Чтение онлайн

Но Ковалевский, конечно, этого не мог даже и подозревать. Скорее всего, он не знал о том, что Сергей и Никита не родня по крови (они это никогда не афишировали). И уж точно не догадывался о том, что сидит сейчас за одним столом с тем самым "космическим Маугли", о котором много писали новостные издания всего мира чуть больше десяти лет тому назад.

Секретить информацию о «пришельце», к большому удивлению мальчишки, даже не пытались,

наоборот, в ученом мире она обсуждалась очень широко и привела к довольно серьезному прорыву в изучении Вселенной. Правда, в чем именно заключался этот прорыв, Сергей так и не понял, хотя Никита и пытался ему это объяснить. Ясно было лишь то, что до экспедиции в "параллельные миры" ещё далеко.

Но дело было не в том. А в том, что при всей открытости этой новой для Серёжки России, здесь умели охранять личную жизнь. Ни одна публикация о "мальчике из космоса" не раскрывала его имени и места жительства. А самому мальчишке меньше всего хотелось об этом рассказывать. Поэтому даже в Мурмино многие не подозревали о том, что пришелец из далёкого мира и Серёжка Клёнов с Выселок — один и тот же человек. Что уж говорить о более удаленных местах.

— За что мы будем пить? — спросил Хольгер. — У нас не принято пить за победу до финальной сирены. Это есть может спугнуть удачу.

— А я и не думал, что ученые такие суеверные, — по-настоящему удивился Сергей.

— Бывает, бывает, — с притворным вздохом ответил Никита.

— Тогда давайте за Россию, — предложил Войцех. — За Россию, за нашу команду!

— За Россию, за нашу страну! — поддержал Нильссон, поднимая свою кружку.

— За Россию, которая объединяет нас всех! — вставил своё слово Никита.

— За Россию, которой мы все служим, каждый на своем месте! — подвёл итог Сергей.

Стеклянные кружки звонко цокнули, столкнувшись пузатыми стенками.

А на свисавших с потолка панельных экранах, где вот-вот должна была начаться трансляция финального матча чемпионата мира по хоккею, пока ещё шел концерт, составленный старых записей далекого двадцатого века. И словно через года отвечая четырем товарищам, зазвучала песня в исполнении оставшегося на века с Россией Владимира Семёновича Высоцкого.

Я — "Як"-истребитель, мотор мой звенит,

Небо — моя обитель,

А тот, который во мне сидит,

Считает, что он — истребитель.

В этом бою мною «Юнкерс» сбит,

Я сделал с ним

что хотел.

А тот, который во мне сидит,

Изрядно мне надоел.

Я в прошлом бою навылет прошит,

Меня механик заштопал,

А тот, который во мне сидит,

Опять заставляет — в штопор.

Из бомбардировщика бомба несёт

Смерть аэродрому,

А кажется — стабилизатор поёт:

"Мир вашему дому!"

Вот сбоку заходит ко мне «Мессершмидт».

Уйду — я устал от ран.

Но тот, который во мне сидит,

Я вижу, — решил: на таран!

Что делает он? Вот сейчас будет взрыв!

Но мне не гореть на песке!

Запреты и скорости все перекрыв,

Я выхожу из пике.

Я — главный, а сзади… Ну чтоб я сгорел!
–

Где же он — мой ведомый?

Вот он задымился, кивнул и запел:

"Мир вашему дому!"

И тот, который в моём черепке,

Остался один — и влип.

Меня в заблужденье он ввёл и в пике

Прямо из мёртвой петли.

Он рвёт на себя, и нагрузки — вдвойне.

Эх! Тоже мне, лётчик-ас!

Но снова приходится слушаться мне,

И это в последний раз.

Я больше не буду покорным! Клянусь!

Уж лучше лежать на земле.

Ну что ж он не слышит, как бесится пульс,

Бензин — моя кровь — на нуле?!

Терпенью машины бывает предел, -

И время его истекло.

И тот, который во мне сидел,

Вдруг ткнулся лицом в стекло.

Убит! Наконец-то лечу налегке,

Последние силы жгу.

Но что это, что?! — я в глубоком пике

И выйти никак не могу!

Досадно, что сам я немного успел,

Но пусть повезёт другому.

Выходит, и я напоследок спел:

"Мир вашему дому!"…

МИР ВАШЕМУ ДОМУ!

Москва — Рязань — Солотча —

Мурмино — Королёв — Флоренция —

Бяла-Подляска — Москва

1.09.2009 -9.05.2010

День Знаний — День Победы