Шрифт:
1
А может, я и не люблю его совсем?
Это была первая мысль, посетившая Бекки Блейс, когда она проснулась утром в доме своей тетки Кэт. Вернее, в стоящем в глубине сада флигеле, который давным-давно превратился в художественную мастерскую.
Думала Бекки о своем женихе, Джилле Хорнби, с которым вот уже месяц как была помолвлена. На конец августа они запланировали свадьбу, хотя и без того жили вместе. Последние месяца два Бекки пребывала в эйфории, что отражалось во всем, начиная от внешности и заканчивая походкой. Бекки не ходила, а словно летала.
Сейчас только начался июнь, приготовления к свадьбе они с Джиллом отложили до середины июля... но неожиданно возникли сомнения, состоится ли бракосочетание вообще.
Виной тому был Джилл. Хотя сам он наверняка сказал бы, что виновата Бекки. Так часто случается, верно? У каждого обычно есть собственная версия размолвки, в противном случае примирение наверняка происходило бы быстрее.
Что касается Бекки, то она не сомневалась в своей правоте. К ее величайшему сожалению. Джилл вдруг открылся с такой стороны, о которой она даже не подозревала. Реакция Бекки последовала незамедлительно, и в результате возник этот ужасный вопрос — а может, никакой любви и нет?
Что, если я просто придумала свои чувства к Джиллу? — размышляла Бекки, поднимаясь с постели, накидывая халат и приближаясь к окну, из которого открывался вид на сад. Впрочем, иного и быть не могло, так как флигель со всех сторон окружали плодовые деревья. Неужели вся наша любовь существует лишь в моем воображении? Но тогда Джилл не предложил бы мне стать его женой. Значит, любит? А я? Я люблю его? Или мне просто нравится заниматься с ним любовью?
Бекки вздохнула. Как разобраться в себе самой? Что в отношениях с Джиллом настоящее, а что плод воображения? Может быть, она просто принимает желаемое за действительное?
С другой стороны, нет никаких сомнений, что она неравнодушна к Джиллу. Он привлекательный, сильный, стройный, широк в плечах, узок в талии — словом, обладает всеми достоинствами, которые положено иметь молодому мужчине. Вдобавок не беден, так как у него есть в Лондоне собственный супермаркет.
Последнее обстоятельство многие женщины наверняка сочли бы превалирующим над всем остальным. Для Бекки же оно не имело ключевого значения, потому что в течение нескольких последних лет она содержала себя сама, зарабатывать умела и могла сделать это в любой момент. Так что для нее гораздо важнее были душевные качества Джилла, чем его деньги. Он умный, добрый, обладает тонким вкусом, хотя, конечно, не так хорошо разбирается в живописи, как Бекки. Тем не менее, с ним даже порой можно обсудить некоторые модные течения в этой области.
И все же...
С губ Бекки вновь слетел вздох. Она отдавала себе отчет, что Джилл по сей день остается для нее загадкой. Ведь познакомились они не далее как в марте, то есть всего три месяца назад.
Но для того и помолвка, чтобы жених и невеста окончательно разобрались в себе и своих отношениях...
— Бекки! — донеслось из прихожей, — Ты где?
Тетушка Кэт. Наверняка пришла звать завтракать. Кстати, а который час?
Хм, а где часы? Разве они не должны лежать на тумбочке, рядом с мобильным телефоном?
Ой,
Скользнув взглядом по пустой поверхности тумбочки, Бекки взяла с кресла свою сумочку и принялась поспешно шарить в ней. Через минуту бросила обратно.
М-да, звонка Джилла можно не ждать. Телефон остался в Найтинг-Гроув, а здешнего номера Джилл не знает. Или все-таки знает? Нет, вряд ли...
— Бек-ки!
— Я здесь, в спальне!
Через минуту тетушка появилась на пороге.
— Доброе утро, дорогая. До сих пор спишь? И то сказать, устала с дороги... Но подкрепиться все же не помешает, давно пора. Вчера вечером ты почти ничего не ела...
— Который час, тетя? — спросила Бекки, невольно улыбнувшись.
Одним своим добродушным видом тетушка Кэт создавала ощущение домашнего уюта.
— Половина десятого! Я давно завтрак приготовила, на стол накрыла, жду-жду, а ты все не идешь. Вот и решила тебя проведать, хорошо хоть не разбудила...
— Нет-нет, — качнула Бекки головой. — Я уже с четверть часа как встала. Правда еще не умывалась.
— Тогда не буду мешать. Приводи себя в порядок и приходи. — Тетушка Кэт испытующе взглянула на Бекки. — Не забудешь? Потому что я успела проголодаться. Ведь без тебя за стол не сажусь!
В карих глазах Бекки промелькнуло удивление.
— Как же я забуду?
— А так. Вижу, тебя какие-то мысли одолевают. Небось неспроста приехала?
Бекки вздохнула. Напустить тумана тетушке Кэт было невозможно. Да и незачем. Она единственный близкий человек. Хотя до вчерашнего дня самым близким Бекки считала Джилла, но сейчас у нее возникли большие сомнения на этот счет.
— Поговорим об этом за завтраком, ладно?
Тетушка Кэт склонила голову к плечу.
— Вообще-то посторонние разговоры препятствуют нормальному усвоению пищи, но, так и быть, поболтаем.
Бекки подавила улыбку. Всю жизнь проведя здесь, в деревне Барнсмур, и проработав фельдшером в маленькой местной больнице, тетушка Кэт частенько отпускала замечания на медицинскую тему, при этом пересыпая свою речь медицинскими же терминами.
— Ладно, умывайся, не буду тебе мешать. Но не задерживайся!
— Через десять минут прибегу, — пообещала Бекки. Затем порывисто шагнула к тетке, обняла и прижалась к лицу щекой. — Ох, я даже не знала, что настолько соскучилась по тебе!
Тетушка Кэт похлопала ее по руке.
— Я тоже рада видеть тебя, детка. Ну, поторопись, там кофе остывает...
Проводив тетушку до двери, Бекки отправилась в ванную. Вид некоторых мелочей, привезенных в прошлый приезд и лежащих на том самом месте, где они были оставлены, привел ее в умиление. Дом, милый дом — иначе не скажешь!