Чтение онлайн

– Подробно их изучать, – немедленно ответил король.

– И настолько подробно, что этот процесс опять растянется на год, а то и больше? Знаете, что я вам скажу, с вашего позволения? Вы просто обманываете всех, ваше величество. Вы делаете вид, будто изо всех сил заботитесь о благе короны, подыскивая идеальную королеву, притворяетесь, будто лично вам совершенно безразлично, кто ею окажется, выражаете готовность жениться исключительно из чувства долга… А на самом деле вы просто тянете время, и ждете. Тянете, потому что вас приводит в ужас мысль о том, что в вашем дворце будет хозяйничать какая-то чужая женщина, перед которой вы будете иметь определенные обязательства. А ждете вы большой и счастливой любви, о которой мечтает каждый человек на земле и которая, как

вы надеетесь, сделает ваш брак не таким невыносимым кошмаром, каким он кажется всем закоренелым холостякам вроде вас. А она все не приходит и не приходит. Что ж вы молчите, ваше величество? Я прав?

– Я слушаю, – тихо ответил король, не возражая, но и не высказывая согласия.

– И не хотите мне сказать, почему у вас ничего не получается?

– Полагаю, вы знаете лучше.

– А сами-то вы знаете?

– Я… сомневаюсь.

– Что ж, тогда я вам скажу. Ваши уверения, будто вы не способны любить, такой же обман, как и все остальное. Напротив, вы необычайно влюбчивы для человека, столь сдержанного во всем остальном. Возможно, никто кроме меня этого не знает, но мне-то известно, каким ударом для вас было известие, что прекрасная Мальвина – мистралийская шпионка, и ее интерес к вам продиктован исключительно корыстными побуждениями. И на виселицу вы ее отправили по большому счету не за шпионаж, а за ваши обманутые чувства. Также я прекрасно знаю, что за несколько дет до того вы долго и безмолвно были влюблены в вашу тетушку, королеву Роану, и этого опять-таки никто кроме меня не знал, даже она сама. Ну, о последней вашей любви я не буду упоминать подробно, поскольку это до сих пор причиняет вам боль. Так вот, несколько раз несчастливо влюбившись, вы стали бояться. И не получается у вас ничего потому, что вы сами не позволяете развиться зарождающемуся чувству. Стоит вам ощутить малейшее шевеление в душе, как вам становится страшно, и вы торопитесь погасить эту искру, пока она не разгорелась. Вот что вам мешает, ваше величество. Ваш страх, которого вы, по вашим уверениям, не ведаете. Я не прав?

– Скажите, мэтр, – отозвался король, не поднимая глаз. – Вы читаете мои мысли без спросу? Или откуда вы все знаете?

– Ваше величество, – грустно улыбнулся старый волшебник. – Я воспитывал вас с момента вашего появления на свет, и мне вовсе не нужно читать ваши мысли, чтобы понять, что вы чувствуете и о чем вы думаете. Когда у вас будут свои дети, вы сами это поймете… если, конечно, будете уделять им побольше внимания, чем уделял вам ваш покойный отец.

Король вздохнул и вдруг сказал:

– Мэтр, а вы верите, что он действительно сошел с ума?

– Я не имел возможности его обследовать, – пожал плечами мэтр Истран. – Но его поступок говорит сам за себя. А у вас есть сомнения?

– Не знаю… Но иногда мне кажется, что он сделал это не просто так. Что у него была какая-то причина. Вы знаете что-нибудь о проклятии, о котором ходят столь упорные слухи?

– Если бы я что-то знал, я бы не допустил, чтобы страной правил проклятый король.

– Но догадываетесь?

– Подозреваю. Но повторяю, я ничего об этом не знаю.

– Вы поделитесь со мной своими подозрениями?

– Они не настолько конкретны, чтобы их можно было вразумительно изложить… Но если хотите… Неладно что-то в нашей семье. Ваш отец и вы – оба родились с заметными отклонениями, причем если вы в конце концов научились смеяться и плакать, любить и страдать, то ваш отец так этому и не научился. Кроме того, если вы заметили, династия стала вымирать. Сначала умирали женщины – ваша бабушка, ваша мать, первая жена вашего дяди… две жены принца Деимара умерли от родов, причем оба ребенка не выжили. Потом ваш отец… дедушку можно пропустить, он был уже стар и вполне возможно, умер естественной смертью. А дети в семье не рождались. Вы, наверное, знаете, что Деимар отказался жениться в третий раз, причем отказался решительно и наотрез, непочтительно заявив отцу, что он задолбался хоронить жен и что если батюшке нужны еще наследники, пусть женится сам. Также вы, наверное, знаете, что Интар не мог иметь детей по причине хронического

заболевания, да и с потенцией у него были большие проблемы. А когда он, наконец, вылечился и собрался жениться, произошел известный вам случай, чуть не уничтоживший династию одним махом. И заметьте, из всей семьи остались в живых только принц-бастард Элмар и вы. Мафея я не считаю, он не принадлежит к династии и его, как мне кажется, все это просто не касается. По моему разумению, только вы двое смогли сопротивляться проклятию – или судьбе, если на самом деле проклятия нет. Элмара хранит волшебная любовь нимфы, а что хранит вас… Я не знаю, но, видимо, что-то особо сильное, раз вы выжили, даже приняв такую дозу яда, которой угостил вас отец.

– Или я сам и являюсь носителем проклятия, – добавил король. – Я и мой отец. Потому он и хотел избавить семью от себя и от меня. Ведь не зря же после того переворота поползли слухи, что все произошедшее – моих рук дело, и что я таким образом освободил себе трон. Если бы орден не успел во всеуслышание объявить о захвате власти, если бы я вошел во дворец раньше них, я бы до сих пор не отмылся от этих вздорных обвинений. Но мне до сих пор кажется, что это произошло не просто так. Это было предрешено, я должен был получить корону не вопреки проклятию, а согласно ему. А Элмар выжил лишь потому, что стоял в списке позади меня.

– Это только ваши подозрения, которые невозможно ни доказать, ни опровергнуть. Так же как и само существование проклятия. На самом деле все может быть как раз наоборот.

– А можно это как-то узнать?

– Если бы это было можно, я бы узнал. Если вы сомневаетесь в своем праве на корону, то уверяю вас, даже с каким угодно проклятием вы несравненно лучший правитель, чем принц-бастард Элмар.

– У меня есть еще одно подозрение, – король, наконец, поднял глаза и посмотрел на своего придворного мага в упор. – Я действительно проклят, и вы это прекрасно знаете, но молчите именно потому, что я управляю страной лучше, чем это бы делал Элмар. Или же для избавления династии от проклятия меня надо убить, а это противоречит вашим моральным принципам. И просто по-человечески, вы любите всех своих воспитанников, какими бы они ни были.

– Нет, – покачал головой мэтр Истран. – Я ничего не знаю. Если бы я знал что-то подобное, я бы принял меры заранее, и вы бы просто не попали в список наследников, исчерпав этим всю проблему. Хотя, конечно, король Элмар первый был бы для нас с вами большой проблемой. Нам бы фактически пришлось править от его имени. Если бы он начал руководствоваться рыцарским кодексом чести в международной политике, он бы очень скоро остался без королевства. Но вы увели разговор в сторону, вам не кажется? Давайте оставим наши бесполезные теоретические рассуждения и вернемся к более насущному вопросу о вашей женитьбе.

– Я не нарочно, – снова опустил глаза его величество. – Просто к слову пришлось. А что же мне теперь делать?

– Перестать бояться. Даже если вам не ответят взаимностью, ничего страшного в этом нет. Хотя я не понимаю, почему вы так уверены, что именно так и случится. В мире достаточно женщин, способных оценить вас по достоинству. Смею напомнить, что доблестные соратницы Элмара чуть не подрались у дверей вашей спальни. А сейчас там находится еще одно живое подтверждение моих слов. И должен вам сказать, что эту девушку вы самым глупейшим образом прозевали.

– Прозевал, – согласился король. – Как последний лопух. Хотя, может это и к лучшему. Могу себе представить, какая бы из нее вышла королева.

– Согласен, вряд ли бы из этого вышло что-либо полезное для блага государства, но лично для вас – несомненно.

– Мне кто-то это уже говорил, – чуть улыбнулся король.

– Скорей всего, это вам говорил Жак.

– Действительно, именно он и говорил… А откуда вы знаете?

– Догадываюсь. С кем бы вы еще стали разговаривать на подобные темы? А ваш шкодливый шут… На мой взгляд, он заменяет вам честность, совесть и решимость, когда у вас не хватает собственных. Он говорит вам то, что вы сами себе не решаетесь сказать. За это вы его и любите, и поэтому в нем столь нуждаетесь.