Чтение онлайн

В сумерках вечернего Серпухова двигалась толпа, она постепенно растворялась, когда тот или иной член клана уходил в сторону дома. В конце пути остались только Моргенштерн и Секира.

Они сняли костюмы уже дома. Вероника-Секира молча пошла ставить чай, а Колян по кличке Веселый, а в виртуальности Моргенштерн долго курил на балконе.

Вероника уже легла и находилась в полудреме, когда Колян открыл глаза и прочитал на потолке слова, которые видел только он:

Ты проиграл. Вселенная не любит неудачников.

Вероника мирно

проспала до утра. До того момента, когда зазвонил будильник, требующий подняться на работу. Коляна по кличке Веселый рядом не было. Похоже, что он уже умотал в ванную, недаром там слышался плеск воды.

Встревожилась Вероника тогда, когда отправилась в туалет, а на полу увидела мокрые потеки. Потеки выползали из-под двери ванной. Она тут же распахнула дверь и закричала, когда увидела своего любимого человека в ванной, наполненной красной влагой.

Врачи констатировали самоубийство. Смерть наступила два часа назад из-за крупной потери крови. Кровь уже не сочилась из порезов на запястье. Сменное лезвие бритвы лежало рядом. Кроме отпечатков Коляна на металле не было обнаружено других следов.

На лице Коляна по кличке Веселый навсегда застыла довольная улыбка.

«Либо человечество покончит с войной,

либо война покончит с человечеством»

Джон Кеннеди

Путь в Москву обошелся без приключений. Правда, Кирилл сжал рукоять верного Макарова и не отпускал её вплоть до того самого момента, как они подъехали к Мамырям.

Полицейские не тормозили представительную машину, словно чуяли напряжение, исходившее от неё.

Хорошей новостью было то, что Марина вынырнула из Погружения и выслушала о своих похождениях и своей пламенной речи перед кланом «Дремлющие». А уж когда Кирилл в лицах описал тот эпизод, когда две девушки пытались из несуществующего оружия попасть в несуществующую цель, то и вовсе фыркнула, послала его куда подальше.

— Ладно, шутки шутками, а вот есть ли у тебя план, Кирюха? — спросил Павел Сергеевич, когда машина остановилась в полукилометре от склада.

Вдалеке виднелся бетонный забор и знакомая крыша. Сколько раз Кирилл приезжал сюда? Он и не считал посещений «рабочего места». Просто приходил, просто работал…

Просто убивал…

— Нет у меня плана. И никаких зацепок нет, кроме этого склада, — мрачно проговорил Кирилл.

— И что? Вот так вот просто придешь и попытаешься взять штурмом?

— А что? Сейчас… — Кирилл покопался в голове, вспоминая график работы. — Сейчас должен быть Призрак. Хочу просто с ним поговорить. Может быть удастся выяснить, где можно найти Михаила Анатольевича.

— И ты думаешь, что я тебя вот так вот просто отпущу одного? — нахмурился Павел Сергеевич.

— Это не твоя война.

— Уже моя. Идем вместе.

— А меня чего со счетов списали? — возмущенно откликнулась Марина. — Я тоже кое-чего могу. Или это не я справилась недавно с целым

кланом?

— Ты молодец, но ты идешь как приз. Поэтому оставайся, тебе нужно сохранить себя, — мягко ответил Кирилл.

Марина возмущенно хмыкнула и отвернулась от двух мужчин. Начала ковырять пальцем коричневую обивку сиденья, чтобы хоть как-то досадить этим двум мужланам, собравшимся поиграть в супергероев.

— Всё, решено! Я иду с тобой! — Павел Сергеевич хлопнул по рулю снизу и в его руку из скрытого отделения выпал небольшой пистолет.

— О как, да ты запасливый, — хмыкнул Кирилл.

— Есть такое дело. Не знаешь, кого на заправке повстречаешь, — улыбнулся Павел Сергеевич.

Кирилл кивнул в ответ и потянул за ручку двери. Марина ещё раз фыркнула на этих героев, вот так всегда, как с кланом сражаться, так нормальная, а как на склад идти, то сиди в машине.

Пыль курилась под ногами мужчин, вездесущие воробьи посматривали на двуногих, готовые в любой миг порскнуть прочь. Ветер дул в спину, словно подталкивал людей к проему в бетонном заборе. Майское солнце жарило так, как будто предупреждало – грейтесь, люди, летом меня может и не быть.

— А если там окажется взвод спецназа? — спросил Павел Сергеевич.

— Тогда многие женщины сегодня останутся вдовами, — сплюнул Кирилл.

Знакомое здание склада вылезло из-за забора и хмуро уставилось на мужчин грязными бельмами окон. Кирилл почувствовал, как по спине пробежал холодок – сюда он приезжал почти полгода. Полгода тренировок, боев, стрельбы. Полгода прокачки тела…

Смотрел и не узнавал своего склада.

— Похоже тут уже года два никого нет, — произнес Павел Сергеевич, глядя на заброшенное здание с распахнутыми воротами.

Асфальт перед серыми стенами был выщерблен, сквозь него пробивалась вездесущая трава. Само здание было разрисовано граффити, расписано матом и уведомлениями, что какая-то неведомая Любка является особой легкого поведения с низкой социальной ответственностью. В открытых воротах виднелись сломанные поддоны и прорехи в задних стенах. Всеобщее запустение царило на большой территории, только катящегося перекати-поля не хватало, чтобы дополнить картину.

— Что за фигня?

Этот вопрос Кирилл задал скорее себе, чем Павлу Сергеевичу. В самом деле – что за хрень тут творится? Даже если представить, что лабораторию по регулированию Вселенной убрали сразу же, как только Кирилл ушел в отрыв, то всё равно нельзя было за такой короткий срок устроить подобную разруху.

Вот тут стоял пьедестал, с которого вещали два куратора. Вон там Михаил Анатольевич остановил ребят, которые решили уйти, даже не попробовав. А напротив ворот, вот на этом самом месте, Кирилл всегда оставлял машину, чтобы пройти до склада и скрыться в его гостеприимном полумраке.

— Кирилл, а ты точно ничего не перепутал? — спросил Павел Сергеевич. — Может, вы были на каком-нибудь другом складе?

— Я не мог перепутать, — сквозь зубы процедил Кирилл. — Я сюда полгода ездил, как по расписанию. Я тут почти каждый уголок знаю…