Пилот Хаоса
Шрифт:
— Не согласен, — прохрипел ГНаск. — У меня свой интерес к падению Звездного дома.
— На все воля Круга, — ровным тоном ответил Палатон, хотя аура вокруг головы ГНаска внезапно стала пронзительно-багровой, невыносимой для нормального зрения. — Такова жизнь.
— Шестьсот лет межпространственными полетами всегда руководил Звездный дом, — ГНаск перевел взгляд на свои тупые когти, а потом быстро поднял голову. — Должно быть, за это время в ваших рядах произошли значительные перемены. Тезары за свою короткую жизнь среди чоя уже оставили яркий след, а Звездный дом правит с тех пор, как появились тезарианские
Палатон резко поднялся на ноги.
— Я, например, не собираюсь обсуждать с вами проблемы получения икры у абдреликов или у целебного ила. И вы не имеете права говорить со мной о моих братьях.
Багровый блеск над головой ГНаска усилился. Его маленькие глазки быстро мигнули вслед за движением Палатона.
— Нет, имею. Событие, свидетелем которого я стал сегодня утром, заинтересовало меня, к тому же ходят слухи…
Зная, что абдрелик намеренно старается завести его, Палатон все же не удержался:
— Какие слухи?
— Слухи о незаконных сделках между людьми и чоя. Сам я едва мог поверить этому, однако теперь вы с явной благосклонностью отнеслись к ним. Вероятно, услышанное мной — чистая правда… о том, что чоя отбирают лучших из людей и обучают их.
Такое нарушение правил Союза было немыслимым, и Палатон сам слышал отдельные сплетни, но в целом о разногласиях среди чоя предпочитали умалчивать. Но при чем тут люди? Палатон глубоко вздохнул. Глаза, подумал он, черт бы побрал эти глаза!
— Вспомните о своем контракте, — негромко произнес он и услышал опасные обертоны собственных голосов.
ГНаск резко выпрямился.
— Вы угрожаете мне?
— Я только предупреждаю вас, что любой контракт, одобренный Советом, может быть отменен или пересмотрен.
Абдрелик мрачно улыбнулся.
— Вы умеете настоять на своем. Вижу, я ступил на опасную почву. Вы можете позволить себе быть разборчивым, Палатон, потому что нет пилотов, подобных тезарам, и никакая техника не является столь надежной, как тезарианская. Но все-таки запомните — ярмо никто из нас не наденет по доброй воле, а если падет Звездный дом… многие будут рады воспользоваться этим, — ГНаск поднялся и потянулся к своей папке. — Я не воспринял ваши личные замечания как оскорбление.
Он лгал. Но Палатон склонившись над столом ответил ему правду:
— А я воспринял как оскорбление все ваши замечания, и если я узнаю, что вы или любой другой абдрелик сует нос в мои дела или дела любого дома чоя, я спущу с вас шкуру, ГНаск, и пусть ваши наследники сделают из нее корзину для яиц.
Посланник застыл с вытаращенными глазами. Его губы приоткрылись, обнажив клыки, способные на клочки разодрать Палатона. Ненависть захлестнула зал. Палатону не нужен был и бахдар, чтобы понять это. ГНаск поднял лапу, как будто собираясь что-то сказать, но лапа дрожала от ярости.
В этот момент убийца и нанес удар.
Глава 2
Палатон увернулся прежде, чем услышал негромкий хлопок. ГНаск повалился, успев выкрикнуть приказ потушить лампы, и зал погрузился в темноту. Палатон лег на пол. Мгновение он лежал не шевелясь и прислушивался. Его бахдар напрягся, ощущая страх и гнев абдрелика.
— Он видит нас, — торопливо шепнул он ГНаску и начал продвигаться под прикрытие экрана, предоставив абдрелика самому себе и не желая больше тратить на него силы.
Темная массивная туша посланника двигалась по комнате, представляя собой удобную мишень для убийцы, но у Палатона не было намерения обнаруживать свои действия, приказывая зажечь свет на полную яркость. Ему пришлось бы делать это вручную, рискуя навлечь на себя огонь.
Палатон не представлял, кого из них убийца выбрал своей мишенью. Если бы Палатон принадлежал к любителям заключать пари, он мог бы поставить что угодно на абдрелика: посла в Чертогах недолюбливали. Однако именно его бахдар подавал тревожные сигналы все утро. Нет, решил Палатон, скорее всего мишень — это он сам, а следовательно, должен двигаться как можно осторожнее.
Палатон встал на колено у стены, где находился экран, и мысленно представил себе схему зала. Он знал, где должны быть расположены пульты ручного управления — возле двери и у помоста, на котором ГНаск раскладывал листы контракта.
Очевидно, оказавшись в западне, любой решил бы добраться до двери, распахнуть ее и вырваться на свободу, поэтому убийца должен был особенно пристально наблюдать за дверью. Тезар лег на пол, щекой прижавшись к прохладным мраморным плитам, перевел дыхание и пополз — неторопливо, осторожно, со всей хищной ловкостью, на которую было способно тело чоя, постепенно приближаясь к помосту. В темноте раздался еще один хлопок, и заряд пролетел мимо его гребня — так близко, что задел ауру. Палатон уловил быстро исчезнувший запах яда.
Свет затопил комнату — белый, яркий, такой сильный, что на мгновение Палатону показалось, что он лишился зрения. Он прищурился, слыша, как ГНаск невольно вскрикнул от удивления и досады.
Палатон услышал позади себя шум. Он обернулся и увидел, как гибкое тело изогнулось в воздухе и мягко приземлилось на ноги. Существо оказалось темным, окутанным плотным плащом, окруженным непроницаемой аурой. По краям аура струилась, распространяясь во все стороны, как тепло поднимается с нагретого асфальта. Палатон с раздражением понял, что незнакомец прибег к незаконным приемам защиты.
У убийцы были оружие и средства обороны, а они оказались застигнутыми врасплох. У Пала-тона был бахдар, но с ограниченными возможностями, к тому же ему не хотелось обнаруживать свой дар перед абдреликанским посланником. Чоя умели хранить свои тайны. Палатон быстро перебирал варианты, но тут убийца бесшумно начал продвигаться к середине зала.
Палатон понизил свои голоса и требовательно, с нажимом произнес:
— Беги!
При этом он представил, как подталкивает незнакомца, и поднял голову, взглянув на темное облако угрозы, надвигающееся на него.