Перевозчик
Шрифт:
— Я только за, — сказал Петя.
— И вниз прям ножками пойдёте? — усмехнулась Алиса.
— Да, — сказал я, — сейчас, при свете дня, левитировать точно не стоит.
— А мы что? — спросила Алиса.
— Сидите внутри, но будьте наготове, — сказал я, — мало ли что? Вдруг ваша помощь понадобится.
— Не очень мне хочется сидеть в кармане, пока вы здесь снаружи чёрт-те чем занимаетесь, — сказала Алиса нахмурившись.
— Все сидят, и ты сиди! — сказал я, — отдохни! Ты же много работала в последнее время.
— А-а-а-а-а! — раздражённо отмахнулась
Петя проводил всех в карман, и снаружи остались только мы вдвоём.
Мы подошли к окну и некоторое время наблюдали оттуда за улицей.
— М-да! — усмехнулся Петя, — сходили в Перово! В такой замес попали!
— Могли и не попадать, — сказал я, — это был наш осознанный выбор.
— Да нет, я не жалуюсь. Просто странно всё получается. Очень плотно события развиваются. Ведь если подумать, мы с тобой познакомились всего пару недель назад, а за это время уже столько всего случилось! Раньше у меня жизнь такой насыщенной никогда не была, — сказал Петя.
— Ты не поверишь, у меня тоже, — сказал я, — всё началось совсем недавно, как раз в Перово. Может быть, когда я туда всё-таки доберусь, круг замкнётся и всё немного успокоиться? А то, конечно, такой темп очень выматывает. Хочется просто покоя.
— Куда пойдём? — спросил Петя.
— Это не так важно, — пожал я плечами, — нам, главное, петлять побольше, чтобы путать следы. Чтобы даже опытные следопыты нас не нашли.
— Нам на руку то, что именно нас они не знают и не ищут, — сказал Петя, — мы для них неизвестная сила. Если они вообще поняли, что мы есть, а это не в конвое самостоятельно нашли способ выбраться.
— Думаю, они уже давно поняли, что есть ещё какой-то игрок, и пытаются понять кто это. Так что особо расслабляться тоже не стоит.
Мы, похоже, находились на самой окраине жилого района. Но эта окраина никак не была обозначена. Здесь не было ни ограждения, ни блокпостов, как в том районе, который мы видели с Мартой где-то недалеко отсюда, ещё когда шли в Текстильщики.
— Думаю, мы можем пройти по краю жилой застройки и укрыться вон там, где-нибудь на границе промки. Это же там промка? — спросил я у Пети.
— Да шут его знает! — пожал тот плечами, — но явно что-то нежилое. Думаю, это мысль верная.
— И если я правильно понимаю направление, это хоть немного, но приблизит нас к Перово, — улыбнулся я
— Хитрец! — усмехнулся Петя, и мы пошли к лестнице, ведущей вниз.
Да, люди здесь определённо жили, хотя и немного. Это было заметно по окнам. Окна жилых квартир сильно отличались от тех, где никого не было. И не только наличием стёкол. В жилых, как правило, были занавески. Пожалуй, в этом было главное отличие. Иметь возможность зашториться, отгородиться от мира, это, наверное, главное. Тем более что за окном постапокалипсис, а в квартире ещё можно создать видимость, что всё по-прежнему и жизнь скоро наладится.
Изредка вдалеке мелькал кто-нибудь, но тут же исчезал. Навстречу никто ни разу не попался. Одинокие прохожие предпочитали обходить двух незнакомых мужчин стороной на безлюдной улице. Но нам было всё равно. Лишних
Но они вскоре сами нас нашли.
Шум мы услышали издалека, причём шум явно производился людьми. Как будто где-то впереди было большое скопление народа. Так, оно и оказалось. Мы немного поколебались, стоит ли лезть в толпу, или обойти её стороной, но любопытство победило. После ухода из убежища люди на улице воспринимались дико, ведь все районы, которые мы проходили до этого, были вымершими. А здесь жизнь прямо бурлила.
Мы вышли из-за изгиба дороги и увидели на перекрёстке это сборище. Толпа по современным меркам была приличная, сотни под две. Люди производили впечатление местных жителей. То есть сразу было видно, что это ни вооружённый отряд, ни организованная банда, ни идущий куда-либо караван, а именно местные жители. Это читалось по множеству нюансов. По одежде, по вещам, которых у них с собой было немного, да и по разнородности состава этой толпы.
— Что они делают? — спросил негромко Петя, вглядываясь в происходящее.
Надо сказать, что я и сам долго не мог понять, что происходит. А потом вдруг понял.
— Мне кажется, они собираются жечь ведьму! — сказал я.
15. Шустрила
— Что за зверство? — нахмурился Петя.
— Погоди с выводами, — сказал я, — вдруг она детей ела? Тогда наказание вполне заслуженное. Мы же не знаем, что происходит.
— Но жечь людей, это же средневековье! — сказал Петя.
— Петь, ты оглянись вокруг! — сказал я, — средневековье, это то, куда мы стремительно скатываемся. И наличие, к примеру, гуманитарных конвоев с вооружённой охраной не должно вводить тебя в заблуждение. Все машины в конвое и всё оружие его охраны было произведено ещё до магопокалипсиса. Так что, когда мы перейдём к дракам дубинками и метанию камней, это просто вопрос времени.
— Воспрянем! — уверенно сказал Петя, — как птица феникс, наша цивилизация восстанет из пепла!
— А ты идеалист! — усмехнулся я, — мне казалось, что это мой грех, но ты меня переплюнул.
— Надо же во что-то верить! — пожал плечами Петя, — без этого, как жить?
— Вот тут ты абсолютно прав! — сказал я, и мы замолчали, потому что уже достигли стоящих с краю толпы людей. Нужно было посмотреть, что делают, и послушать, что говорят местные, чтобы понять, что же на самом деле здесь творится.
А люди, стоящие на перекрёстке, не молчали. Они активно, хоть и негромко обсуждали происходящее. И видно привязанная к столбу девушка, принесла местным много бед, потому что они к ней были очень агрессивно настроены. То, что она стоит привязанная к столбу, горожане считали справедливым возмездием.
Только вот одним столбом дело не должно было ограничиться. Сам столб был железный, один из уцелевших фонарных. А вот под ним уже наложили целую кучу всякого горючего хлама. Дровами это было сложно назвать, да и откуда их взять в разрушенном мегаполисе, но сюда стаскивали, кто что мог пожертвовать, из того, что могло гореть.