Шрифт:
Всем молодым, кто еще ищет себя.
Будьте уверены: вы прекрасные люди.
Однажды ваша исключительность станет вашей силой.
Копирование, тиражирование и распространение материалов, содержащихся в книге, допускается только с письменного разрешения правообладателей.
Persona 1 © Hachette Livre, 2023
Published by arrangement with Lester Literary Agency & Associates
Пролог
На
В атмосфере полудремы и лености смешалось все необходимое, чтобы Фаос казался легкой жертвой изнеженной праздности. Летом в городе редко было оживленно, но в этом году празднования Люцернария [1] совпадали со свадьбой принцессы Элоизы.
Горожане старались сделать каждый уголок города еще более сияющим, чем всегда. День праздника приближался очень быстро, и нужно было успеть подготовиться! С наступлением ночи Фаос должен был зажечься огнями, которые сияли бы до самого утра.
1
Праздник Света, отмечаемый в Фаосе в день летнего солнцестояния. – Примеч. авт.
Всеобщее воодушевление было Пакс по душе. Теперь десятилетней девчушке было гораздо легче таиться в переулках, скользить в тени людей или зачарованно наблюдать за приготовлениями. Ее товарищи по Восточному Оффицию [2] непрестанно и во всех подробностях рассказывали о том, как Люцернарий проходил в прошлые годы.
Люцернарий был любимым праздником жителей Фаоса. В вечер солнцестояния, самого длинного дня в году, люди танцевали на улицах, украшенных свечами, вымпелами и гирляндами из стеклышек, пели и пили. С наступлением ночи они зажигали и выпускали в небо фонарики, порождая вечный свет в мечтаниях людей. Так они благодарили Свет за жизнь, которую он принес в Люкс, праздновали наступление нового года и готовились к грядущим темным дням.
2
От лат. Officium divinum, обозначавшего богослужение суточного цикла, термин из литургики. – Примеч. пер.
Рассказы о празднике пробуждали воображение малышки Пакс. Она не была уроженкой Серебряного королевства, столицей которого являлся Фаос, и потому еще не знала местных обычаев и традиций. С тех пор, как Пакс услышала о Люцернарии, в ее снах поселились фонарики и она начала отсчитывать ночи до праздника.
Главная улица Фаоса, Виа Публика, была вымощена большими белыми камнями, которые, несмотря на разрозненную форму, прекрасно прилегали друг к другу. Проходы венчали круглые арки; стоявшие в их тени белые мраморные статуи благосклонно наблюдали за тем, как торговцы зазывают покупателей. У Пакс текли слюнки при виде горшочков с янтарным медом или булочек с карамелью. Кошелек, наполненный Блестками [3] , она оставила у себя в комнате из страха потерять его во время прогулки
3
Самая мелкая монета Фаоса. – Примеч. пер.
Андреа часто просил ее лазать осторожнее… Пакс не спеша прогуливалась, когда вдруг заметила резкое движение в ее сторону, и очутилась лицом к лицу с маленькой девочкой примерно одного с ней возраста. Девчонка была одета в белую тунику, а к ее пучку был приколот оранжевый платок. Она протягивала Пакс веточку с необычным плодом. Пакс решила рассмотреть его: плод напоминал желтый мясистый шар в форме сердца, заключенный в клетку из сухой кожуры.
Увидев, что Пакс молчит, девочка ободрительно пояснила:
– Это физалис!
– Фи… физа… что? – переспросила Пакс.
– Его еще называют «солнцем в клетке». Я вчера нарвала и теперь предлагаю всем, кто проходит мимо. Возьми, он принесет тебе удачу в день Люцернария.
Взмахом руки девочка указала на ведро, наполненное ветками с фонариками-физалисами.
Пакс, хоть и тронутая вниманием, все же пожала плечами и скорчила рожицу:
– Извини, никак не могу таскаться с твоей веткой. Меня в другом месте ждут.
Быстрая скомканная речь и легкий акцент заставили торговку присмотреться к Пакс и ее наряду. Пакс носила старую тогу, которая была ей мала и даже не доходила до колен. Совершенно неприемлемый наряд для маленькой девочки! Она носила поношенные сандалии с ремешками, длины которых уже не хватало, чтобы как следует обвязать их вокруг ног. На их бледной коже выделялись старые шрамы, свидетели неловкости Пакс.
Девчонка сразу нахмурилась:
– Ты что же, странница?
– Нет, я живу в Фаосе уже несколько месяцев, – ответила Пакс.
– Очень непохоже, я ни разу не встречала тебя в этом квартале, хотя всех здесь знаю. И ты совсем не похожа на девочку с вилл. Твои родители живут где-то поблизости? – спросила она.
– У меня нет родителей, – ответила Пакс.
Девочка укреплялась в своих подозрениях.
– У тебя же нет Дара?
– Дара? У меня? – неловко засмеялась Пакс. – Вовсе нет!
Нельзя сказать, что она соврала… Маленькая торговка физалисом тут же одобрительно улыбнулась Пакс.
– Благословенный Свет! Мама велит мне быть внимательной и держаться подальше от детей с Даром. Знаешь, они такие опасные! Их потому и держат в Оффициях! Иногда им разрешают выходить в город… Будь осторожна!
Пакс стиснула зубы, но в общей суматохе никто не заметил этого.
– Там, откуда ты приехала, считают так же? – спросила девочка с физалисом.
– Думаю, так считают везде… – лаконично пожала плечами Пакс и попыталась скрыться. – До встречи, продающая солнце! Как говорится, Lucem afferre! [4]
4
Латинское выражение, которое можно перевести как «Пусть Свет направляет вас». – Примеч. авт.
Пакс быстро ускользнула, подпрыгивая и ловко уворачиваясь от тележек на Виа Публика. С них выгружали огромные, больше Пакс, амфоры с вином, а на скамейках сидели женщины в паллах [5] , нарезая оливковые и самшитовые ветви для плетения корзин и обсуждая происходящее.
Пакс свернула в ближайший проулок, где вдали от посторонних глаз сняла сандалии, привязала их к веревочному поясу и стала взбираться вверх по выступам в старой стене. Так ей проще всего было понять, где она оказалась.
5
Традиционные накидки. – Примеч. авт.