Перевоспитать эльфа

Жизнь нашу можно удобно сравнивать со своенравною рекою, на поверхности которой плавает челн, иногда укачиваемый тихоструйною волною, нередко же задержанный в своем движении мелью и разбиваемый о подводный камень. Нужно ли упоминать, что сей утлый челн на рынке скоропреходящего времени есть не кто иной, как сам человек?

Козьма Прутков

Все женщины прелестны, а красоту им придает любовь мужчин.

А.С. Пушкин

– Гномы и вампиры? – Вика

приподняла бровь, всем своим видом выражая крайнее изумление. – Милый, ты уверен, что нам туда действительно надо? С твоей-то ксенофобией.

Альберт недовольно поморщился. Семь лет – достаточный срок, чтобы изучить иномирную лексику, так что Вика не боялась, что муж ее не поймет.

– У меня нет ксенофобии, – отрезал он. – И на торжества ехать придется.

– Ну да, – насмешливо хмыкнула Вика, – прекрасный повод провести целый месяц без детей. Ты и к людям, в их захолустье, сбежишь, тебе повод дай.

Богиня расщедрилась, даровала им сразу пятерых мальчишек и двух девчонок. Мал мала меньше. Если бы не посторонняя помощь, Вика давно бы вырыла глубокую землянку где-нибудь в лесных дебрях и жила бы там отшельницей, не подпуская ненаглядного супруга к себе и на километр.

– Твои родители за ними присмотрят. Да и вообще, кто-то жаловался на отсутствие отдыха, – любимые руки обняли Вику, прижали к обнаженному мускулистому торсу.

Родителей богиня переправила вместе с Димкой в этот мир уже через месяц после возвращения Вики, видимо, чтобы полностью разорвать все возможные ниточки, что связывали ее жрицу с прошлым, хоть и родным, миром. Шокированные резкой сменой обстановки, ни родители, ни брат первое время никак не могли привыкнуть ни к надменным длинноухим эльфам, ни к плотным низким гномкам, ни к готичным вампирессам. Впрочем, первая беременность Вики быстро привела их в чувство, заставив забыть об окружающих и сосредоточиться на дочери и сестре.

– Зараза, – проворчала она, не делая попытки вырваться. – Жизнь в темных вампирьих замках и катакомбах гномов – это не отдых.

– Смена обстановки.

– Вот как нажелаю там всего и побольше, – пообещала Вика, все еще стараясь найти предлог, чтобы остаться дома.

Альберт блеснул глазами:

– Угрозы в ход пошли? Вика!

– Угрозы – это когда я вас с Димкой спеленаю лианами и заставлю слушать пение Ариссы, – сообщила Вика.

Старшая дочь хотела стать певицей, упрямо развивала голос и слух и постоянно мучила своими руладами окружающих.

– Это уже покушение на лицо королевской крови, – ухмыльнулся Альберт. – Собирайся. Завтра выезжаем.

Семь лет – семь детей. Альберт никогда не сомневался, что богиня Августа – женщина с изощренным чувством юмора. Причем остальные смешанные пары она одарила так же щедро. Арнольд, женившийся на гномке, получил «в подарок» пятерых отпрысков. Были семьи и с восемью детьми. И лишь у тех эльфов, кто упорно продолжал блюсти чистоту крови, рождалось по одному ребенку, причем частенько слабому и болезненному. Намек, конечно, прекрасно понимали все. На полукровок уже давно не косились с презрением.

Да и попробовал бы кто-нибудь

сказать какую-нибудь гадость насчет наследников Альберта. Он самолично придушил бы идиота. Детей своих Альберт любил, заботился о них, как умел, но иногда их оказывалось слишком много на него одного. А потому он с огромной радостью принял приглашения и от вампиров, и от гномов прибыть на их национальные праздники и погостить хотя бы неделю. Да что там гномы с вампирами. Он и в людские селенья, огороженные дрекольями и не имевшие элементарных удобств, с радостью отправился бы. Лишь бы немного отдохнуть от горячо любимых сыновей и дочек.

Отец такому количеству наследников обрадовался, последний год не прозрачно раз намекал, что с огромным удовольствием передаст бразды правления в руки Альберту, а сам с радостью займется воспитанием подрастающего поколения. Альберт пока успешно притворялся глухим – садиться на трон и терять пусть и относительную, но свободу, ему не хотелось.

Выехали на следующий день, с утра пораньше. Смески коней и низших демонов резво бежали под седоками по мелкому гравию. Выносливые и крепкие животные, они могли несколько часов везти на себе седоков, не нуждаясь ни в еде, ни в питье, ни в отдыхе. Сутки пути – и можно будет переночевать на мягких перинах у вампиров.

– Две лошади, – Альберт с намеком оглянулся на навьюченных багажом животных, спешивших за ними под присмотром двух слуг и четырех охранников. – Зачем тебе столько вещей?

– Никогда не знаешь, что может пригодиться на новом месте, – последовал ответ. – И вообще, я за эти годы первый раз куда-то выезжаю.

– Я – тоже, – путешествия на дальние расстояния Альберт не любил, и если бы не «семейная» необходимость, дворец не покинул бы. – И тем не менее, моих там всего две сумки.

– Лиан натравлю, – пригрозила Вика.

Альберт хмыкнул:

– Твои защитники ко мне привыкли.

Счастье подобно шару, который подкатывается: сегодня под одного, завтра под другого, послезавтра под третьего, потом под четвертого и т.д., соответственно числу очереди счастливых людей.

Козьма Прутков

Научить человека быть счастливым – нельзя, но воспитать его так, чтобы он был счастливым, можно.

А.С. Пушкин

Ехали без особой спешки. Альберт пообещал, что ближе к вечеру на пути появится деревня, в которой можно будет переночевать и нормально поесть. Вика ждала этой возможности и наслаждалась покоем и тишиной. Поля, луга, перелески радовали глаз изумрудной зеленью травы и деревьев и желтым цветом колосьев.

Семь лет пролетели, как один миг. Вика с ностальгией вспоминала их с Альбертом первые дни общения, наполненные руганью и постоянными перепалками. Сейчас, после уймы детей и частых родов, она успокоилась, обленилась, уже не ругалась по поводу и без, а желала обидчику что-нибудь вполне целенаправленно и сразу звала лианы, для защиты. Они и сейчас ехали вместе с ней, лежа на сумках, притворившись обычными веточками.