Чтение онлайн

Степь постепенно остывала. Всё слабее в порывах ветра чувствовалось тепло жаркого дня, всё сильнее ощущалась свежесть короткой летней ночи. Где-то вдали одной пронзительной нотой зазвучала тоскливая песня койота. Ночь, пора уходить. Чем закончится дерзкий поход хана, гибелью тысяч кара-маулей или громкой победой, покажет время. Оно всегда всё расставляет по своим местам, будет так и в этот раз, а мы лишь послушные исполнители воли духов. А так хочется самому править собственной судьбой, а не кориться чужой воле! Может быть, когда-нибудь люди смогут жить так, как велит сердце,

а не как предначертано бесстрастной рукой вершителя судеб. Они изменятся и решатся на такой шаг… Когда-нибудь, но не сейчас…

Колдун с сожалением поднялся на ноги и направился к стоянке, где его с тревогой ждала единственная дочь. Надо обязательно поговорить с ней, успокоить и всё объяснить — дерзкая девочка, что и говорить. Дерзкая и гордая, совсем непохожая на тихих женщин племени, но пойти против воли хана время ещё не наступило…

* * *

Карр чувствовал, что, несмотря на раннее утро, Учитель уже проснулся и сейчас сидит в зале возле очага — между ними давно существовала некая связь, позволявшая безошибочно находить друг друга, где бы они не находились. Началось это давно, когда ему, ещё совсем юному мальчику с уникальным даром проникать в чужие мысли, Мастер подарил амулет из тёмно-синего лабрадора. С тех пор Карр довел свою способность влиять на сознание людей до виртуозного совершенства, но с появлением Уаддра талант юного мага заиграл совершенно новыми гранями — теперь ученик Харата мог улавливать послания эльфа на огромных расстояниях. Тем самым разведчик стал как бы глазами и ушами Верховного Магистра, давая возможность старому Магу быть в курсе многих далеких событий, как будто бы он сам в них участвовал.

Карр торопился — полученная от эльфа информация была настолько важной, что ученик в случае необходимости без колебаний нарушил бы даже размышления Мастера, а Маг очень не любил, когда ему мешают думать. Однако в этот раз Харат сам встретил Карра у входа в пещеру вопросом:

— Уаддр уже вернулся?

— Нет, Мастер, он продолжает следить за личем. Хрохан со всей армией и орками движется через плато к менгиру. Принц уходит из Заронга, Мастер.

Магистр долгим пронзительным взглядом посмотрел на ученика.

— Плохо. Очень плохо. Нельзя отпускать лича, он явно что-то замышляет, — Харат шумно вздохнул. — Разбуди Посланника, мы поедем следом за принцем.

Когда Серхио, отчаянно зевая и потирая виски, появился в пещере, Магистр даже не спросил о самочувствии испанца, а тут же огорошил его сообщением:

— Хрохан бежит из Заронга, нам нужно его догнать. Я бы не стал беспокоить тебя, но с личем твои друзья — может быть, понадобится и твоя помощь.

Серхио молча кивнул и проследовал за Магистром к выходу из зала.

Снаружи с нетерпением ожидал Карр, с трудом удерживая за поводья трёх беспокойных лошадей. Испанец с недоумением посмотрел на Харата:

— А как же Уаддр? Он с нами не поедет?

— Нет, сейчас он следит за личем, мы встретимся с ним позже, — ответил Магистр, с поразительной для его возраста проворством вскочив на коня. Не сказав больше ни слова, он направился вниз

по тропе — ученик и Серхио старались не отставать. Надо сказать, что успевать за Магом стоило обоим немалых усилий — Харат задал такой темп, что лошади иногда нервно скользили на влажной поверхности, так что испанец начал всерьёз побаиваться, выберутся ли они на равнину живыми и здоровыми.

— Разве мы отправляемся не в Заронг? — окончательно растерялся Серхио, как только всадники пересекли ручей у подножия горы и повернули на север. Он вообще перестал что-либо понимать, поскольку Мёртвая Земля находилась совсем в другой стороне.

— Нет, — пояснил ехавший рядом Карр. — У лича одна дорога — к менгиру, потому для нас добираться туда через провинцию намного дольше, мы просто не успеем догнать принца. К тому же, возле каньона арахниды, а встречаться с ними и опасно, и отнимет слишком много времени.

Ученик тут же выдвинулся вперёд, возглавив маленький отряд — судя по всему, здешние места он знал хорошо и собирался выступить в роли проводника.

Низко висящее солнце потихоньку разгоняло стелящийся возле самой земли туман, открывая мокрую от обильной росы густую траву. Всадники двигались лёгкой рысью вдоль ручья и длинные непропорциональные тени неотступно преследовали их, пряча "головы" где-то в сверкавшем живыми бликами амальгамы быстром потоке. Вдоволь налюбовавшись короткой жизнью дымчатого покрывала, Серхио вновь обратился к Харату:

— Магистр, воин-следопыт, который привёл нас в Город, тоже говорил об уничтожившем его отряд боевом арахниде и заметил, что раньше никогда с ними не встречался. Откуда пауки появились в Мёртвой Земле?

— О, это очень интересные создания, — ответил Маг, переводя лошадь на шаг. — Гораздо больше о них может рассказать Уаддр, уж он-то повоевал с ними достаточно. Эльф, лич и арахниды — все из одного мира, а там эти расы беспощадно враждуют между собой.

— Пауки — раса?! — сказанное Магистром звучало слишком невероятно.

— Да, — рассмеялся Харат. — Как бы это странно не выглядело, но они по-своему разумны и даже владеют магией, причём используют очень редкие типы Силы. Наверно, именно поэтому ни эльфы, ни личи никак не могут справиться с арахнидами — я и сам до сих пор не разобрался в их потрясающих способностях.

— Какой странный мир, — задумчиво произнёс Серхио. — Магистр, ты говорил, что побывал там, может, расскажешь, что тебе удалось узнать?

Маг кивнул и надолго задумался, готовясь к длинному рассказу.

— Это довольно мрачное место, но, вместе с тем, удивительное и завораживающее какой-то грозной красотой. Начнём с того, что там не существует ни дня, ни ночи — в мире личей царствуют вечные сумерки, а течение времени прослеживается только по тому, как полумрак то светлеет, то сгущается. Рельеф мало чем отличается от здешнего — есть и горы, и холмы, и долины. А вот растительность другая — недостаток света сильно сказался как на внешнем облике деревьев, кустов и травы, так и на разнообразии видов. Но описывать их нет смысла — это займёт слишком много времени, да и понадобится здесь не маг, а, скорее, художник.