Паслен
Шрифт:
– Что они забрали?
Слезы в его глазах противоречили фырканью смеха.
– Все , - прошипел он сквозь желтые кривые зубы, прежде чем полоснуть лезвием по горлу. Черная, смолистая кровь сочилась из раны, и он прикрыл ее рукой, задыхаясь.
– Вспомни. Ее,- прохрипел он.
Лезвие выпало из его руки, когда он схватился обеими ладонями за горло и еще глубже вжался в свой стул. Задыхаясь, он схватился и задергался в самом драматичном зрелище смерти, которое я когда-либо видел.
Мне стало скучно, и я вонзил свой меч ему в череп, и его тело напряглось, прежде чем полностью
Выйдя из коттеджа, я оглядел нескольких гостей вечеринки, которые начали возвращаться по мосту в главный купол, где вокруг столов собралась толпа. Я держался окраины, в тени, и, проходя мимо, услышал смутно знакомый голос, который перекрывал приглушенный шепот.
– Мои дорогие друзья, спасибо вам за то, что посетили праздник Священного урожая в этом году. Я призываю вас принять участие в выпивке и веселье! Слуги будут подавать прохладительные напитки в течение всей ночи, а также что-нибудь совершенно особенное. Небольшой мой страстный проект, если хотите.
– Крепкий мужчина в изысканной золотой мантии и колючей короне из веток и листьев стоял в центре купола, сжимая золотой посох. Он поднял что-то похожее на таблетку серебристого цвета.
– Мой подарок вам. Я называю это Восторгом.
Мужчина в костюме, стоявший ближе всех ко мне, усмехнулся, сказав, что подарил немного своей девушке ранее вечером. Когда второй мужчина, стоявший рядом с ним, спросил, где она, он указал большим пальцем через плечо в сторону коттеджей, где обменивались сексуальными услугами.
– Развращает бедных ублюдков, которые последовали за ней в тот коттедж. Черт возьми, почти у всех в выпивку подмешана эта дрянь .
Оба мужчины усмехнулись, и именно тогда я поискал в толпе место, где оставила Фаррин, прежде чем отправиться за Вирджилом.
Она ушла.
Застонав, я направился к углу купола, где видел ее в последний раз, и нашел отверстие, тропинку в темный лес за ним. Положив руку на рукоять моего меча, я шагнул в лес, прислушиваясь. Услышав отдаленные голоса, я направился к маленькой каменной лачуге с соломенной крышей, расположенной вдали от празднеств, где мерцала газовая лампа, освещая тени на стенах внутри. В окнах не было стекол, так что я мог слышать голоса, разносящиеся по воздуху.
– Твоя кожа подобна шелку. Такая гладкая. Такая мягкая. Отдай себя мне, и я предложу тебе защиту .
Губы скривились от отвращения при звуке голоса, который, как я узнал, принадлежал Тартису, я ударил кулаком по двери, заставив ее широко распахнуться.
В центре комнаты стояла Фаррин, протянув руку к деформированному Интортуи, который застыл на месте с широко раскрытыми глазами. Он отдернул конечность и отскочил назад, чуть не споткнувшись о собственные ноги.
– Мистер Ван Круа ...- Интортуи потер свои скрюченные пальцы, по-видимому, нервничая из-за моего присутствия.
– Я просто... присматривал за твоим гостем, пока ты занимался делами. Ты ведь позаботился о
Фаррин снова перевела взгляд на Тартиса.
– Вы знали, для чего он пришел? Ты тоже был в этом замешан?
Он вздернул подбородок с такой гордостью, которую я мог бы сбить с его плеч.
– Конечно. Как ты думаешь, кто устроил ему вступление в партию? Это сделано мной. Я один. И я полагаю, что должен был состояться своего рода обмен .
– Того, что ты даже допускаешь мысль о порабощении того, что принадлежит мне, достаточно, чтобы заставить меня смеяться.
– Я поднял меч в воздух и провел пальцем по блестящей стальной поверхности.
– Если бы я не представлял лезвие у твоего горла прямо сейчас.
– Я рванулся вперед, изуродованный человек не успел среагировать,и я приставил свой меч к его подбородку.
– На самом деле, зачем пытаться представить то, что легко могло бы стать реальностью .
– Теперь осторожнее, Иерихон. Вы бы не хотели провоцировать ненужную напряженность.
Шипение его кривых зубов напомнило мне змею.
Я потянулся к Фаррин, прежде чем она смогла отвернуться, и повернул ее лицо ко мне, обнаружив, что ее зрачки расширены.
– Боюсь, ты уже привел это в действие, мой друг. У каждого действия есть последствия. Я просто уравновешиваю чашу весов .
– Я в порядке , - сказала она, шлепнув меня по руке, что вывело ее из равновесия, и она чуть не упала на пол.
– О каком обмене он говорит?
– Ночь с тобой.
Я снова прижал лезвие к его горлу, нарисовав там маленькую струйку крови.
– Я беру свои слова обратно. Девушка твоя. Я бы никогда не посягнул на вашу собственность. Приношу свои извинения за то, что предложил такую нелепую вещь. Но я напомню вам, мистер Ван Круа, что вы обещали ее мне.
– Она никогда не была обещанием для тебя.
Я смотрел, как его пульс бьется о сталь, и изучал очевидный страх в его глазах.
– Приношу свои извинения, если я неправильно понял договоренность .
– Это не я требую извинений .
Его взгляд переместился на Фаррин, вздрагивание выдавало его отвращение к необходимости извиняться перед непритязательной женщиной.
– Этот клинок становится тяжелее с каждой минутой , - насмехался я.
– Кто знает, когда мне надоест держать его в руках .
– Мои извинения .
Фаррин застенчиво улыбнулась, как будто он заслуживал такого большого смирения.
– Все в порядке...
– Ты можешь сделать лучше, чем это. Обращайся к ней с таким уважением, какое ты проявил бы к собственной матери, или я отправлю тебя в небытие .
– Мои извинения. Мэм.- Подняв лезвие, он прочистил горло.
– Моя леди , - добавил он, свирепо глядя на меня в ответ.
– Вот. Это было так трудно?
Я отвел лезвие от его горла. На следующем вдохе раздался свист стали, рассекшей воздух, и это свирепое выражение упало на пол вместе с отрубленной головой Интортуя.
Фэррин становилась все более неуверенной, покачивание становилось все более заметным, а бледность ее лица говорила мне, что она может просто упасть в обморок.