Чтение онлайн

– Это толстовка.

Я снова отвесила злобный взгляд продавцу, который расплылся в улыбке.

Эрик искренне восхищался немецкой сборной, а в особенности Мюллером. Ему так понравилось, как тот забивал голы, что он заорал даже тогда, когда на одиннадцатой минуте матча мяч от Мюллера полетел в ворота Бразилии в полуфинале. Не знаю, насколько исказилось тогда мое лицо, но он долго смеялся. И до сих пор мне припоминает этот позорный матч.

Иуда.

– Что–то случилось? – спросил он, когда мы выходили из магазина на подземную парковку.

–

Потом расскажу, – покачала головой я и улыбнулась.

Все–таки ролевые игры в майках сборных пробуждали кое–какие фантазии. Особенно, если понимать фразу «неплохо вставили» в немного опошленном смысле.

Сев на водительское сиденье, я завела мотор, и лишний раз насладилась сладким рычанием Артеги. Погладила руль и тронулась с места. Я начала привыкать к этой машине. Эрику нравилось, как я вожу, и он частенько отдавал мне бразды правления.

Вот и сегодня, был мой «водительский день». Утром он заехал ко мне, мы приняли душ вместе, позавтракали и направились в центр за покупками. Я отправила его в магазин электроники за беспроводными наушниками, которые он страстно возжелал заиметь, увидев в какой-то рекламе. Провода мешали ему во время езды на роликах. А сама купила предательскую немецкую футболку. Ему в подарок. У него скоро день рождения.

Эрик совсем освоился с моим телефоном на Андроиде (сам он был зомбированным обладателем яблокотехники) и каким–то неведомым мне чутьем всегда подбирал удачную музыку для совместного времяпровождения. Вот и сейчас из колонок Артеги плавно струились звуки супер–мелодичной песни на французском языке. Je suis malade, Лара Фабиан. Красивая песня о разбитом сердце. Я когда–то давно прочитала перевод.

Душа болеет, изнемогает, тлеет

Приходишь ты, когда не ждешь

Уходишь вновь – и в сердце нож

Утром он сказал, что у нас одна важная встреча днем, и попросил меня одеть что–нибудь понаряднее, поэтому я напялила серые брюки и черную блузку в крупный цветок. Я даже слегка подкрасилась по такому случаю. Эрик вообще часто стал меня таскать по разным мероприятиям: презентациям, вечеринкам, открытиям ресторанов и ночных клубов. Мой гардероб жалобно намекал мне на то, что его пора обновить парой платьев или хотя бы приличных костюмов. Я отрицала все эти намеки, тщетно пытаясь придать себе шикарный вид, используя то, что есть. И благодарила Бога за Лабутены, которые подходили к любому наряду. Все попытки Эрика меня одеть я отвергала.

– Эрик, я не кукла, чтобы меня наряжать, – сказала я в очередной раз, когда он завел подобный разговор.

– Я не считаю тебя куклой. Но я понимаю, что с твоей зарплатой тяжело соответствовать местам, в которые я тебя вожу.

– Не бери меня с собой, и проблема решена, – пробубнила я, глядя на свое отражение в зеркале.

Он вздохнул, покачал головой, и приобнял

меня сзади, положив голову мне на плечо.

– Дана, я понимаю, что задеваю чувство твоего достоинства. Но мне будет приятно купить тебе платье или туфли. И я ничего не прошу взамен.

– Мне это не нужно. Это пустая трата денег. Я надену это платье один раз в жизни, а о его стоимости мне даже думать страшно. Ты сам знаешь, как я отношусь к бессмысленным тратам. Лучше на эти деньги…

– Да–да, помочь людям. Я знаю, – вздохнул он, целуя меня в шею, – Твоя взяла. На сегодня.

– Ты не оставишь эту тему? – я нахмурилась и на моем лбу пролегла морщинка. Точно такая же была у него.

– Никогда, – рассмеялся он, разворачивая меня лицом к себе и усаживая на комод.

Вот и сегодня, я наряженная и надушенная, ехала в самой эксклюзивной машине, с самым красивым мужчиной и под одну из самых красивых песен. Куда ехала, сама не знала.

Эрик сказал свернуть в сторону пригорода. Мы едем в частный сектор? Странно.

Через полчаса я притормозила у небольшого дома с брусчатой дорожкой. Возле дома стоял Volvo XC60 красного цвета. Как с обложки журнала. Сияющий и наполированный.

– Неплохо, – кивнула я на машину.

– Нравится? – пристально посмотрел на меня Эрик, выходя из машины, – Хотела бы себе такую?

– Не отказалась бы. Мой любимый цвет.

– Ага, – он задумчиво улыбнулся.

Он взял меня за руку, и мы пошли по дорожке к дому. Любопытство распирало, и я, не выдержав, спросила:

– Надеюсь, ты не притащил меня знакомиться с родителями?

– Нет, они живут в Норвегии. Надо как–нибудь тебя туда свозить, – Эрик расплылся в улыбке, – Сейчас сама все узнаешь. Потерпи немного.

Легко тебе говорить, мистер–загадочность.

Мы подошли к крыльцу, окруженному плющом, Эрик постучал в металлическую дверь, и она открылась. На пороге стояла невысокая женщина в темно–синем брючном костюме с папкой в руках.

– Кааск? – спросила она, глядя в свои бумажки.

– Да, – ответил Эрик, – Эрик и Дана.

Я перестала что–либо понимать и уставилась на него.

– Вы вовремя. Меня зовут Ирина. Проходите. Я вам все покажу, – она улыбнулась идеально ровной улыбкой и пропустила нас внутрь, – С какой комнаты вы хотели бы начать?

– Покажите нам первый этаж, для начала и расскажите о доме, – улыбнулся в ответ Эрик.

– Хорошо. Идите за мной. Дом спроектирован в двухтысячных, в те года как раз вошло в моду строить просторные холлы. Из прихожей мы попадаем именно в него, – сказала она, когда мы прошли в большое помещение с открытой планировкой, – Справа вход в гостиную и столовую, слева технические помещения, санузел и прачечная.

Она свернула направо, а я воспользовалась возможностью и шепнула Эрику:

– Что ты задумал? И почему мы Кааск?