Переселенцы
Шрифт:
Сначала Арина, а потом и Наталка просили Нечипоренко снова и снова читать письмо, пока не заучили его наизусть. По такому случаю Степан велел Олесе налить всем настойки из терна и сам с удовольствием пригубил штоф.
Нечипоренко жил своим хутором чуть дальше к северо-западу от Обломиевой балки, недалеко от Сладкого лимана.
Степан стал расспрашивать соседа о погоде, что зимой будет ли много снега, морозно ли или наоборот, слякотно зимовать…
Нечипоренко с подробностями рассказал, что земли здесь богатые, да и сами Обломии уже это поняли по хорошему урожаю с малого участка пашни. Зимы снежные с ветрами и вьюгами. Зимой надо остерегаться волков, что сбегаются
Нечипоренко поселился в этих местах еще лет семь назад и хорошо знал условия проживания в данной местности. У него было крепкое хозяйство – около трех десятков лошадей, с десяток коров, четыре тягловых быка и отара овец. Возле лимана у него был хутор, в котором работали наемные сезонные работники. Перед холодами основную часть работников Нечипоренко увольнял, оставляя семью из троих крестьян, которые смотрели за скотом и прибирались в хате. Сам Нечипоренко с семьей на зиму перебирался в Деревянковское поселение, где имел большую хату из трех комнат.
Именно проверить хозяйство и перевезти часть урожая в станицу он и ехал в этот раз на хутор. По пути зашел в канцелярию, где ему передали письмо для Обломиев. Так и возник повод познакомиться с соседями. Хорошо посидели за настойкой и Степан предложил Нечипоренку заночевать, не ехать же в потемках через балки. До полуночи сидели у стола, говорили о разных новостях, делились планами на будущее.
Степан пожаловался, что мало у них скота, хотелось бы приобрести немного овец для развода. Нечипоренко немного подумал, размякнув душой, предложил продать пяток овец из своей отары. Завтра можно будет перегнать их в новый сарай к Обломиям. По цене недолго торговались, остались довольны обе стороны.
Так как Нечипоренко учен был грамоте, то решили написать ответ Петру в Тамань. Подробно описали все новости, даже то, что у нового соседа приобрели в завод овец. Наталка потом негромко нашептала отдельное письмо для Терентия.
Наутро Нечипоренко и Степан уехали на хутор выбирать овец. Часть денег Степан выплатил сразу, а часть по договору, отдаст по весне, когда приедет со службы Петр.
Несколько дней Обломии радостно обсуждали новости, письмо от Петра пересказывали по несколько раз наизусть, радовались, что прибавили хозяйство удачно, купив четыре овечки и барана.
Прошло более чем полгода, как поселились Обломии в балке. Хата внутри уже была уютной и теплой. Каждый день пахло в хате свежим хлебом, пышками, сытостью. В коридорчике Степан занимался выделкой шкур и потому стоял кислый запах овчины. В первой комнате, в красном углу, напротив двери, висели иконы, украшенные расшитыми рушниками. Перед иконами все время тускло горело масло в лампадке синего стекла. Под иконами, возле окошка располагался стол из дубовых досок. Во второй комнате было прохладнее, вдоль стены стояла кровать, рядом два сундука, укрепленные железными полосками. В сундуках хранили одежду и ценные вещи. Под сволоками в этой комнате висели пучки лекарственных трав. В маленькой спаленке стояла кровать и еще один сундук. В этой комнате жили Петр и Арина с Якимом. Вместо дверей между комнатами висели цветные занавеси.
Через несколько дней закружило, зашвыряло мелким снегом. Сразу вся степь покрылась белым покрывалом. Степан радовался, что запасли много сена на зиму и не надо выгонять скот
По свежему снегу несколько раз Степан выходил к небольшому лесочку в конце балки, пытался охотиться, всего-то добычи было несколько зайцев да рыжая плутовка. Степан умел выделывать пушнину и из лисы приготовил отличную шкуру на воротник, отдал ее Наталке на приданое.
Короткие световые дни не позволяли что-то делать в хате. При каганце много ли наделаешь, на столе еще что-то видно, а по углам темень. Намаявшись днем на морозе, рано ложились спать.
Маленького Якимку вынесли как-то на улицу. Стоял солнечный день. Впервые в жизни Яким вдохнул морозный воздух и задохнулся от неожиданности. Широко раскрытыми глазами смотрел малыш на искрящийся снег, видимо понравилось ему это, и он засмеялся. Потом приморозил нос и стал хныкать. Арина с шутками занесла сына в хату, растерла ему щеки и нос.
– От бы батько порадив тоби, такому червонощокому, усмыхнэному – сказала Арина, любуясь на малыша.
Хорошая солнечная погода длилась недолго, через неделю началась оттепель и снова подули сырые ветры, наметая сугробы с ледяной коркой.
От сырости и промозглых ветров Олеся простудилась. Видимо напомнили о себе дополнительно еще и старые болячки, и Олеся слегла. По ночам ее душил кашель, не хватало воздуха. Степан делал настои из трав, поил ее этим питьем. На ночь растирал козьим жиром, но облегчение не приходило. Плакала украдкой Олеся, боялась умереть, не дождавшись любимого сына со службы. Все основное хозяйство, уход за скотиной и уборка по дому достались Наталке и Арине. Так шли долгие дни зимы. На улице намело столько снега, что пришлось копать туннели к сараям. Степан старался далеко не выходить из балки. Жизнь будто замерла в степи, только стаи голодных волков рыскали вокруг в надежде чем-нибудь поживиться.
Так дожили до Святок. Видимо старания Степана не прошли даром – Олеся понемногу стала подыматься с лежанки. Еще слабая, пыталась помочь в готовке на кухне. Наталка отговаривала мать, упрашивала полежать, набраться сил.
– Та шо ж я лыдаща яка, шо лэжать буду? – отмахивалась Олеся.
Степан заметил, что несколько капель терновой настойки вызывают аппетит у Олеси и пичкал ее три раза на дню этим снадобьем. Еще горький перец заваривал кипятком и заставлял пить перед едой, предварительно добавив соль, чтобы не было горечи. Наталка варила картошку и давала матери дышать картофельным паром. Понемногу общими стараниями Олеся стала поправляться.
На Рождество Степан и Наталка решили съездить к старикам, родителям Терентия.
Напекли куличей, прихватили отменный окорок, прикопченый еще осенью и отправились к сватам верхом на лошадях. Застали они стариков если не в плачевном состоянии, то в больших трудностях. Продукты у них были припасены с прошлого года, да и вода была недалеко от хаты, можно было без труда натаскать для хозяйственных нужд, а с топливом было худо. Топили печку скудно, в хате было прохладно. Дров было заготовлено мало, перебивались соломой и бодылками из кукурузы. Степан съездил несколько раз в ближний лесочек, набрал там с помощью Наталки хворосту и большими связками дотащил все это к хате Никиты. Старики даже прослезились, увидев заботу сватов.