Чтение онлайн

Дом бывшей медсестры Эдуард отыскал без труда. Девушка удивилась неожиданному визиту гостя, но все же, любезно пригласила мужчину в комнату. Светка с волнением выслушала все то, что ей рассказал сосед тети Шуры. На нее опять нахлынули воспоминания о прошлом: Александра Николаевна, ее брат, встреча с Оксаной, странные фотографии…

— Как здоровье у тети Шуры?

— Ну как, — ответил Вологодский. — Болеет, конечно, годы ведь уже не те. Да вы и сами все понимаете. Но старушка крепится еще. И вас частенько вспоминает.

— Прекрасно.

— Вы знаете, мне как-то даже и неудобно претендовать на ее жилплощадь. Ну какое я имею

на это право? — сказала девушка.

— Это, честно говоря, не мое дело. Но, раз Александра Николаевна так решила, то вам нет смысла отказываться. Тем более, она вас сильно уважает. А сейчас даже скучает, передает привет и ждет в гости.

Светка в ответ разулыбалась:

— Скажите тете Шуре, что я тоже ее не забыла. И в ближайшее время обязательно к ней приеду. Там и поговорим насчет дарственной. А вам, спасибо, что вы потратили свое личное время и из-за меня приехали в такую даль.

— Если быть до конца честным, это не совсем так, — возразил журналист. — Я заглянул в Привольное еще и по своим делам. Собираю материал для новой статьи. Говорят, у вас в селе живет гадалка или ясновидящая… Вы случайно ничего не слышали о ней?

Девушка в душе разулыбалась. Значит, верно говорила Августина, что к тете Груне обращаются за помощью люди разных профессий и сословий. Да еще, причем и из города, нередко, наведываются. Но Светка ведь не станет выспрашивать у мужчины, зачем он ищет встречу с Аграфеной Абрамовной? Это будет совсем некрасиво с ее стороны. Да и рассказывать гостю о том, что она сама недавно пользовалась услугами ведуньи тоже не хотелось.

— Насколько я знаю в Привольном нет жителей, занимающихся подобными делами. А в соседней деревне живет одна такая старушка. Тетя Груня ее зовут. По-моему, она и есть тот человек, кто вас может заинтересовать. Попробуйте обратиться к ней. Ее дом в деревне знает каждый. И любой человек вам правильно укажет дорогу.

Журналист, поблагодарив девушку за теплый прием, попрощался с ней и вышел на улицу. Погода была уже достаточно холодная. Вовсю чувствовалось приближение зимы. И поэтому сильно-то не разгуляешься. Но Эдуарду это не могло помешать. Ему хотелось еще поговорить с кем-нибудь из местных жителей, особенно со старожилами. Для этого Вологодский решил задержаться в Привольном, хотя бы на одну ночь. Вот только где бы переночевать? Гостиницы в этом населенном пункте, скорее всего, нет. Но ведь кто-нибудь из местных жителей должен же сдавать комнаты?

Пока не решив, куда именно идти дальше, журналист открыл дверь первого попавшегося на его пути небольшого магазинчика и вошел внутрь. Как и подобает любому человеку, попавшему в незнакомое помещение, Эдуард окинул взглядом представший перед ним маленький торговый зал. Мужчина еще точно не знал, где ему удастся найти ночлег. Но, в любом случае, кое-что из продуктов: хлеб, тушенку, пакетированный кофе — прикупить все же нужно.

В магазине, кроме Эдуарда, не было покупателей. Лишь продавец, молодой человек лет двадцати пяти, скорее всего, владелец торговой точки, о чем-то негромко, но очень эмоционально разговаривающий через прилавок с каким-то парнем. Они были настолько увлечены беседой, что на покупателя не обращали никакого внимания.

Журналисту торопиться было некуда, и он решил подождать, пока продавец освободится. А чтобы себя хоть как-нибудь занять, Эдуард стал рассматривать расставленный товар на витринах. «Ассортимент для сельской местности хороший, —

отметил про себя гость из Семипалатинска. — И цены приемлемые. А чему тут удивляться? Хозяин все это привозит из города, с базара. Оптом отоваривается».

Размышления горожанина прервал диалог, доносившийся со стороны молодых людей. Вологодский никогда не любил подслушивать чужие разговоры, даже по долгу службы. Он приравнивал это к чтению чьих-либо личных писем. Но в данный момент Эдуард невольно улавливал отрывки разговора двух друзей. А то, что они знакомы, это можно было понять по их общению друг с другом.

Как и, наверное, положено в соответствующей атмосфере двое молодых людей говорили о купле-продаже. Кто из них был инициатором сделки, горожанин так и не понял. Но продавец, судя по всему, владел ситуацией и в чем-то сильно убеждал своего собеседника. Какое-то смешное имя у него было. А точнее, кличка — Шрек. И этот «герой американского мультика» пытался продать какое-то колечко, которые он взял у какой-то, хотелось бы верить, что у своей, бабки. И теперь, речь шла о цене.

— Я даю тебе задаток, как и договаривались. Пока вот, тридцать тысяч тенге, остальные, когда принесешь товар. Учти, я ведь его еще не видел. А вдруг, он не стоит того? — старательно убеждал Шрека продавец.

— Э, братан. Только ты не разводи меня, как лоха. Если бы колечко не стоило тех копеек, что я зарядил, то ты бы и не суетился, в натуре, — занервничал парень. Глядя на него Вологодский подумал, что на таких молодых людей милиция, в первую очередь, обращает внимание. Уж чем-то он не внушал доверия журналисту, хоть и видел он Шрека впервые. А тот продолжал. — А вдруг, оно стоит дороже, и я пролетаю?

— Не суетись, — спохватился продавец. — Сделка состоялась. Бери бабки и завтра в это же время я тебя жду с перстнем…

Журналист обрадовался уходу Шрека. Наконец-то, продавец освободился. Где-то в подсознании у Эдуарда отложилось, что сегодня парень не продал кольцо или перстень… И принесет его завтра… Но зачем это Вологодскому? Мало ли кто, что сейчас продает? У людей нет денег, особенно в сельской местности, и они частенько меняют на продукты или товар свои личные вещи. Натуральный обмен, так сказать. И ничего в этом нет плохого. Если бы не одно «но»…

«Этот балбес, скорее всего тащит из дома все, что плохо лежит. И пропивает. А что, если он добрался до заначки своей бабушки и позарился на ее драгоценности? Да, дела. Ну тут уж ничего не поделаешь», — задумался журналист.

— Что вам угодно? — услышал Эдуард голос из-за прилавка.

Горожанин купил все, что считал необходимым и поинтересовался у молодого человека насчет комнаты на ночь.

— А-а, да это без проблем. У нас, недалеко от Дома культуры, бабульки торгуют всякой мелочевкой. — Продавец говорил это журналисту с таким видом, как будто сам торговал телевизорами или холодильниками, — вот у них и поспрашивайте. Они обязательно помогут.

Эдуард вышел из магазина и совсем скоро, действительно, оказался около Дома культуры. Если бы на этом здании не было соответствующей надписи, гость из города сразу бы и не догадался о его предназначении. В Семипалатинске, например, в подобных сооружениях открывают автомойки или шиномонтаж. А на вторых этажах — сауну, гостиницу и тому подобное. Но, тем не менее, перед журналистом был все-таки сельский Дом культуры. И Вологодский остался доволен, что ему не пришлось тратить время на его поиски.