Чтение онлайн

— Знаю, любимая. Теперь я это понимаю… Но тогда я боялся этого, — примирительно произнёс он и вновь поцеловал мои пальцы. Я вновь завелась, но сдерживала себя, понимая, что мой гнев сейчас не к месту. — С тех пор её состояние ухудшилось. Когда у неё начинается приступ, то она пытается покончить с собой всем, что попадётся под руку. Это полный мрак, если честно. Я несколько раз успевал в последний момент выхватить у неё нож, ножницы и даже вязальные спицы, — вздохнул он, прикрыв глаза. — Один раз не успел, но после того случая она стала лечиться. Однако для полного излечения оказалось слишком поздно, потому

что она долгое время не верила мне, когда я рассказывал ей о её поступках. Она считала меня больным, а не себя. Пару раз я чуть не проваливал наши с тобой выступления, если ты помнишь. Тогда я проводил бессонные ночи рядом с ней, держа в руках её мечущееся тело, чтобы она не выпуталась и не наломала дров, — обречённо покачал головой и посмотрел на меня.

— Поэтому, из-за мамы, ты пошёл учиться на врача? — догадалась я, сжав его ладонь. Он с печальной улыбкой кивнул. — Но почему на генетика? Почему не на психиатра, например?

— Потому что я не хочу лечить последствия заболевания, глуша симптомы. Я хочу вылечить причину, — признался он, часто заморгав и отведя взгляд в сторону.

Моё сердце сжалось от внезапной боли. До меня только сейчас дошло как страдал Оливер. Он действительно был очень близок со своей мамой. Я бы не назвала его маменькиным сынком, нет. Он почитал и обожал свою маму, а она, в свою очередь, души в нём не чаяла и всегда очень гордилась его победами и достижениями. Она была его самой главной и преданной фанаткой.

Анна подружилась и с моей приёмной мамой. Вместе они вечно что-то обсуждали и часто перезванивались, пока мы жили в Сиднее. Вместе покупали нам костюмы, посещали родительские собрания в школе и вообще были достаточно дружны. Однако очевидно, что и моя мама не в курсе всей ситуации.

Мне хотелось обнять его и сказать что-то воодушевляющее, но слов не было. Я совершенно не знала, что полагается говорить в таких случаях.

— Мне очень жаль, Оливер. Твоя мама прекрасная и сильная женщина. Может, она справится и с этим недугом? — тихо спросила у него, немного придвинувшись поближе.

Он отрицательно помотал головой, что влажная прядь волос упала ему на лоб.

— Нет. К сожалению, это не в её власти.

Потянулась убрать волосы с его лба, как внезапно раздались басы тяжелой рок-композиции Americanaгруппы The Offspring. Они буквально завибрировали по всей коже, и мы одновременно подпрыгнули от неожиданности и повернулись в сторону закрытой двери.

Бум-бум-бум!

Вот же чёрт!

Матерь Божья!

Нас сейчас линчуют!

— Это Диего вернулся, — прошептала я испуганно.

Сама не понимаю, чего я испугалась, ведь в данный момент не делала ничего предосудительного. Наверное, потому что меня застали с поличным с парнем, точнее Оливером, тем самым, кого брат хотел убить. Этот парень был в нашей квартире в одних трусах, принимал душ в нашей ванне, а до этого…

О божечки…

Оливер вяло улыбнулся и встал с кровати.

— Пойду обозначу своё присутствие.

— Поверь, он знает. Диего никогда не включает музыку так громко, — усмехнулась я.

Оливер распахнул дверь и тут же наткнулся на моего брата, который стоял в дверном

проёме со скрещенными на груди руками. Я чуть не заржала от этой сцены. Медленно просканировав внешний вид Оливера, он перевёл взгляд за его плечо на меня. Оценив, что я в одежде и постель заправлена, он вновь уставился на Оливера, вопросительно выгнув бровь.

— Ты уже вернулся? — непринуждённо спросил Оливер у него.

Я прыснула от смеха. Ничего более глупого нельзя было спросить у моего брата.

— У тебя минута, — бросил ему Диего в ответ и, развернувшись, пошёл в сторону кухни, по пути чуть убавив громкость музыки.

— Пять, — не растерялся Оливер с наглой ухмылкой, смотря ему в след.

— Две, — рявкнул Диего.

— Четыре, — торговался Оливер.

— Три, — послышался рык Диего, и я в шоке уставилась на Оливера.

Кажется, он нашёл подход к моему брату. Он его совершенно не боялся, провоцировал, шутил, подначивал. Он чувствовал себя уверенно, что порядком удивило и даже вызвало восторг у меня. Но больше всего меня изумляло другое. Оливер относился ко мне с благоговейным трепетом, будучи готовым, как мне казалось, сносить любые мои заскоки. Одновременно с этим он периодически превращался в страстного и пылкого любовника, жадно берущего то, что ему необходимо несмотря на мои визги и крики. При всём при этом он не лебезил перед моим братом, не заискивал, не прогибался. С ним он общался на равных, не боясь и не тушуясь. Это его гибкость в общении меня ошеломляла.

Оливер с улыбкой на губах покачал головой и подошёл к постели. Медленно начал одеваться, подпевая песни, которая продолжала играть в квартире.

— Любимая, ты чего? — подмигнул он мне.

Я смотрела на него как на динозавра. Ну в том смысле, что если я когда-нибудь увидела бы живого динозавра, то именно так и посмотрела бы на него.

— Я… Хм. Ты… А он…

— Это твоё извинение, Габи? — послышался ироничный тон Диего с кухни.

Точно! Оссобуко же на плите! Я напрочь забыла о блюде, но его чем дольше готовишь, тем лучше. Учитывая, что мой брат три дня только говорил мне: «Доброе утро» и «Спокойной ночи», то у нас наметился явный прогресс.

— Это твоё любимое блюдо, Ди, — съязвила я.

Оливер опять подмигнул мне, надевая футболку. Затем мы вместе вышли из моей спальни и увидели Диего, прислонившегося к стене со скучающим видом.

— На ужин, любимая, не смогу остаться, — пропел Оливер, явно провоцируя Диего. Я сжала губы, чтобы не захихикать. Никто ещё такого себе не позволял по отношению к моему брату, кроме наших парней. И что самое главное, Диего никому не позволял подобного, кроме своих друзей. — Моя фурия, — чмокнул он меня и нагнулся, чтобы надеть кроссовки.

Я мельком глянула на Диего, который словно задумался о чём-то, смотря на Оливера.

— Надеюсь, ты не моим гелем для душа пользовался?! — вдруг спросил Диего.

— Ну что ты, как бы я посмел?! — хохотнул Оливер, глянув на него. — У вас семья такая взрывоопасная, что лучше я буду пахнуть островом Фиджи, чем Лесным Эльфом, — улыбнулся Оливер, покачивая головой в такт песни.

Диего стиснул челюсти и на секунду задержался взглядом на мне. В его взгляде я успела уловить веселье, что вконец меня добило.