Чтение онлайн

Я ожидала увидеть всё, что угодно — пыточную комнату, загон с дикими зверьми, одиночную камеру, даже хозяина в компании с квитом, но только не это.

Уютно потрескивали дрова в камине. Пол в центре помещения устилал ковёр с мягким ворсом. Его краешек придавливала ножка стола, возле которого стояли два кресла. На столе — стопка книг, бутылка вина, кубок, чернильница, какие-то бумаги, флакончики, горстка камней и дюжина матовых шаров, вроде тех, что использовал для связи с сеньором Мигелем хозяин. Отдельно ото всех стоит мой флакон.

Часть помещения отгорожена ширмой с изображением летящего дракона.

Маг

указал мне на одно из кресел, и я покорно села, пододвинув его ближе к камину.

Возглас изумления вырвался при попытке погреть озябшие руки над огнём: он оказался иллюзией! Но в комнате было тепло. Как такое возможно?

— Тебе восемнадцать есть? — зачем-то уточнил Тьёрн.

Я ответила, что мне гораздо больше, уже двадцать.

— В таком случае, я не нарушаю правила Магической конвенции. Видишь ли, — волшебник смутился, — я тут одну вещь задумал, а без добровольца никак. Просто мне очень поговорить с одним человеком надо, а он умер.

Начало мне не понравилось. Но, с другой стороны, он не может меня убить — я не его собственность. Правда другого способа разрешения проблемы я не видела. В отличие от Тьёрна, который был хорошо осведомлён в некоторых вопросах для ученика мага. Впрочем, я понятия не имею, чему их там учат, да и большая часть обучения осталась позади.

Пока я размышляла, что со мной сделают, Тьёрн налил в кубок вина и смешал его с содержимым одного из флакончиков. Результат мне не понравился — хлопок и облачко зелёного дыма. Но маг не остановился на достигнутом, бросив в подозрительно бурлящую жидкость пару камней. Помешивая получившееся нечто тонкой серебряной ложечкой против часовой стрелки, он что-то неслышно приговаривал, периодически выводя над кубком различные символы.

— Выпей, — улыбаясь, Тьёрн протянул мне результат своего эксперимента. Теперь он не бурлил, выглядел вполне мирно, но по цвету напоминал кровь.

Разумеется, пить это я не собиралась, и маг недвусмысленно напомнил, чем мне это грозит:

— Либо ты выпьешь, либо я вдребезги разобью бутылочку и напишу виконту Тиадею, чем ты занималась в деревне. Да не бойся, Иалей, это не яд. Просто одна штука, которую я вычитал в книгах, — переводит тело в состояние транса. Твоё сознание ненадолго покинет этот мир, подлетев близко к Грани Безвременья, и ты сможешь услышать голоса умерших. Но я хотел бы провести над тобой один ритуал… Словом, чтобы ты на время частично пустила в себя чужое сознание. Не бойся, твоя душа никуда не денется — оно не вытеснит её, просто использует для разговора твой голос и, если потребуется, руки.

Выбора мне не оставили, пришлось выпить. На вкус жидкость оказалась отвратительной, с каким-то железным привкусом. Сознание на миг помутнело, комната поплыла перед глазами. Потом всё прошло, и, повинуясь магу, я прошла за ширму, где оказалась большая кристально чистая и идеально гладкая плита из неизвестного мне минерала. Тьёрн набросил на неё пару овечьих шкур и велел мне раздеться до нижнего белья. Сделать это оказалось уже непросто: снадобье начало действовать, погружая меня в странное состояние полусна.

Уложив меня, уже почти ни на что не реагирующую на шкуры, маг зажёг какие-то кристаллы, принёс со стола чернильницу, в которой оказалась тушь, и покрыл моё тело вязью каких-то символов.

Что

было дальше, я не помнила — потеряла связь с внешним миром.

Очнулась я оттого, что кто-то бил меня по щекам. В следующий миг я взвизгнула от боли.

— Уфф, реакция тела есть! — Тьёрн, бледный, в расстегнутой рубашке, с облегчением вздохнул. — Ну и напугала ты меня, торха! С кем ты там так жаждала поговорить в Безвременье? Я ведь не некромант, к тому же ещё ученик, удерживать на зыбкой границе Грани не умею. Так, изучил пару книжек по магии Смерти, провёл с десяток экспериментов на животных и парочку на хырах. Только ты, — шёпотом добавил он, — никому ни слова, что я тут делал. Вещь незаконная, без свидетельства я не могу никакие ритуалы на людях практиковать. Вот, держи свои капли!

Маг положил бутылочку с каплями рядом со мной.

— Одевайся, тушь отмывай (я тут миску с тёплой водой и тряпочку оставил) и приходи к столу.

На столе оказались всякие вкусности, которые я с удовольствием съела: после ритуала разыгрался зверский аппетит.

Тьёрн ухаживал за мной, отрезая то кусочек того, то кусочек этого, потом напоил успокаивающим отваром и помог подняться по лестнице обратно в библиотеку.

— Я в левом крыле замка, в башне живу. Третий лестничный пролёт, вторая дверь направо, — зачем-то шепнул на прощание маг и оставил меня одну посреди тёмного спящего замка.

Разумеется, наносить Тьёрну ночной визит я не собиралась. Свой долг за его молчание я отдала сполна, то, что он со мной проделал, — противозаконно.

Развлечься в компании молодого человека тоже не хотелось: я не испытывала к нему нежных чувств, а без них я рисковать бы не стала. Допустим, он симпатичный, приятный в общении, но не более. Да, мне понравилось целовать его, но это вовсе не повод окончить свои дни в страшных мучениях ради сомнительного удовольствия. К слову, хозяин целовался лучше, когда хотел, он мог быть очень нежным.

Мой норн вернулся на следующий день, довольный, пронизанный морозной свежестью и немного заросший. Похвастался своей добычей. Я изобразила улыбку, хотя вид несчастных зверушек в руках хыр был мне неприятен. Но мужчинам нравится охота. И трофеи свои они демонстрируют не просто так: стараются показать свою мужественность и силу.

А он ждал, что я приду в восторг. Могла ли я поступить иначе?

Хозяин пообещал мне одну из шкур — 'на воротник'. Я поблагодарила его низким поклоном, придержала стремя и буднично поинтересовалась, чего ему угодно. Норн промолчал, из чего я сделала вывод, что никаких особых указаний не последует. Почтительно пропустила всех охотников, ёжась от мороза (во двор я вышла без верхней одежды), а потом прошмыгнула на кухню, поторопить хыр с горячей водой.

Норна в его комнате не оказалось, хотя хлыст небрежно валялся на кровати рядом с курткой, меховыми перчатками и охотничьей шапкой. С оружием он, разумеется, обращался бережнее, ружьё на виду не оставлял, куда-то убирал. Может, в дядину оружейную? Короткий охотничий меч же был при нём.

Я аккуратно отряхнула от снега, развесила и разложила по местам разбросанные вещи, потом стряхнула с покрывала капли влаги и подтёрла мокрые следы на полу. Приготовила всё для умывания и ещё раз критическим взглядом осмотрела комнату: вроде, всё в порядке.