Петтерсы. Дети гор

Под редакцией Константина Коломийца и Евгения Иноземцева

Продюсеры проекта Борис Макаренков и Диана Смирнова

Художник Никита Голубев

По

песчаной косе к берегу Кораллового моря не спеша шел мужчина. Путник был немолод, однако его черная как смоль борода была лишена седины, а правая рука крепко и уверенно сжимала позолоченные двузубые вилы, на которые он то и дело опирался.

Несмотря на зависшее в зените палящее солнце, мужчина был закутан в белый гимaтий [1] и, казалось, совсем не испытывал дискомфорта. Его путь лежал вглубь берега, к стоящей в тени пальм старой бамбуковой хижине. Дойдя до цели, он, не дожидаясь приглашения хозяина жилища, бесцеремонно распахнул дверь и вошел внутрь.

В углу, на протертой до дыр циновке, лежал человек. Он являл собой удручающее зрелище. Голова несчастного полностью превратилась в одно сплошное кровавое месиво. Худое, смуглое тело периодически вздрагивало в конвульсиях. Не надо было быть великим лекарем, чтобы заключить, что бедняга вот-вот испустит дух.

Вошедший усмехнулся:

– Какое жалкое зрелище.

Оценив повреждения, он наклонил позолоченное оружие к умирающему и двумя зубьями прикоснулся к его груди. Тут же с изуродованным телом стали происходить странные метаморфoзы [2] . Оно поднялось на несколько сантиметров от земли и сплошь покрылось неизвестно откуда взявшейся непроницаемой черной дымкой. Рана на голове перестала сочиться сукровицей, затянулась коркой запекшейся крови, которая спустя мгновение потрескалась и осыпалась на землю, обнажив изрезанное шрамами лицо. Мoрок [3] рассеялся, и тело вновь вернулось на свое место.

Удовлетворенный своей работой, мужчина кивнул:

– Так-то лучше.

Умирающий с трудом повернул к нему голову, но увидеть вошедшего ему было не суждено. Вместо глаз у него зияли черные впадины. Из горла вырвалось сипение:

– Ко а? [4]

Гость с удивлением поднял брови:

– Странный вопрос для того, кого некогда считали сильнейшим темным колдуном.

– Гaдес, – прохрипел умирающий.

Вошедший кивнул, хотя собеседник и не мог этого видеть.

– Можно и так меня называть, хотя я лично предпочитаю другое имя.

– А танус шот ам? [5]

Мужчина искренне рассмеялся во весь голос.

– Зачем мне для этого приходить?! Я бы мог просто немного подождать! К тому же… – Странный гость брезгливо осмотрел убранство старой хижины. – У тебя все равно нет денег на паромщика [6] .

– Нон а тэ ам? [7]

Лицо незнакомца стало серьезным. Он на несколько секунд задумался, расчесывая пятерней густую черную бороду, и наконец ответил.

– Для тебя есть работа.

Раненый искривил губы в злобной усмешке:

– Анару неа рабос [8] .

Тот, кого колдун назвал Гадесом, побагровел от злости:

– Как ты смеешь со мной так говорить, жалкий смертный!

Ветхие стены затряслись от громоподобного голоса.

– Или ты забыл, кто тебя вынул из тела акулы?! Кому ты обязан своими тайными знаниями?! Кто вел тебя к величию?! И кого ты предал, уступив обычным земным детям?!

– Они не обычные, – прошептал умирающий. – Они потомки Древних. Одна это знает, второй еще нет.

– Это все отговорки! Знаешь, что бывает с теми, кто мне отказывает?!

Умирающий отвернул голову к стене.

– Ам о тока [9] .

Мужчина взял себя в руки и уже равнодушно проговорил:

– Что ж, ладно. Это твой выбор. Раз тебе не интересна цена, которую я готов заплатить за твои услуги. До скорой встречи.

Гадес закинул край гиматия на левую руку и направился к выходу.

Услышав последние слова пришедшего, Анару повернулся на бок и, превозмогая боль, приподнялся на локте.

– Делантра [10] .

Мужчина остановился и еле заметно улыбнулся уголком рта. Это был беспроигрышный вариант. Отдавая свою душу тьме при обучении, любой колдун понимает, что ждет его в послесмертии, и пугать этим его бесполезно, поэтому каждый присягнувший стремится по возможности отсрочить свою смерть, а в идеале – избежать ее. И гость это очень хорошо знал. Он развернулся к умирающему, внимательно посмотрел в его пустые глазницы и тихо проговорил:

– Бессмертие.

Ответ последовал незамедлительно:

– Ам таш [11] .

– Вот и отлично. – Голос мужчины вновь обрел повелительные ноты. – Нужно найти и собрать для меня… одну вещь. Сущая безделица. Это артефакт, некогда разделенный на три части. Я упростил тебе задачу и добыл первый компонент, оставшиеся два – уже твоя проблема. Сделаешь – получишь то, о чем мечтал.

Гадес еще раз осмотрел тело колдуна, после чего продолжил:

– Полностью излечить я тебя не могу. Раны от Атакана не заживают до конца, и зрение к тебе не вернется, но это решаемо.

Он дважды ударил посохом о землю.

Тут же раздался свистящий душераздирающий крик. Разгоняя крыльями густой, жаркий австралийский воздух, в хижину влетела черная сипyха [12] . Сделав пару кругов над головами присутствующих, она спикировала на позолоченные вилы и уселась как раз между двух острых зубьев.

– Знакомься, – продолжил он, – это Аэлла [13] , теперь ты будешь все видеть ее глазами.

В знак приветствия птица гортанно застрекотала.