Чтение онлайн

Первые плетения вспыхнули в воздухе – «поднять в воздух», вторые плетения – «встряхнуть, привести в чувство, сбросить стазис», третьи…

Слишком большая доза эликсиров – не очнулись. Повторить «вторые плетения».

Третьи…

Четыре фигуры со стянутыми за спиной руками задергались в воздухе – прямо над котлом плавки, разевая рты – Старший Мастер приплясывал рядом в нетерпении, взмахивая руками в такт крикам.

Хорошие затычки. Исправно служат, их посоветовал

ему Помощник из второй смены.

Мастер что-то сказал, обернувшись к нему, и он прочитал по губам – «увеличить мощность». Красный столбик индикатора стал светиться багровым, и четыре фигуры, бессильно дергаясь в плетениях начали медленно погружаться вниз – прямо в черное пламя котла.

Тела корчились, дергались, и он привычно закрыл глаза, когда котел сожрал их до половины – согласно инструкции подопытным надлежит оставаться в сознании до последнего мгновения, но в инструкции не сказано, что он должен каждый раз на это смотреть.

Очнулся он рывком – его дернули за плечо, почти вывихнув руку – Мастер орал ему в лицо, и одного быстрого взгляда хватило – мощность падает.

Увеличить мощность!

Это он понял и так, и нажал на рычаг, забирая часть силы с внешнего силового купола островов. Черная воронка выровнялась, сыто лизнув потолок, и жернова мерно заработали, перерабатывая бренную плоть в камень.

Плетения разбудили его монотонным писком через сто шестьдесят мгновений.

Помощник проморгался, спустил ноги с рядом стоящего стула, размял плечи, и первым делом щелкнул пальцами, запуская плетения времени.

Точно в срок.

Конструкция, занимавшая почти две трети огромного зала, вырубленного в скальных породах, стояла неподвижно – жернова застыли, и только три голубых огонька по краям обозначали окончание процедуры.

Он, затаив дыхание сделал несколько шагов вперед, и… получилось! У них – получилось. На центральной круглой площадке – два шага в диаметре – лежал крупный, ещё горячий камень, излучающий ярко-золотой свет – свет жизни.

Если бы его спросили о самом гениальном изобретении всех времен, он не колебался бы ни мгновения – Котел плавки душ. Так смерть – бессмысленна, и энергия души теряется, растворяясь за Гранью. А так – служит обществу. Простая механика превращения души в источник энергии, которая так щедро выделяется в момент смерти. Разве это не определенная форма бессмертия, о которой все так мечтают?

Обет молчания и десятки клятв, которые опутывали его крепче любой паутины, нисколько не умаляли того внутреннего удовольствия, которое он получал, провожая каждый камень, который складывал в шкатулку для отправки на Главный. Те, кто их купит, так никогда и не узнают, чья душа стала источником накопителя. На энергии чьих душ плавают корабли, горит освещение на островах, создаются

артефакты. Но он то будет знать! Он – помнит почти каждого!

Помощник захихихал.

Нет ни одного клана, равного Аррам! Только Арры смогли не только сохранить, но и адаптировать технологии использования энергии живых существ до – исхода. Только Арры сохранили первоязык и все лабораторные документы клана до сих пор велись на архэ. Только у Арров есть установка, позволяющая запитывать энергией заключенных силовой купол, которые накрывает все острова разом – и поэтому они неприступны и непобедимы, такого нет ни у одного клана в Империи!

И он – служит Аррам. Он – имеет возможность прикоснуться…

Силовая защита зала дрогнула – дверь отодвинулась в сторону, пропуская Старшего Мастера, который довольно улыбался, потрясая свитком.

– У нас скоро будет «двоедушный»! Наконец-то мы сможем провести эксперимент по передаче силы и совместимости…

– Все готово, Старший, – указал он на очевидное, устав ждать. Потому что право «первого касания», «первого приветствия новорожденного камня» всегда принадлежало Мастеру.

Мастер подобрал полы халата и почти бегом, перепрыгивая жернова и фокусы на полу, устремился к центру зала. Присел в благоговении.

Помощник затаил дыхание. И… наклонился быстрее, чем сумел сообразить, инстинктивно – камень просвистел над его головой, упал на стол, и потом на пол, откатившись прямо ему под ноги.

Крупный. Желтый. Напоенный золотистым светом силы. Почти в два раза больше обычного. Идеальный. Великолепный. Изящность которого портил только один изъян – прямо посередине камня змеилась тонкая двойная трещина.

– Двух пустышек для баланса мало, – холодно констатировал Старший. – Отметь в свитках. Следующий эксперимент номер двести сорок пять. Увеличить количество «пустых» для стабилизации силы до трех. И… – Мастер помедлил, размышляя. – … в этот раз будем использовать женщин.

Октагон, остров знаний, пятый ученический домик

Поздняя ночь

Косте не спалось. Как он не взбивал подушку, не скатывал в валик и не откидывал одеяло. Не спалось и все.

С того самого момента, как сегодня до ужина Пятерку снова забрали и увели куда-то в сторону пирса. Беспомощного и голодного.

Ночное небо, обычно дарившее успокоение и сон, сегодня бушевало – купол над островами светился и вспыхивал всеми цветами, переливался и искрил так, что звезд не было видно. Он откинул одеяло, натянул халат и затеплил светляк. Подвинул тушницу, достал пергаменты, обмакнул кисть и, оглянувшись на мирно сопящего в своей кровати Семнадцатого, начал рисовать то, что так его тревожило.