Перевозчик
Шрифт:
– Он сбежал два с половиной часа назад, на сухогрузе «Лагонет»…
– Куда направился сухогруз?
– Я не знаю, но вы можете узнать в диспетчерской, это здесь, – Уотсон кивнул на здание. – Синий дом, третий этаж – в башенке…
– Хорошо, живи.
Старуха направилась к синей постройке, и майор последовал за ней, поглядывая по сторонам и держа наготове свое мощное оружие.
Когда они уже заходили в синий домик, в дальнем конце галереи появилась группа с автоматическими винтовками, но не успели они прицелиться, как майор сделал
Старуха даже не оглянулась, она была уверена в своем напарнике.
Поднявшись на третий этаж, она перевела регулятор оружия на минимальную мощность и не ошиблась – перепуганный диспетчер был готов защищаться и выстрелил через стеклянную дверь, едва на лестнице появились чужаки.
Старуха тотчас прыгнула к стене рядом с дверью, майор замер на лестнице.
– Может, лучше я, мэм?
– Не мешай, – буркнула старуха и, вскинув оружие, выстрелила через разбитую дверь.
Диспетчера отшвырнуло в угол, и агенты беспрепятственно вошли в помещение.
– Не убивайте, я не хотел! Я испугался!.. – завопил диспетчер, выставляя вперед окровавленную руку.
– Поднимайся и скажи, куда пошел сухогруз «Лагонет», – потребовала старуха.
– А тут мило… – заметил майор, оглядывая диспетчерскую.
– Не паясничай, – бросила через плечо начальница. – Ну так что, будешь говорить или мне добить тебя?!
Старуха прицелилась диспетчеру в лоб.
– И… извините… просто очень больно… Я поднимусь и найду маршрутный лист…
Зажимая рукой простреленное плечо, диспетчер подошел к монитору и начал тыкать в клавиатуру окровавленными пальцами. Подошедший к нему майор следил за действиями диспетчера, чтобы тот не сделал ничего лишнего, вроде вызова какого-нибудь полицейского спецназа.
– Вот, господа, вот его лист, – сказал диспетчер и сделал шаг назад, чтобы майору было лучше видно.
– Так, – сказал тот. – Остров поддержки Латойя, платформа четыреста тридцать восемь.
– Временной график указан? – спросила старуха.
– Да, мэм, я все запомнил, можете его пристрелить.
– Нет-нет! Пожалуйста! – снова завопил диспетчер. – Я все вам расскажу, дорогая Берта, этот человек с чемоданом – это он вас предал, это он рассказал нам, что вы сюда летите с вашим подручным – Племянником, чтобы напасть! Если бы не он, вы не встретили бы никакого сопротивления! Это все он!..
От волнения раненый потерял сознание и свалился возле стены. Старуха брезгливо скривилась и покачала головой.
– До чего же они восприимчивы к боли. А ведь его ранение – всего лишь повреждение периферийных участков, не задействованных в обеспечении основных функций организма.
– Я тут вижу наш трейлер, – заметил майор, нагибаясь над монитором.
– И что с ним?
– Мало горючего – пятнадцать процентов.
– Давай, заправь его.
– Минуточку, мэм, последите пока за дверью… – сказал майор, нажимая кнопки на клавиатуре. – О, да у нас, оказывается, долг!
– Большой?
– Да,
– Ужас какой, – покачала головой старуха, потом выглянула в окошко, но ничего не увидела – оно было неудобно расположено.
– Поторопись, майор.
– Да, полковник… Я уже все разблокировал, наш трейлер теперь ничего не должен. Все, у нас полный бак!
– Уходим, – сказала старуха и, когда майор отошел к двери, добавила оружию мощности и одним выстрелом разнесла компьютерный блок.
– А этот? – кивнул на раненого майор.
– Он сможет говорить только через неделю. Боекомплект стоит дороже.
Агенты вышли в галерею и, осмотревшись, поспешили к ангару, где за время их отсутствия почти ничего не изменилось, не считая того, что кому-то уже оказывали помощь, но на агентов никто не обратил внимания.
Они проскочили ангар, выбрались на причал, и майор подобрал брошенный кофр на колесах.
– Я все больше начинаю уважать нашего друга, – заметила старуха, когда они подходили к трейлеру. – Он придумал нам имена, подходящую легенду и подставил под огонь этого сброда. И все на ходу, проездом, так сказать.
– Ему не откажешь в смекалке, Берта, – усмехнулся майор.
– Да уж, Племянничек.
На борту их ждал бледный вспотевший пилот, который едва дышал от ужаса, потому что сигнальный огонек на его наручниках стал мигать чаще.
– Привет, начальник! – сказал ему майор, опускаясь на соседнее – штурманское кресло.
– О, это вы! – с облегчением произнес пилот.
– А ты думал, про тебя забыли, Джон? – спросила старуха и оскалилась в своеобразной улыбке. Потом достала крохотный пульт и нажала кнопочку, после чего огонек на наручниках погас, сработал звуковой сигнал, и замки открылись.
– Чик-чик, и ты свободен.
– Огромное вам спасибо, госпожа…
– Берта, – подсказал майор, пряча ухмылку.
– Большое спасибо, госпожа Берта, а можно, я теперь в туалет схожу? Сил больше нет терпеть!
– Племянник, вы не против физиологии Джона?
– Нет, конечно.
– В таком случае сводите его в туалет. И побыстрее там оборачивайтесь, нам нужно немедленно стартовать на эту, как ее…
– Латойю, госпожа Берта.
52
Путешествие до Латойи Роджер не назвал бы приятным. Капитан запретил ему выходить из каюты, поскольку боялся, что кто-то из экипажа расскажет владельцу, а тот потребует отчет о пассажирах и полученных деньгах. Поэтому даже в гальюн Роджер ходил в сопровождении долговязого Страйка и делал все свои дела, пока тот придерживал двери других отсеков.
Чуть ли не с боем пришлось вырывать право помыться в душе. Капитан согласился, но лишь во время ночной смены. Вода оказалась синтетической и едва теплой, и от такого мытья Роджер не получил удовольствия, только сам факт помывки, и ничего более.