Чтение онлайн

— О чем думаешь? — Спрашивает тихо, чуть хрипло.

Я, наверное, слишком глубоко ухожу в свои мысли, потому что от одного только вопроса прикрываю глаза и сжимаю зубы, ощущая, как в груди что-то зажигается от этого глубокого голоса. Выдыхаю, не отрываясь от работы искреннее отвечаю:

— О том, чтобы отомстить вам.

— В каком смысле? — Не понимает мужчина и даже поворачивает голову ко мне.

Недовольно шиплю что-то неразборчивое, пальцами отворачиваю мешающий подбородок обратно.

— В том смысле, что вы долгое время пользовались своими способностями

и читали мои мысли без разрешения. Не считаете ли вы это подлым? — Отвечаю после небольшой паузы.

Солнце окончательно скрылось за горизонтом, наступили сумерки. В комнате царила приятная приглушенная темнота, чтобы работать, мне пришлось зажечь магический фонарь прямо над нами. Опускаюсь чуть ниже к плечу, чтобы нанести мазь на уже почти затянувшуюся рану.

— Тебя это обижает? — Спрашивает через некоторое время почему-то шёпотом.

— А вас бы не обижало? — Отвечаю вопросом на вопрос, не отрываясь от работы. Бинтом прикрываю рану, пальцами прохожусь по горячей коже, оборачиваю его вокруг плеча.

— Никогда не задумывался. — Отвечает несколько сухо, словно выбрасывает ругательство. — Что ты хочешь сказать? Что за месть?

— Вам не понравится. — Усмехаюсь горько. Понимаю, насколько же мне сложно об этом говорить.

— Месть не может нравится… Я слушаю.

Тяжёло вздыхаю. Заканчиваю с перевязкой, кладу всё лишнее на тумбочку. Проректор устало откидывается на подушки, но я ладонью показываю на то, что собираюсь сесть рядом. Отодвигается, присаживаюсь на край кровати. Однако, смелости поднять глаза не набираюсь и говорю, уже смотря на собственные пальцы:

— Я узнала, что целители умеют стирать память. Для этого есть специальное заклинание.

Молчание в ответ.

Гробовая тишина длится секунд десять, после чего, проректор тихо спрашивает:

— Ты хочешь стереть мне память?

— Нет. — Отвечаю моментально, поднимаю взгляд и смотрю прямо в изумрудные, уставшие глаза. Выдерживаю паузу, пытаясь успокоить бешено стучащееся сердце, а потом объясняю: — Я хочу сделать то, после чего нужно будет стереть память.

Кристофер слегка хмурится, из-за чего меж бровей появляется маленькая, упрямая складка. Он явно пытается понять, что в моей голове происходит, мельком смотрит на руку, проверяя на наличие кольца. И потом только поясняет:

— Я не совсем понимаю.

Криво усмехаюсь, переводя взгляд в сторону. Закусываю губу, судорожно пытаюсь привести мысли в порядок. Ненормальная идея, ненормальная ситуация, и я сама ненормальная! Пора уходить, чтобы я совсем дел не натворила.

— Не нужно понимать, Магистр Эшфорд. — Улыбаюсь всё также криво, большим пальцем крутя кольцо, словно желая его снять. — Я завтра принесу вам мазь, сами будете мазать на плечо. В перебинтовке оно больше не нуждается. Я, пожалуй, пойду.

И я только решила встать, как горячая ладонь с длинными, красивыми пальцами обхватывает мою кисть, не давая уйти. Роняю взгляд на сие недоразумение, вопросительно смотрю на проректора.

— Это вся твоя месть? — Спрашивает несколько недовольно.

— Её и не было… — Отвечаю как-то растерянно, глазами

рассматривая свой единственный путь к отступлению. Лезть через мужчину или кровать пока не хотелось.

— Я жду. — Говорит напряжённо.

Недоуменно перевожу взгляд на Кристофера.

— Чего вы ждёте? Чуда?

— Возможно. Зависит от того, что творится в твоей голове. — Отвечает куда мягче и добрее. Рука ослабляет хватку до того, что просто греет, а не сжимает. — Я сейчас не в силах следить за ходом твоих мыслей.

— Вас это расстраивает? — Фыркаю недовольно.

— Заинтересовывает. — Отвечает тихо и резко смотрит мне прямо в глаза.

Чёрт… Снова этот омут…

Время останавливается и больше ничего нет, кроме этих невероятных зелёных глаз и прикосновения горячих пальцев к моей почему-то очень чувствительной коже. Над нами всё также в темной комнате горит мой магический фонарь. Теперь свет приглушённый, не такой яркий, как при работе.

— Что ты задумала? — Спрашивает очень тихо, слегка прищурив глаза.

— Я… — Начинаю заторможено. Большой палец гладит моё запястье, и я совсем забываю обо всём. Поэтому ответ мой также тих и не уверен: — Забыла…

— Даже не знаю, радоваться мне, или грустить. — Улыбается по-доброму.

Огорченно пожимаю плечами, задумчиво щипаю свободной рукой нижнюю губу, думая о том, что же делать дальше.

— Ты собралась мне мстить. — Напоминает мягко. — Если сотрёшь память, то я не против. — И добавляет, усмехаясь: — Главное — в живых оставь.

Наверное, это была шутка и способ разрядить обстановку, но я расстроилась ещё больше. Почему он такой? Зачем он это делает? Зачем всё больше в себя…?

Поднимаю глаза на Кристофера и искренне отвечаю почему-то тихим голосом:

— А я не знаю, хочу ли стирать вам память, и стоит ли это делать…

Шумно выдыхает через нос, подтягивается, садится ровнее, но всё равно устало откидывается на подушки. И тихо шепчет, обращаясь явно не ко мне:

— Как странно…

— Что именно? — Спрашиваю также шёпотом, медленно садясь рядом, но смотря куда-то в одну точку на стене.

Чувствую внимательный взгляд на себе, но никак не реагирую, не мигая, продолжаю смотреть на стену. Проректор же поясняет:

— Мы так много говорим. Всё, что угодно. Но о самом важном почему-то молчим.

Я усмехаюсь, а потом искренне смеюсь:

— Вы что! Если люди научатся разговаривать, так это же жить станет в разы легче! А кому это нужно?

И меня сотрясает мелкий, кажется, истеричный смех. Магистр Эшфорд фыркает, отворачивается и молчит, выражая немое согласие. Я прикрываю улыбку пальцами, закрываю глаза, чувствуя в них влагу. Как много эмоций, им явно нужно выбраться наружу.

Однако в следующую секунду, мой смех резко прекращается, потому что проректор неожиданно подтягивается ко мне, и мягко, но уверенно убирает мою ладонь, скрывающую улыбку. Улыбка застывает на лице, но я сама коротко хихикаю по инерции, а потом удивлённо смотрю на мага, требуя объяснений. Он не отпускает моей руки, смотрит в глаза, опускается взглядом ко рту, и снова в глаза.