Петровна
Шрифт:
Миг — и окно схлопнулось. Паучья нога шлепнулась на траву, ее словно топором обрубили. Из места обруба хлынула черная вонючая жижа.
Петровна с Зинаидой отползли подальше. Маруська напротив, подскочила и начала закапывать ее мощными гребками задних лап.
Опасность миновала. Потирая ушибленный бок, Петровна огляделась по сторонам. Поле синей травы простиралось до самого горизонта. Справа темнела полоса леса. Такого же синего. И этот лес, с виду вполне мирный, вызывал почему-то очень неприятное
Валентину, в отличие от Петровны, больше заинтересовала Маруська.
— Нет, это не варивана, они неразумны, — произнесла она. — Это… это… я не знаю, что. Это же она сюда нас перенесла? — она перевела взгляд на Петровну.
Петровна пожала плечами.
— Ну да, наверное.
— И ты вот так просто об этом говоришь?
— А что?
— Как что? Это же новый вид магических существ! Ты представляешь, сколько всего она может дать нашему миру?
— А она хочет? — Петровне стало обидно за свою любимицу. — Это просто кошка. Ходит сама по себе.
— По мирам.
— Да какая разница.
— Зиночка, прогресс не должен стоять на месте. Ее нужно доставить в наш мир и тщательно изучить!
— Не нужно. Только если она сама захочет прийти, — Петровна мысленно вернулась в прошлое, в тот самый миг, когда Алмус вытащил ее из родного мира. Вспомнила темноту подвала, растерянность, неверие и обреченность, которые почувствовала, поняв, что домой ей больше не вернуться. — Меня вот тоже доставили в ваш мир, и это было совсем не здорово.
Валентина задумалась. А потом кивнула.
— Пожалуй, ты права.
Маруська, которая слушала их разговор с интересом, внезапно вскочила и подобралась, устремив взгляд в небо.
Петровна посмотрела туда же и вскрикнула — на них, словно самолет-истребитель, пикировала огромная синяя птица. Она была так близко, что Петровна поняла — спасенья нет.
Все произошло за несколько мгновений — крик, удар, хруст ломающихся костей… и тишина.
Петровна открыла глаза — и бросилась к Маруське.
— Что это? — с ужасом произнесла Валентина, глядя на мертвого монстра, прижатого к земле мощной кошачьей лапой.
Голова у птички оказалась зубастой — весь клюв по краю был усажен острыми белыми клыками. Из приоткрытой пасти свешивался длинный черный язык, похожий на змею. Глаза закатились и уже начали мутнеть.
Маруська, отфыркиваясь, пыталась счистить с морды налипшие синие перья.
Валентина хотела было что-то сказать, когда они услышали клекот и шум множества крыльев.
Они дружно посмотрели вверх. В небе показалась стая птиц. Даже не стая — характерные очертания напоминали осиный рой. И вся эта стремительная туча
— Мамочки, — воскликнула Валентина. — Марусенька, выведи нас отсюда!
Маруська снова чихнула. Посмотрела на нее задумчиво, еще раз понюхала поверженного противника, и, когда птицы были уже совсем близко, воздух наконец дрогнул, образовывая портал.
С той стороны портала доносился шум, перекрывающий даже птичьи крики. Звуки путались, не давая ничего разобрать, и оттого вызывали опасение. Разглядеть тоже ничего не удавалось.
Тем временем стая пошла в атаку, и это стало лучшим аргументом для выбора — все втроем бросились прочь из синего мира, надеясь, что новое пристанище окажется хоть чуточку дружелюбней.
Глава 7. Петровна и цирк с котами
На площади шумела ярмарка. В самом центре высился полосатый шатер с красным флажком на длинном шесте. “Цирк! Спешите в цирк, — кричали зазывалы в пестрых одеждах. — Последнее представление, котики для всех!”
Петровна с Валентиной переглянулись.
— Причем здесь котики? — озадаченно спросила Валентина.
— Может поговорка такая?
Даже Маруська выглядела удивленной.
Ответ обнаружился в двух шагах, на афише, украшающей рекламную тумбу: на большом листе был изображен щеголеватый господин в шляпе, в руках он держал двух странного вида существ. Ниже рвала взгляд алая надпись “Кошачий цирк господина По”.
— Странные какие-то котики, — произнесла Петровна.
Существа напоминали помесь крысы и поросенка.
— Да уж, — отозвалась Валентина. — Больше похожи на землеухов.
Маруська тоже скептически хмыкнула.
Народ тем временем валил в шатер семьями. То ли в этом мире коты были именно такими, то ли шли на экзотику, а может людям просто было скучно.
— Пойдем и мы глянем, — предложила Петровна.
— В начале посмотрим, чем там расплачиваются, — Валентина оказалась более практичной. — Местных денег у нас нет. Да и вообще никаких нет, — добавила она тише.
Вскоре толпа, в которую они влились, поднесла их ближе к шатру.
“Пять медяшек, господа! Всего пять медяшек!” — зычный голос, доносящийся от входа, перекрывал гомон толпы.
Петровна пошарила в карманах — пусто. Глянула на Валентину — та отрицательно покачала головой. Шансы попасть внутрь таяли с каждым шагом. Оставалось надеяться на удачу.
Стоящее перед ними семейство, ссыпав в протянутую ладонь контролера кучу мелких монет, шагнуло внутрь. Петровна и Валентина попытались к ним пристроиться, но проверяющий преградил им дорогу.
— Пять медяшек с человека, — заявил он, протягивая руку.