компанией. А с кирией Катериной поздоровался отдельно, приложив руку к сердцу, совершив легкий поклон и шаркнув ножкой.

– Мое почтение, кирия Катерина, счастлив Вас видеть!

– Взаимно, Чезаро. Знакомься - это Александер, он будет пилотом-инструктором у господина Рюдж-ник-офф.

– Бон джерно, синьоре Александер. Бон джерно, синьоре Витали.

– И вам не болеть!
– отозвались мы с Сашкой.

– Самолет в порядке, к полету подготовлен. Только заправить осталось - доложился Чезаре.

– Dio ti salvi Santa Maria Vergine Immacolata, caro signore, Cesare. Да хранит тебя пресвятая непорочная дева Мария, уважаемый синьор Чезаре. Видать давненько синьора Чезаре здесь и таким образом не благодарили, ибо в столбняк впал уважаемый синьоре. Не ожидал он от меня подобного. Я-то для хохмы выучил и ляпнул, а он, вишь ты, как близко к сердцу принял. Нет уж, тут на диком западе, поосторожнее шутками надо шутить... такой юмор тут не всегда уместен. "Такой хоккей - нам не нужен"! Мда...уж.

Саня не обращая внимания на мои приколы, внимательно оглядел "Караван" снаружи и с сеньором разговор затеял. На немецком, что характерно. Даже завидно, все люди как люди, общаются между собой свободно и легко, невзирая на национальную принадлежность, и только я ни бе ни ме. Вот кто мне мешал, ну, хоть бы аглицкий выучить. Если по уму, то три месяца попыхтеть всего-то, и хоть на бытовом уровне, а все ж трендел бы. Бездарность ленивая!

Саня ко мне обернулся и пальчики плотоядно потер -

– А предъявите-ка документики, гражданин хороший! И на ероплан и на себя лично! Кто вы сей есть таковой, в авиационном смысле?

– И паспорт проверить

не забудь, и свидетельство о рождении тоже. А еще комсомольский билет с меня потребуй и уплату взносов проверь. Немчура несчастная.

– Орднунг, есть орднунг! Гони бумаги, славянин.

– Яволь, херр хауптман!
– и поплелся я к машине за сумкой с ноутом, в которой документы держу. Принес, вынул, рассортировал и предъявил.

– А ты откуда знаешь, что я капитан?!

– А разве ты капитан?!

– А чо, непохож?!

– А дак, похож! Оттого и гауптман!

Бумаги на самолет Сашка просмотрел быстро и без комментариев вернул мне. А потом уставился на мою летную книжку и свидетельство пилота-любителя на Як-18Т, как первый раз увидел. А может, так оно и было. И чем дальше смотрел, тем скучнее делался. Пока совсем хмурым не сделался.

– И чо не так?

– А все не так! Начать с того, что меня шеф изнасиловал, когда тебя учить отправлял. У меня жена с завтрашнего дня в отпуск уходит, и я с ней собирался. А меня сюда в приказном порядке отправили. Накрылся наш семейный совместный отпуск! Тазом из соответствующего металла!

– Извиняй Саш, но это все-таки проблема больше твоя и твоего шефа. Я-то причем?

– А проблема не в этом! Проблема в том, что мой приезд и связанные с этим семейные утраты не имеют смысла! Ты мне чего дал? Ты мне PPL дай! Private Pilot License. Где немецким, испанским, наконец греческим языком написано, или хотя бы английским по зеленому. А не русским по белому! С этой коркой ты здесь никто, и звать тебя никак! Документ должен быть валидирован в стране пребывания. Слышал такое слово "валидирован"? Я тебя с твоей ксивой даже в воздух не имею права выпустить самостоятельно. И как тебя учить? На пассажира? Это будет айнц! Теперь цвай! Мало мест для обучения более гадостных и сложных, чем аэропорт "Македония". Ты хоть представляешь себе, какое тут воздушное движение? Нет, ты не представляешь себе, какое тут воздушное движение! Тут такой трафик - мама не горюй! А вот и долгожданный драй! Можешь плюнуть мне в ухо, вот прямо тут, если ты владеешь радиообменом на аглицкой мове! Уразумел?

Я слушал его и чувствовал, как мое сердце потихоньку валится куда-то в желудок. И далее.

– И чо теперь делать?

– А я те доктор? Соображать давай. Одно скажу - в Салониках делать нехрен. Надо искать место глухое и тихое, где к нам никакая падла не докопается, мля. Так-то вот, господин новорусскосибирский валенок!

И Саня с досады совершенно некультурно плюнул мне под ноги. Обнаружив, что что-то идет не так в нашей беседе, в диалог включилась Катерина, и быстро перетерев на немецком тему с Сашкой, заявила -

– Я знаю такое место!

С этого момента у нас все поперло вдоль да наперекосяк, абсолютно непредусмотренным и незапланированным образом, обрастая по пути как снежный ком, всякого рода неожиданностями, но ко всеобщему таки удовольствию.

– На Хиосе есть маленький военный запасной аэродром. Мы с Теодором иногда садились там, когда летали в гости к дяде. У дяди Димитриоса километрах в пяти большой дом на берегу. Он живет вдвоем с женой, его дети выросли и разъехались и как раз сейчас там никто не гостит. А дядя всегда рад меня видеть. Он меня очень любит и балует. И тетя Мария тоже.