Пентаграмма любви

Автор

Ясной тихой ночью в самой дальней беседке парка боевой академии одна отчаянная демоница решилась на весьма рискованный шаг. Она старалась выводить золотым мелом руны пентаграммы любви. Напевая мелодию из детства, девушка была уверена, что всё получится. Пентаграмма притягивает того, кто сможет подарить ей истинную любовь, но девочка даже не представляла, кого ей уготовила судьба. Лола оглянулась по сторонам, улыбнулась и

начала шептать заклинание…

В этот момент куратор группы, в которую входит Лола, и по совместительству будущий магистр свободного боя возвращался через парк в академию. Мужественный, молодой, красавчик академии. Многие барышни пытаются обратить на себя его внимание, он кажется холодным, хотя внутри его пылает настоящий пожар к одной конкретной особе. Он относится к Лоле осторожно, не давая повода думать ей, что он к ней неравнодушен. Они не пара, ведь она чистокровка, дочь генерала, героически отдавшего свою жизнь за империю, а он лишь полукровка, бастард принца… демона и огненной магини. Мать родила Лукаса, и её отправили на родину, в огненную империю. Отец, ждущий своей очереди управлять империей, уже давно подобрал будущую жену для нашего куратора. Так же, как и для Лолы давно выбрали мужа. Только вот если Лукас может отказаться от брака, Лола этого сделать не сможет.

Мысли о ней отвлек свет из одной беседки. Кто там может быть? Все адепты должны находиться на танцах в честь начала учебного года. Он надеялся увидеть демоницу не там, Лола любила тренироваться на пустующем полигоне ночами, за что Лукас её систематически ругал. В беседке светилась пентаграмма, каково было удивление мужчины, когда он увидел девушку с открытой книгой. Она читала заклинание так тихо, что ничего не разобрать. Короткая юбка поднималась от магического ветерка, давая возможность разглядеть стройные ножки. Какой чёрт придумал эту сексуальную форму? Её белые кудри пружинили, одна прядь зацепилась за милые рожки. Лукас имел неосторожность, наступив на пентаграмму, но он вовсе не виноват… Судьба притягивает истинность, и две половины вскоре станут одним целым.

Лола

Внезапно все стихло, словно ритуал успешно завершился. Я почувствовала знакомый запах солнца. Нет, этого не может быть, он даже не смотрит на меня как на женщину, он мой куратор, он ледяной, грубый, порой невыносимый. Я со страхом открыла один глаз. Наклонив голову на бок, куратор разглядывал моё лицо. Захлопнув перед его носом книгу, я упала на пятую точку, ударила ладонью по полу, очищая от мела деревянный пол. Лукас медленно присел передо мной на корточки.

— Радость моя, что ты тут делаешь?

Радость? Вечно он не в духе, сейчас опять начнёт меня ругать. Что-то я не понимаю, я всё правильно сделала, почему пентаграмма сработала не так? Точнее, почему она вообще не сработала?

— Я…

— Тыыы?

— Я тут тренируюсь, через две недели первая контрольная по пентаграммописанию.

— Да? И что за пентаграмма?

— Нууу, там… тучи вызывать,

погоду портить противнику.

— Лола, милая, что ты мне сейчас заливаешь? — Он протянул руку к моим рожкам и поправил прядь волос.

— Да я правду говорю!

— Ага, верю… Почему не на танцах?

— Да я…

— Через час отбой, не хочешь… не хочешь потанцевать?

— С вами?

— Со мной.

— Но вы мой куратор.

— Я им буду завтра.

— А-ам хорошо.

— Тогда пойдём. — подал мне руку куратор. — Как давно ты прибыла в академию?

— Три дня назад.

— Чем летом занималась? Набралась сил на последний учебный год?

— Конечно, я тренировалась всё лето, мне помогал друг отца.

— Кто именно? — Нахмурил брови.

— Капитан Витек. Он был помощником отца.

— Не лучший выбор.

— Ну хоть какой-то, мать вообще против моего обучения тут. Спасибо папе, что сам направил в академию меня. После его смерти она хотела меня перевести в академию благородных девиц.

— Ты бы её разнесла по камешку. — Улыбнулся Лукас. — Это хорошо, что ты тренировалась, и, надеюсь, вся группа делала то же, что и ты. С завтрашнего дня начинается большая нагрузка, лекций практически не будет.

— А я всё думаю, почему только три учебника.

— До зимних каникул отбор пройдут лишь половина, после адептам дают выбор подходящих профессий, и вновь перегрупировка с итоговым отбором.

— То есть вы меня тренируете лишь до зимних каникул? — я остановилась перед входом в академию. Мне нужно было об этом договорить. Я не хотела тренироватся с другими, хоть куратор Лукас не выносим, но он лучший в своем деле.

— Тебя это расстраивает?

— Да! — Выпалила я.

— Тогда слушай и делай то, что я скажу, и я доведу тебя до выпуска.

— А потом?

— Что потом? Ты слишком далеко смотришь, родная. У тебя осталось сорок минут, пока я нормальный. По истечению этого времени я стану твоим куратором, начнётся тяжелая учёба, и ты будешь на меня зла каждый раз, когда я буду на тебя орать.

— Тогда не будем терять время.

— Не будем. — вновь эта очаровательная улыбка.

Мы спрятали рога, хвосты и крылья, внутри академии запрещалось находиться в боевой форме. Из бального зала доносилась современная музыка. Биты трека качали, куратор взял меня за руку и повёл в самый центр танцпола. В тёмном помещении лишь свет неоновых лучей. В толпе заметила лучшего друга, а он меня. Джон показал мне палец вверх, заметив, с кем я танцую.

Куратор кружил меня, касался талии, живота, всё время держал за руку. Он расслаблен и, кажется, скинул лет пятьдесят, словно он мой одногруппник. Лукас и правда не стар, он нас курирует всего третий год, и мы его первая группа после его выпуска. Молод, силён и самый способный из тех, с кем он выпускался. Происхождение его семьи всегда для всех была тайна. Никто не знает, к какому дому он принадлежит. Во время танцев и я касалась мужского тела, его мышцы просто созданы из стали. Заиграла медленная песня, это значит, что через пятнадцать минут прозвучит гонг отбоя.