Перстень Агируса
Шрифт:
— Как все запутано с этими вирусами, — покачала головой моя подруга, — то он оживляет, то нет, то создает мамбулов, а то агирусов! Поди разберись кто и сколько может пролежать мертвым и что из этого выйдет...
— А что ты удивляешься, Эми, — профессор ухмыльнулся, — ведь даже предсказуемый и изученный вирус бешенства, продолжает загадывать загадки. Ну, например: люди легко заражаются бешенством от лисиц, собак, летучих мышей, барсуков и так далее. Однако, если человека укусит больной бешенством человек, то ничего плохого не произойдет. Не странно ли? Ведь обычно легче всего инфекция передается между представителями
Марк пришел на помощь своему дяде:
— Наука о вирусах сложна, но шаг за шагом люди постигают ее. Вирус — это удобный инструмент для внутриклеточных операций. Пока что нам известно совсем мало, но я убежден, что в будущем вирусы «поступят на службу» и помогут сделать любого человека здоровым и очень долгоживущим. Видимо, это станет возможным не ранее, чем сами люди сделаются ответственными и достойными того, чтобы в их руках оказался столь мощный инструмент, как прирученные вирусы.
Дик поднялся со своего места, сдержанно потягиваясь, чтобы размять мышцы после долгого сидения, и спросил:
— У вашего вируса есть имя?
— В работе мы используем название «GP virus». Если хочешь, можешь дать ему имя, какое пожелаешь, — улыбнулся Марк.
— Отлично, у меня есть идея. Что если назвать вирус Бифакс (Beefax)? Смотрите, Bifax на латыни означает «двуликий», что соответствует сути нашего мелкого героя, который может быть как спасительным, так и губительным. Если часть «bi-» заменить на похожее по звучанию английское «bee» (пчела), то получаем англо-латинское имя вируса. Пчелу вставляем, потому, что Серебряный Старец придал ей особо-важное значение. Итак, получаем — Beefax — двуликий пчелиный вирус.
— Быть по сему, Дикки, — восхищенно проговорил профессор, — Beefax, гениально! Давайте назовем агирусную мутацию нашего превосходного вируса — Beefaxvirus A, вампирскую — Beefaxvirus V, а мамбулскую, соответственно, — Beefaxvirus M.
Профессор забормотал под нос:
— Да будет назван! … Да будет назван!, — и побежал к доске, приговаривая и записывая мелом что-то непонятное:
— Итак, первая группа, двухцепочечная ДНК, — почти любовно напевал ученый энтузиаст, — вуаля!, — и он картинно указал на запись взмахом руки. Там красовалась визитная карточка наногероя:
Group I (dsDNA)
Order: Beefaxvirales
Family: Beefaxviridae
Genus: Beefaxvirus
Species: Beefaxvirus A, Beefaxvirus V, Beefaxvirus C
— Портрет с электронного микроскопа прилагается, — сказал профессор и вывел на экран черно-белое изображение. На сером фоне мы увидели что-то похожее на ровненькое белое зубчатое колесо, внутри которого светился будто бы восьмилепестковый цветок, а в самом центре находился черный круг — там скрывался геном вируса.
— Спасибо, Дикки, за идею, — резюмировал профессор.
Ричард смутился и ни с того, ни с сего спросил:
— Я так и не понял, почему вампира можно убить деревянным колом, а не металлическим? Не вижу в этом логики.
— Логика есть, — ответил Марк, — когда речь идет об убийстве вампира необработанным деревянным колом, то ключевое слово здесь — необработанный,
Глава 30. Дневник Мэри Тэтчер
Вчетвером мы отправились в Грейхолл. Марк решил забрать у меня вакцину и отвезти ее в штаб. А мы с Эми и Диком получили задание приготовить следующую партию этого препарата — для чего потребуется полтора суток.
Наш ягуар миновал ворота поместья, проехал по лесной дороге и только успел повернуть налево, как мы повстречали первого мамбула. Это был молодой парень в джинсах и клетчатой рубашке, разорванной во многих местах и превратившейся в лохмотья. Сквозь дыры было видно, что на груди и спине поработали чьи-то зубы — с багровых ран свисали лоскуты бледной кожи.
Этот парень был искусан мамбулом и превратился в настолько отвратительное и страшное существо, что жалость к нему могло вызвать лишь усилие рассудка, а не веление сердца. Да и то, если обдумать и понять, что чудовище — это бывший человек, ставший жертвой не по своей воле. Но такие мысли не приходят людям в голову при встрече с подобной тварью — их охватывает панический и суеверный ужас.
Марк вел машину медленно, следя за обстановкой на дороге и поэтому я имела возможность рассмотреть мамбула в подробностях. Страх и омерзение должны были заставить меня отвернуться, но этого не происходило — я, словно загипнотизированная, смотрела на мамбула, испытывая отвращение и легкие позывы тошноты, но все же, одновременно с этим, мой взгляд неизъяснимо притягивался, словно приклеивался к ужасному существу — отведя взор, я снова и снова возвращала его на жуткий объект. Никогда в жизни я не видела ничего более отталкивающего, однако продолжала смотреть.
Когда машина оказалась на расстоянии нескольким метров от мертвеца, он заметил нас и двинулся наперерез. Марк повернул руль, чтобы объехать его, но мамбул снова шагнул в нашу сторону. Мой парень резко затормозил и остановился.
— Заблокируйте двери и закройте окна, — велел он своим пассажирам и вышел из машины, не обращая внимания на возмущенный взгляд Дика.
— Не собираюсь я в укрытии отсиживаться!, — сказал Дик и приказав нам, в свою очередь:
— Запритесь хорошенько, девушки, — покинул автомобиль вслед за Марком.
Мамбул остановился и стал осматриваться. Дик направился было в его сторону, но споткнулся из-за валявшегося на дороге мотка колючей проволоки — и этим привлек к себе внимание мертвеца. Я открыла окно и закричала:
— Осторожно, Дикки, мамбул пошел на тебя!
В этот момент мертвец остановился и посмотрел в мою сторону. И хотя я находилась внутри автомобиля, тело мое застыло от страха, когда мутные глаза мамбула уставились на мое лицо.
Дальше все произошло очень быстро. Марк шагнул навстречу мертвецу, вытащил пистолет и крикнул, обращаясь к Дику: