Перекрёстки богов

Тиуотиоукан.

Мексика.

2063 г. от Иуды.

Город богов, под пирамидой солнца.

— Следуйте за мной, — Торнтон просунул ладонь меж прутов арматуры, пониже пояса. За решёткой послышался шум, и посетители прикрылись от слепящего снопа фонаря.

— Открывай, —

рявкнул, нетерпеливо Торнтон и двинул туфлей в решётку.

— Уже, — отреагировал местный проводник; дождался последнего — Клауса и, обменявшись кивками, запер экскурсантов снаружи, отрезав мир.

Впереди Аннетты лязгнуло и загудело. Приводной механизм открыл внутрь освещённого жёлтым тюремным светом, пятачка… Створы, пятисантиметровой толщины стального листа, вошли внутрь породы.

— Ничего себе, — присвистнул Артур, задержавшись.

— Иди, — верзила Клаус вежливо подтолкнул в спину.

Лязгнули, схлопнувшись створы.

— Жуть, — перекрестилась Грета, озирая квадрат приёмника: электрокабели, эл-щит во всю длину трёхметровой стены с разбросанными светодиодными датчиками и сенсорами, труба вентиляции, разветвляющиеся в три направления и желание уйти наружу — к солнцу.

— Коллеги, прошу проследовать за мной — в левую от нас дверь. — Торнтон скоро набрал нужный код цифрового замка, дохнул и приложил большой палец к тёмному квадратику.

"Шшш — Створа въехала в стену, приглашая войти.

— Прошу оставить в шкафчиках верхнюю одежду, если таковая имеется: содержимое карманов и оставить сумочки, фото и видеокамеры, — Торнтон стал похож на оскаленный череп с торчащей из фарфоровых зубов, сигарой: — Коллеги, наденьте комбезы и бахилы, вон там. — Торнтон небрежно указал в правый проход. — Разрешаются очки, и запрещается любые пререкания со мной и общение с персоналом.

— Вы не перестаёте нас удивлять, Виктор Торнтон, — Пьер, щурился, пытаясь заглянуть за дымчатый широкий арочный коридор, в туманной глубине которого сновали белые призраки в антибактериальных шлемах.

— Вот это да! — Не сдержал потрясения геофизик Николо. — Скоро нас отправят в иной мир, вслед за фараонами и покроют пеленами, а потом — Стикс и полный армегеддец.

— После процедуры дезактивации, следуйте вон к тем дверям — Гид Антон-Роберт указал вправо — на встроенную перегородку мрачного и широкого коридора. — Мальчики-налево, девочки-направо, пояснил он, показав на соответствующий дверной указчик.

Переодевались молча. Выделенное им помещение, а таких оказалось шесть с индивидуальными кабинками со шкафчиками для одежды, неожиданно оказалось отделанным белого мрамора плитами и подсвечено на высоте лодыжек, синим антибактром. Нелепый, в белом, бритый, внушительного сложения верзила с руками за спиной и его "зеркальное отражение" напротив, не шевельнулись и не моргнули. В ножнах, на ремнях — ножи котиков и отсутствующие глаза манекенов.

Аннета сдержала порыв и уняла дрожь; не спеша и размышляя о предстоящем испытании, а в том она уверена, натянула белый, с диагональной светоотражающей полосой мешок-комбез с молнией от пояса к подбородку, глянулась в зеркало дверце шкафчике.

"Настороженность нужно снять… обязательно. И ещё обязательно нужно… — Прислушалась к шагам безмолвной тишины.

— Коллеги, я заждался, — неузнаваемый Торнтон, откровенно скалился за спиной, дымя сигарой. По-отечески

заботливо заправил Аннетте выбившуюся золотистую прядь волос и притворно вздохнул: — Эх, староват я для Вас — Аннета… Роберт, а где Вы запропастились, наш проводник в мир мёртвых?.. Связь с миром отсюда бесполезна, — пояснил он, нанизывая кольца дыма, — разве что с потусторонним миром, — сострил с далёким прищуром и издёвкой, Торнтон. — Я с удовольствием послушаю рассказ нашего гида, а вы — коллеги?

— Я, как раз, пытался дозвониться до русской разведки, — непринуждённо ответил Антон с бегающими бесиками в глазах. — Хотел слить секреты сферической комнаты по приличной цене. Анн… — переключился Роберт-Антон, сходу, на Аннетт. — Да что там… прошу вас следовать за мной господа коллеги учёные.

Антон-Роберт кратко ввёл в курс дела посетителей и предложил всем отметиться в журнале посетителей. Грета первой поставила подпись и вскрикнула.

— Да, да, Грета — Торнтон выпустил кольцо и нанизал его на струю дыма. — Подпись, одновременно считывается с генетическим кодом. Здесь, побывало с марта 2012года, как вы заметили в журнале — всего: четыре тысячи восемьсот с хвостиком гостей, включая археологов и, заметьте — никто из высокопоставленных гостей, не смутился тем, что за разглашение увиденного здесь полагается суровое наказание ценой в жизнь: президенты и сотрудники спецслужб ведущих государств, известные и неизвестные научные светила, не считая расточительных медийных звёзд. Постоянный персонал расписывается в другом журнале.

— Странно, — Пьер озадаченно потёр щеку. — Вы никогда не говорили нам, хотя высший уровень секретности присутствует и у нас. И, что… никто не проболтался?

— Никто, — подтвердил Торнтон. — Пока Роберт введёт Вас — коллеги в курс дела, я как раз докурю. Потом, предвыборное кратенькое интервью в сферической зале. Росвелские мальчики и прочая шелуха не имеет к данным артефактам никакого отношения. Если находящиеся здесь артефакты обнародовать, то придётся переписывать всю официальную версию происхождения разумной жизни на Земле. Впрочем, это не единственное на планете помещение такого рода,

— Скажите, Торнтон, это всё? — замялась с вопросом Анн.

— Правительство Мексики, господа-коллеги получает такие пожертвования от меня, — Торнтон сделал ударение на "пожертвование", — и финансирование государственных и социальных программ, что любезно согласилось предоставить мне разного рода археологические и научные изыскания не только на территории города мёртвых, но и в иных местах Мексики, центральной Америке и Перу, я распространяться пока не буду, а сумма моей благотворительности, господа составляет цифру с девятью нолями.

— Вы купили всех? — не удивился Пьер.

— Нуу, всех купить невозможно, коллега, — Торнтон самодовльно порозовел.

— Роберт, Вы покажите в первую очередь наш мозг — научный центр и проведите гостей к музею. Там я и присоединюсь, а пока мне нужно дать предвыборное интервью. Вас, коллеги, помимо Роберта будет сопровождать наш сотрудник — руководитель службы безопасности. Он ответит на вопросы, касающиеся его компетенции, ну а покидаю вас на ближайшие пятнадцать минут.

— Господа, — рядом с Торнтоном возник невыразительный седоватый мужчина пятидесяти лет в сером элегантном костюме, бесцветными глазами, и красной бейсболке, скрывающей плешь.