Чтение онлайн

— Боюсь, что вы не знаете меня.

— Вот как? Ну, если вы бываете несдержанной, то, должно быть, вас на это что-то провоцирует.

— Мне тоже так всегда казалось, — молвила девушка с веселым огоньком в глазах. — Я всегда думаю точно так же, особенно когда выхожу из себя. Это тот самый вопрос, по которому мы с Ротерхэмом никогда не могли прийти к соглашению.

— Мне больно думать, что вы подвергались влиянию этого надменного, деспотичного тирана. Вы видитесь с ним сейчас?

— Довольно часто. Мы с ним настоящие друзья — за исключением тех случаев, когда бываем заклятыми врагами. Собственно

говоря, он мой опекун.

— Ваш — опекун? — повторил Киркби с видом человека, глубоко шокированного услышанным. — Я знал, как привязан к нему был лорд Спенборо, но представить себе, что он поставит вас в такое стеснительное положение… Простите меня. Мне не следует так говорить с вами!

— Вы ошибаетесь. Мне оно вовсе не кажется стеснительным. По правде говоря, я сильно разозлилась, когда узнала, как будут обстоять дела. Что же касается встреч с Иво, так мы дружим по-прежнему, и ни один из нас не испытывает ни малейшего смущения. Всем почему-то кажется, что в его присутствии я должна всегда краснеть, но это все ерунда — я просто одно из тех созданий, кому явно не хватает чувствительности. Я не могу испытывать смущения и застенчивости перед человеком, с которым знакома всю свою жизнь. Кроме того, со времени смерти моего отца, мне кажется, что он представляет звено связи с… — Она замолчала на полуслове. — Но довольно об этом! Мы уже достаточно поговорили обо мне! Расскажите теперь о себе. Мне не терпится услышать все о вашей жизни в Испании.

— А мне кажется, я никогда не устану от разговоров о вас, — ответил он серьезно. — Со мной не приключалось ничего заслуживающего внимания. Ничего, до самого сегодняшнего дня! Когда я вас увидел, мне показалось, что этих шести лет разлуки вовсе и не было…

— О, замолчите! Мне тоже так показалось, но ведь все это чепуха! С нами много чего случилось за это время. А вы надолго приехали в Бат?

— Я здесь для того, чтобы навестить мою матушку, и прибыл только вчера. Я не связан никакими сроками и собирался задержаться у нее на несколько недель. Матушка живет здесь со дня смерти моего отца. Здешний климат очень благотворно сказывается на ее здоровье, и она получает большое облегчение, принимая ванны. Мне грустно говорить об этом, но она почти инвалид и редко выходит из дому, или… Но вы ведь тоже живете здесь, Серена?

— Мы с моей мачехой приехали в Бат всего на несколько месяцев.

— Ага! Я слышал, что лорд Спенборо вторично женился, и опасался, что это может сделать вас очень несчастной.

— О, вовсе нет!

— Так вы живете с леди Спенборо? Она вам нравится? Она к вам хорошо относится? — обеспокоенно спрашивал он.

— Очень!

— Я рад этому. Слишком уж часто приходится слышать о том, как мачехи плохо относятся к детям от предыдущего брака. Но если она действительно любит вас по-матерински, я думаю, вы рады, что этот брак состоялся! Должно быть, ее защита и покровительство служат вам большим утешением?

Глаза Серены начали сиять, но она скромно сказала:

— Это совершенно верно! Я с нетерпением буду ожидать момента, когда смогу представить вас ей. Надеюсь, вам она не покажется слишком ужасной.

— Так вы позволите мне зайти? — торопливо спросил Гектор. — И она не будет возражать?

— Я уверена, что она очень мило примет вас.

—

В одном этом сочетании — «милый прием» — есть что-то отвратительно надменное, — сказал он. — А что же до самого слова «вдовствующая», оно сразу же вызывает в голове картины, способные напугать самых отважных храбрецов. Если ваша мачеха носит тюрбан, так я уже заранее дрожу, это напомнит мне об одной из моих престарелых теток, которую я еще мальчиком смертельно боялся. Когда мне можно будет зайти к вам? И где вы живете?

— Мы разместились в Лаура-плейс. — Серена вдруг оглянулась и неожиданно рассмеялась. — Бог ты мой, а вы знаете, как далеко мы забрели? Если глаза не обманывают, мы дошли почти до самого конца Грейт Путтеней-стрит. Если я действительно вела вас в нужном направлении, должно быть, это было просто инстинктивно. Я даже не помню, как мы переходили через мост.

— И я тоже, — признался майор, поворачивая назад и приноравливаясь к ее легкой поступи. — Мне кажется, я иду как во сне. Я мечтаю, чтобы сейчас мы оба были на другом конце города, мне не хочется расставаться с вами так скоро. Я так боюсь, что мой чудесный сон скоро кончится!

— Майор Киркби, я начинаю думать, что вы превратились в закоренелого сердцееда.

— Я? Ах, вы опять смеетесь надо мной! Я думаю, что никогда ни с кем не флиртовал за всю мою жизнь.

— Боже милосердный, и вы хотите меня убедить, что ни одна прекрасная испанка не оплакивает ваш отъезд?

Он покачал головой.

— Ни одна, клянусь честью!

— А я и не знала, что жизнь в Испании так скучна.

— Я не видел там ни одной, которую мог называть красавицей, — сказал он просто.

За разговором они вскоре подошли к Лаура-плейс. Гектор расстался с ней у дверей. Он чуть помедлил, взял ее руку в свою и проговорил:

— Скажите же мне, когда я могу навестить вас?

— Когда вам будет угодно, — ответила Серена, улыбаясь.

Майор поднял к губам ее руку, горячо поцеловал и, с трудом оторвавшись, широким шагом отправился прочь, боясь оглянуться назад, чтобы не спугнуть ненароком свою материализовавшуюся мечту.

Спустя минуту Фанни с облегчением приветствовала Серену.

— О, как я рада, что ты вернулась! Я так боялась, что с тобой что-то случилось, ведь тебя не было столько времени. Но, Бог мой, дорогая, у тебя такой вид, словно с неба на тебя свалилось целое состояние.

— Никакое не состояние! — сказала Серена. Глаза ее искрились и ярко сияли, а в уголках рта еще блуждала улыбка. — Намного лучше, чем состояние, и уж до чего неожиданно. Я повстречала старого знакомого!

— Интересно, кто бы мог заставить тебя так выглядеть? Ну, пожалуйста, дорогая, будь серьезней, прошу тебя.

— О, я не могу! Ты когда-нибудь чувствовала себя девочкой, словно опять наступил твой первый сезон? Я и представить себе не могла, до чего это замечательно. Я сказала ему, что он может навестить нас: и пожалуйста, будь добра полюбить его. Будет такая восхитительная картина, когда я представлю его тебе: он воображает, что ты носишь тюрбан!

Фанни уронила пяльцы.

— Он? — Ее лицо внезапно просветлело. — Не… О, Серена, неужели ты хочешь сказать, что снова повстречала того молодого человека? Помнишь, ты рассказывала мне, что любила его? Ну, тот самый, единственный?