Пасынок судьбы
Шрифт:
Девушку затрясло. Да, это в стиле Толстого. Вот урод!
Я нежно взял её за руку и успокаивающе погладил:
– Не бойся. Мы что-нибудь придумаем. Я сумею тебя защитить. Толстый получит по заслугам, обязательно…
Глаза Николь подёрнулись влажной пленкой. Чтобы постыдно не разреветься, она быстро вскочила и схватила поднос:
– Извините. – Затем с улыбкой, конкретно мне, добавила: – Спасибо…
После чего быстро убежала прочь.
– Она из Флор-Дель-Параисо. Жуткое место! – прокомментировал Хуан Карлос.
Я кивнул. Про этот район слышал.
– Он её выцепит там, спокойно, среди дня. И сделает что хочет. И никто пальцем не пошевелит, чтобы помочь. Да и кто рискнёт?
И почему я узнаю самые важные новости последним?
– Ладно, что-нибудь придумаем. А пока извини, дела.
– Опять дела? Я только собрался с ним поговорить!..
– Извини. Отнеси, пожалуйста, мой поднос… – И я отодвинул к нему свой недоеденный обед. Его ругань вслед не слушал, потому что увидел человека, которого искал полдня.
– Дон Алехандро?
Куратор обернулся:
– Хуанито? Что-то случилось?
В глазах его плескалась тревога.
– Пока ещё нет. Но чтобы не случилось, мне надо с вами серьёзно поговорить.
– Насколько серьёзно? – нахмурился он.
– Так, чтобы нас не могли слышать посторонние уши. – Я картинно обернулся на проходящих мимо девчонок с младшего курса.
Дон Алехандро понятливо хмыкнул.
– Разговор долгий?
– Это будет зависеть от вас.
Он помолчал, о чём-то задумавшись.
– У тебя сейчас что, химия?
– Да.
– Через десять минут подходи в мой кабинет.
«Ну, Шимановский, отступать некуда».
– Дон Алехандро, моё предложение покажется вам слегка… незаконным. Но всё же дайте возможность изложить его до конца и только потом пинайте.
– Ну, говори, что там удумал! – усмехнулся куратор в своей артистичной манере. Я его заинтересовал, а это главное.
Я вновь сидел перед ним в его кабинете, как и в прошлый раз. Но теперь у меня была иная задача, и от того, расположу ли к себе старика, зависит многое.
– Мне нужна схема расположения камер системы внутреннего наблюдения.
Пауза.
– А пароль к базе данных учебной части тебе не надо? Или «клъютч от квартьйиры, гдье дьенги льежят»? – добавил на ломаном русском.
– Ключ не надо… – Я отрицательно покачал головой, намекая на серьёзность восприятия этого предложения. Он вновь усмехнулся, на сей раз от моей наглости. – А схему камер можно.
Куратор встал и прошёлся по кабинету. Я не торопил. Он должен понять, насколько это серьёзно. Раз я спрашиваю ТАКОЕ, то готов идти до конца.
Он, по большому счёту, не сильно рискует. Я не собираюсь светить схему, показывать кому бы то ни было, да и взять её можно много где. Но факт остаётся фактом: в том, что я затеваю, он окажется сообщником.
– Продолжай, – махнул он, дозрев, и уставился в альпийское окно релаксационной программы.
– Два месяца назад её величество назначила на пост главы Департамента образования нового
19
Корпус – Корпус королевских телохранителей. Элитное подразделение с особыми традициями, охраняющее главу государства и членов семьи. Бойцы подразделения, в народе называемые «ангелы-хранители» или просто «ангелы», дают монарху личную вассальную клятву и подчиняются только своему сеньору и своим офицерам, законы государства на них не распространяются. Основал корпус, тогда ещё императорских телохранителей, император ЮАИ Антонио Второй, и, согласно его прихоти, туда берут на обучение только девочек-сирот из приютов, которых учат не дорожить жизнью.
– Эта тётка четырёх генералов повесила! – гневно перебил меня куратор.
Вот даже как? Оно и к лучшему!
Я продолжил:
– Её программой был лозунг наведения порядка в сфере школьного образования. Я понимаю, воз и ныне там, но пока министр – человек новый, это можно использовать в своих целях, дон Алехандро.
– И как же, мой юный друг, ты собираешься это использовать? – усмехнулся он. – И с чего ты взял, что воз и ныне там?
– Вижу. Ничего за это время не изменилось. И вряд ли изменится. Где она – и где мы! – Я показал ладонью уровень пола и уровень куда достану.
Дон Алехандро скептически хмыкнул и почесал подбородок. Кое в чём он был со мной не согласен. Но общий настрой разделял.
– Продолжай.
– Я хочу сделать так, чтобы Кампоса и его дружков исключили. Для этого спровоцирую его под камерами, устрою знатный дебош…
– И ничего этим не добьёшься. Скорее исключат тебя.
– Я подам жалобу во все возможные инстанции. Если понадобится – выйду на министра.
– Да кто тебе даст выйти на министра!
– Министр сама выйдет на меня.
Дон Алехандро присел напротив, внимательно слушая.
– Я всё устрою так, что не отреагировать власти не смогут. Не знаю, что это будет, но точно не рядовое избиение. Возможно, я буду не один, нас будет несколько, но пока это под вопросом. В любом случае замолчать это им будет не под силу. Не в этот раз.
– Ты не знаешь возможностей хозяев этой школы. Они смогут всё! Например, разрушить ваши будущие карьеры, чтобы вас не приняли ни в одно стоящее место.
– Может быть. Но лицензии им не видать.
Куратор встал и нервно прошёлся по кабинету. Я его озадачил. Но он не видел в этой затее того, что видел я, – успеха.
– Ты так говоришь, будто у тебя есть знакомые во всех сферах деятельности, которые отмажут от чего угодно. Так это?
У меня есть знакомые. В той или иной степени. И это не Бэль, которую тоже можно попросить, скажем, выйти на опытных журналистов. Те, в свою очередь, помогут раскрутить сюжет о школе имени генерала Хуареса. Одной из лучших, но в которой царят тюремные порядки.