Пасынки страны
Шрифт:
— Поднимайся, соня.
Странными оказались интонации этого приятного голоса. Словно кто-то нашёл вещь, которую считал безнадежно утерянной, вот только теперь утрата принадлежит кому-то другому. И радость и грусть одновременно.
Я открыл глаза. Вот это да! Всякий бы раз так приходить в сознание, когда вырубаешься от жуткой боли без всякой надежды на спасение. Небольшая уютная спаленка с огромной двуспальной кроватью под изумрудным полупрозрачным пологом. Занавеска ничуть не помешала рассмотреть бирюзовые стены комнаты с полотнами морских пейзажей, высокий трельяж и столик, уставленный баночками
А вот и она. Сидит на краю ложа и разглядывает меня. На лице незнакомки я различил то же странное выражение светлой грусти, которое прорезалось в её речи. Правильные черты загорелого лица, зелёные глаза поразительной глубины, в обрамлении длинных пушистых ресниц и густые волосы насыщенного бронзового окраса.
Ведьма.
Незнакомка протянула мне широкую чашку с чем-то дымящимся и невероятно ароматным. Как кофе, только намного лучше. Почти, как кровь.
— Пей, не бойся, — я послушно принял предложенное, ощутив лёгкое содрогание тонких пальцев, когда они прикоснулись к моей руке, — думаю, тебе должно понравиться.
Ну ещё бы! Вкус оказался гораздо лучше запаха и прервать первый глоток оказалось невероятно сложно. Казалось будто жидкий огонь наполняет моё тело, изгоняя слабость и наполняя мышцы силой и бодростью.
— Что это? — я смешался под насмешливым взглядом и попытавшись скрыть смущение, вновь отхлебнул ароматный напиток, — в смысле, спасибо. То есть, здравствуйте…Чёрт! Кто вы?
Ведьма рассмеялась и одним плавным движением поднялась, позволив оценить тело, своей красотой ничуть не уступающее совершенному лицу. Узкая талия, широкие бёдра, высокая пышная грудь и стройные ноги: взгляд не мог отыскать ни единого изъяна. Кроме того, женщина оказалась весьма немаленького роста, а рыжие волосы ниспадали почти до пят. Одежда, состоящая из тонкой полупрозрачной рубашки, странным образом равно скрывала и подчёркивала достоинства фигуры. О–ох! Я ощутил возбуждение и дело тут было не только в бодрящем напитке. Он, кстати, успел закончиться.
— Здравствуй, Максим, — переливы звенящего смеха сменились тем же приятным голосом, — ни к чему «выканье», думаю, мы с тобой станем друзьями. Сразу избавимся от недомолвок и тайн; меня зовут Каролина и это именно я нашла тебя в лесу и притащила в свой пряничный домик.
— Ты — ведьма, — констатировал я очевидное и осторожно приподнялся, опёршись на подушку. При этом обнаружилась крайне забавная штука: я оказался абсолютно обнажён, — хм.
— Не смущайся, — она вновь рассмеялась и отобрала мой опустевший сосуд, — кроме того, приятно сознавать, что даже такая старая, забытая всеми, затворница ещё способна возбудить молодого симпатичного вампира. И да: я — ведьма. Очень жаль, что в наше смутно время, это способно разделять представителей наших народов.
— Не всех, — я порыскал взглядом, пытаясь отыскать одеяло или ещё какой-нибудь предмет, способный прикрыть «индикатор» моего интереса, — если ведьма в адеквате, не вижу ни единой причины вступать с ней в противоборство. Вот чёрт!
Каролина поставила чашку на столик у зеркала и почти незаметным движением, уложила какую-то пластинку, стоявшую особняком от чашек и бутылочек. Как мне показалось, это был портрет. Потом ведьма вернулась и вновь присела на кровать.
— Да, мне известно, как вы спасли Анжелику, — посерьёзнев, сказала женщина и вдруг опустила ладонь на мою грудь, — огромное спасибо за участие в её судьбе, но знал бы ты, Максим, — она покачала головой, а холодные пальчики отправились в путешествие к животу, — какую историю заварил! Ведьмам очень не понравилось, как поступили с их сестрой и завязалась жуткая междоусобица. А ведь дела в Стране и так идут, хуже некуда. Боюсь, война между чародейками может уничтожить всё оставшееся.
— Я, — пришлось откашляться, в то время, как наглый паучок ладошки продолжал своё движение, — всё равно бы так поступил.
— Знаю, — Каролин вновь усмехнулась, — моих ушей уже успели коснуться все истории, которые связаны с появлением в Стране парочки новых вампиров. Звучат они впечатляюще, даже без подробностей. А так хотелось бы узнать, как вам удалось преодолеть Колодец Смерти. Уж мне то, в отличие от всех остальных, хорошо известно, какая тварь таится в его глубинах.
Рука ведьмы остановилась и я машинально накрыл тонкие холодные пальцы своей ладонью. В тот же миг Каролина наклонилась ко мне и медные волосы обрушились вниз, отрезая меня от внешнего мира, словно опустился волшебный полог. Огромные зелёные глаза сверкали точно две звезды, а алые губы слегка приоткрылись.
Находясь в некоем трансе, я подался вперёд и долгий поцелуй вынудил меня закрыть глаза от удовольствия. Упругое тело оказалось совсем близко, а нежные пальчики ласкали уши, не разрешая прекращать единение наших губ. Потом ведьма едва слышно застонала и обхватив мою поясницу ногами, заставила принять главенствующую позицию.
Мы занимались любовью, но через удовольствие от процесса, прорастало странное ощущение: казалось, будто всё это уже было когда-то и я не первый раз делю ложе с рыжеволосой чародейкой. Даже кровать казалась смутно знакомой и я хорошо знал, куда поставить руку и где упереться ногой. Да и ведьма словно угадывала все мои желания, меняя позу в тот момент, когда это становилось необходимо.
Потом всё закончилось и я лежал на спине, молча глядя в потолок, ощущая лишь приятную истому и больше ничего. Почему то никакого стыда перед Евой и Марго, точно случившееся никоим образом не затрагивало нашего удивительного любовного квадрата.
Когда блаженство позволило, я повернул голову и встретился с внимательным взглядом Каролины, которая лежала на боку, подперев щёку ладонью. На лице ведьмы проступала странная сосредоточенность и лёгкая печаль. Совсем не это ожидаешь увидеть на физиономии партнёрши после бурного секса. Я потянулся и прижал колдунью к себе, лаская гладкие рыжие волосы.
— Что то не так? — спросил я и поцеловал упругие губы, — ты такая…
— Всё не так, Максим, — она тяжело вздохнула и осторожно выбралась из моих объятий, — к сожалению у нас остаётся не слишком много времени, а я ещё должна рассказать о некоторых вещах и они могут тебе не понравиться. Сильно не понравиться.
Каролина присела у зеркала и взяв в руки костяной гребень, начала медленно вести фигурными зубьями по алому шёлку волос. Но всё это время её глаза, отражённые блестящей поверхностью, не отрывались от меня.